Страница 12 из 81
— Ян, завязывай.
— И не начинал.
Он схватил меня за подбородок и склонился ниже, воскрешая мёртвых бабочек в животе.
Эй, затихли там! Полудохлые гусеницы нашей былой страсти.
Я оттолкнула его и зло процедила сквозь зубы:
— Либо ты сейчас же расскажешь мне в чём дело, либо я за себя не отвечаю.
— Я уже сказал, что врёшь ты паршиво.
У каждой девушки должна быть карманная чугунная сковородка. Чтобы в подобных случаях было чем ударить по башке особенно одарённых индивидуумов. Корона сама себя не поправит так-то.
— Ок. Тогда открой чёртову дверь, Ян.
— Нет.
— Нет?
Ла-ааа-дно. Сам напросился, что называется.
Я, конечно, могла пригрозить, что позвоню отцу и всё такое. Только уже слишком хорошо убедилась, как ярко Сотников реагирует на прокурора Жарова. Да и я давно не маленькая девочка, чтобы по поводу и без к отцу бегать.
Огляделась по сторонам в поисках любого подручного средства. Но кроме портативной колонки ни за что мой глаз не зацепился.
Где наша не пропадала!
Взяла гаджет и показательно перекинула его из одной руки в другую, словно определяя вес.
— Ты что делаешь? — недоверчиво протянул Ян.
— Думаю, куда лучше бросить. В тебя или окно разбить?
— Промажешь, Пожарова. Как и всегда.
Наивный мальчик.
— Я больше не промахиваюсь.
— Помогли курсы в местном стрелковом клубе? — издевательски усмехнулся он.
А если так посмотреть, то бедная машина ни в чём не виновата.
— Будь у меня арбалет, я прострелила бы тебе жизненно-важный орган. Знаешь?
— Знаю, — Сотников придвинулся ещё ближе. — Хорошая девочка любит пожёстче.
БОЖЕ. ДАЙ. МНЕ. СИЛ.
Но это не работает с Яном. Святая вода и молитвы бессильны. Я всерьёз задумываюсь над тем, что хочу убивать.
— Ты невыносимый, — я смотрю прямо в его голубые глаза, в которых поднимается буря.
— Поэтому ты на мне и залипла.
— Я? На тебе?
— Ты, — он схватил меня обеими руками за талию и силой притянул к себе на колени. — На мне.
Если бы я так не ненавидела его, то сказала бы, что он очень находчивый парень.
Но я терпеть не могу Сотникова. Это всё упрощает.
— Ты офигел?! — возмутилась я и попыталась высвободиться из его хватки, но ничего не получалось.
У него руки железные, блин!
И не только руки. В штанах у Яна так точно всё было твёрдым и готовым к действиям.
— Не нравится? — он дышит мне прямо на ухо, отодвигая волосы в сторону. — Или дочка прокурора не любит сверху?
Мудак.
— Убери. Свои. Руки.
Он разжимает тиски, но в тот же момент его губы набрасываются на мой рот и затыкают его поцелуем.
Грубым, жёстким, порочным.
Таким поцелуям не говорят «нет». Таким поцелуям не сопротивляются. По крайней мере, не сразу.
Я пропустила момент, когда мои руки обвили Яна за шею.
Когда ладони Сотникова легли на мою задницу и сжали за ягодицы.
Когда наши языки принялись выбивать друг из друга искры.
Чёрт возьми!
Мне нужно что-то сделать. Оттолкнуть его!
Упираюсь ладонями в его грудь, но Ян только углубляет поцелуй, фиксируя одной рукой за затылок, а второй ловко поднимает мою юбку почти до самого пупка.
Долбанный волшебник.
— Нет! — я оттолкнула его и гневно сверкнула глазами. — Ты русский язык не понимаешь?!
— Не понимаешь, — он провёл пальцами по моим бёдрам, забираясь под резинку трусиков. — Я понимаешь только язык тела.
— Серьёзно?
— Более чем.
Его губы словно ставят незримые огненные печати. На губах, на щеках, на висках. Он двигается медленно к уху, проводит языком по мочке, а потом слегка прикусывает.
Моё сердце отбивает внеземную частоту.
Его язык ныряет в ушную раковину, запуская химическую реакцию. Перед моими глазами вертолёты, кровь кипит, тело содрогается в болезненно-сладкой конвульсии. Сквозь густую пелену тумана слышу собственный стон. Он звучит непристойно, пошло и весь принадлежит Яну. Целиком и полностью!
Что я творю?
Ментальная я хлопаю саму себя по щекам, чтобы привести в чувство. Но какое там!
Его рот снова запечатывает мой. Я как самая первая грешница Ада позволяю Яну творить со мной этот запретный произвол и льну к нему, будто мартовская кошка.
Дно где-то рядом…
Громкий треск ткани отрезвляет меня. Работает почти, как ведро холодной воды на мою глупую голову.
Он порвал мои трусики. На мне. Стянул их так стремительно и откинул в сторону, что я и сообразить ничего толком не успела.
Каким-то чудом удалось соскочить с колен Яна. Только я сделала ещё хуже. Крепкое и горячее тело парня почти вплотную прижало меня к сидению. А взгляд небесных глаз обещал мне большие проблемы.
— Ян, у тебя тормоза отказали? — я со всей силы ударила по широким плечам. — Слезь с меня!
— Какие тормоза, Пожарова?
Он улыбнулся, очень напоминая собой хищника, готового разорвать на мелкие части свою добычу.
— Если ты сейчас же…
Его губы замерли на моём животе.
Оу…
Позвоночник прострелила острая судорога. Яркая, как свет софитов. Наверное, биологически часики меня подставили. Нормально чувствовать влечение к парню, который целует тебя в самых чувствительных и возбудимых местах.
— Ты что-то говорила, — язык Яна вырисовывает восьмерки на коже, а его руки наглаживают мои бёдра, уделяя всё больше внимания их внутренней стороне. — Капец ты жаркая, Пожарова.
Прикусила губу.
Просто оттолкнуть. Так просто!
Он издевается надо мной. Гордость, где ты? Мы не на помойке себя нашли.
Но гордость официально ушла в отпуск. Оставила письмо счастья напоследок: «Лови момент, детка».
— Я-я-н…
Боже, как это жалко. Я словно прошу его не останавливаться. Хочу, чтобы он зашёл дальше.
А я хочу?
— Скажи вслух.
Глаза Яна наполнила концентрированная тьма. В ней плясали ядовитые языки пламени, способные сжечь меня, превратить в пепел.
Я серьёзно заслуживаю кубок победы, потому что всё-таки где-то нашла в себе силы упереться в грудь Яна кулаками и отстранить наглеца от себя.
Дышать стало как-то легче. Почти спокойно. Только сердце продолжало трудиться на износ, стирая рёбра в мелкую крошку.
«Ну и дура!» — прокричала моя тёмная сторона ментально.
«А вот и нет!» — возразила ей светлая.
Ага, так и живём.
Ян потянулся за телефоном, на секунду ослепив меня вспышкой камеры.
— Ну ок, пусть будет занавес.
Задумалась всего на несколько секунд. Же-еее-сть! Я мечтала быть актрисой, но в детстве. И уж точно не в фильмах с рейтингом восемнадцать плюс.
— Может, уже выпустишь меня?
— Может.
Бросил телефон в бустер, что не могло укрыться от моих внимательных глаз. Ян перегнулся через меня, открывая дверь, отчего салон наполнил свежий ночной воздух. Тут и мозги мои напомнили о своём существовании. Мол, пользуйся. Вот же мы!
— Свободна, Пожарова.