Страница 5 из 14
Глава 5. Алина
Я добралась до своего подъезда, почти таща за собой пакеты, как малыша, который не хотел уходить с детской площадки. Пальцы уже не чувствовали холода — перешли в стадию лёгкого онемения. Мой дом выглядел тихим, почти спящим. Лишь редкие окна горели мягким жёлтым светом — люди уже давно празднуют, сытые, счастливые и явно уже с бокалом в руках. Не то, что я.
Я нажала кнопку вызова лифта и едва не вздохнула вслух, когда услышала знакомый гул подъёмника. Ну вот он — путь к кровати, пледу и шампанскому.
Двери открылись. Я шагнула внутрь, аккуратно поставив пакеты у стены. Уже хотела нажать на кнопку своего этажа, когда двери начали закрываться.
И тут…
Перед глазами мелькнули чёрные туфли, блеснувшие идеально начищенной кожей. Мужчина успел вставить ногу так быстро, что двери даже не пикнули — сразу разъехались обратно.
— Ой, аккуратнее… — начала я автоматически, но договорить не успела.
Потому что следом за мужчиной — высоким, в тёмном пальто, с серьёзным лицом — в лифт начала влазить ёлка. Не просто ёлка. Ёлка-гигант. Пушистый монстр. Лесная глыба.
— Простите, это что?.. — у меня округлились глаза.
Он наклонился, ухватившись за дерево двумя руками, и буквально протолкнул его внутрь. Лифт жалобно пискнул. Мне пришлось прижаться к стене, пакеты — под ноги, самой — куда-то в угол. Места не осталось. Вообще. Я стояла нос к носу… точнее, нос к ветке.
Сухая иголка уколола щёку.
— Серьёзно?! — вырвалось у меня. — Вы бы ещё целый лес сюда затащили!
Мужчина поднял взгляд. Холодные серые глаза. Уставшие. И явно не в настроении.
— Вам что-то не нравится? — отрезал он.
— Лифт — не грузовой, тут вообще-то люди ездят.
Он вскинул бровь.
— А вы хотите — идите пешком сами, если вам тут некомфортно, — спокойно, но резко бросил он.
У меня челюсть отвисла.
— Курьер года, — фыркнула я.
— Я не курьер, — огрызнулся он.
— Ага, конечно. Все так говорят, когда тащат двухметровую ель в лифт.
— Меня сюда жизнь притащила, а не работа.
— Моё соболезнование. И ёлке тоже.
Он коротко выдохнул — почти смех, почти раздражение. Я фыркнула, он — в ответ. И мы оба синхронно отвернулись друг от друга, как два обиженных подростка.
Я уставилась на стену лифта, мысленно проклиная всё: судьбу, вечер, работу, Новый год и особенно тех, кто таскает деревья в жилые дома в восемь вечера.
И только одно я точно знала:
Такой вечер явно обещал неприятности.
Хотя…
Где-то глубоко внутри что-то странно кольнуло. Как будто маленькое красное сердечко в кармане — то самое, из мешка Деда Мороза — тихо, едва слышно… согрелось.
Мы продолжали стоять в гробовой тишине — я прижатая к стене, он — прижатый ёлкой. Только хвоя тихо шуршала, будто смеялась над нами обоими.
Он первым нарушил молчание:
— Какой этаж?
— Двенадцатый, — буркнула я, стараясь не смотреть ему в глаза.
Он кивнул, потянулся к панели, но ёлка закрывала половину кнопок. Пришлось ему протискиваться плечом, а мне — втягивать живот, чтобы хоть чуть-чуть дать ему место. Мы задели друг друга локтями, а потом и веткой — полный хаос.
Наконец его пальцы нажали 12. Рядом загорелась 20.
«Ну прекрасно», — ехидно подумала я.
Он поедет выше, значит, выйду первой. Хоть в этом везёт.
Двери начали закрываться. Медленно. Страшно медленно. Они ударились о ветки ёлки, зажужжали, разжались… снова поехали… снова упёрлись в ту же несчастную ветку… и наконец, как будто плюнули на всё, закрылись.
Лифт дёрнулся и поехал.
Я уставилась на маленькое табло над дверьми. Этажи переключались так медленно, будто кто-то вручную их листал.
1… 2… 3… 4… 5… 6… 7… 8…
И тут — звук.
Треск. Глухой, резкий, как будто где-то в шахте кто-то сломал гигантскую железку.
Лифт дрогнул. Ветви ёлки задрожали, осыпав меня иголками. Металлическая коробка под ногами слегка покачнулась, словно собиралась присесть.
— Что это было? — выдохнула я.
Он тоже поднял голову, но ничего не успел сказать.
Лифт пискнул. Дрыгнулся. И остановился.
Просто так.
Между этажами.
Будто намерено останавливаясь не дойдя до цели.
Тишина накрыла нас моментально.
Сердце у меня упало куда-то в живот, а по шее побежали мурашки. Холодные. Панические.
— Нет-нет-нет… только не это… — прошептала я, чувствуя, как грудь сжимается.
Я не боялась лифтов. Но застрять в нём — это совсем другое. Пространство вокруг сразу стало слишком маленьким, воздух — слишком густым, свет ламп — слишком ярким.
Я зажмурилась на секунду, пытаясь выровнять дыхание. Но сердце стучало в висках так громко, будто пыталось выйти наружу.
— Только не сейчас… пожалуйста… — выдох сорвался сам собой.
От ёлки пахло свежей хвоей, но в этот момент запах не успокаивал — наоборот, меня начинало подташнивать.
Незнакомец смотрел на панель, на двери, на потолок, на всё подряд, будто проверял, что произошло. Я чувствовала его взгляд боковым зрением.
А сама стояла, вцепившись пальцами в пакеты у ног, словно они могли меня удержать от паники.
Грудь жгло. Пальцы покалывало. Плечи дрожали.
В голове мелькало только одно:
"Только бы не оставаться здесь надолго.
Только бы не надолго."
— Кажется, мы застряли, — ровным, почти спокойным голосом сказал он.
— Серьёзно? — с сарказмом спросила я. Потому что его спокойный голос сейчас бесил сильнее, чем до этого.
— Ну да, — снова спокойствие. — Но вы не переживайте. Сейчас вызовем помощь. Они быстро придут.
Нет… Но откуда у взрослого мужчины такая детская наивность?!
— Не хотелось бы вас расстраивать, но…
Не успела я закончить фразу, как пошли гудки вызова. Казалось, мы оба не дышали в этот момент. Вот только долгожданного «Алло» или «Я вас слушаю» мы так и не услышали.