Страница 118 из 1742
— А если вернуться с обозом на юг? — не удержался я от вопроса.
— Путь неблизкий, за это время Кашик десять раз придумает, как тебя прибрать к рукам. Две монеты — не деньги, но и просто так на голову не упадут. Захомутает он тебя. И уж поверь: там, на юге, жизнь маслом не намазана. Для таких, как ты, не намазана. Слабакам везде плохо. Если хочешь, можешь, конечно, попробовать. Но я бы на твоем месте отсюда не дергался. Темнолесье — опасное место. Но оно как бы честнее других будет. Иногда проще здесь, чем на юге. Я тебе все сказал. Думай сам теперь. Те, кто думать не умеет, здесь живут еще меньше, чем слабаки.
К Черноводке обоз добрался незадолго до заката. Речь идет и о фактории, и о реке, название которой получила эта фактория.
Местность здесь значительно отличалась от почти плоской равнины правобережья. Последние часы обоз преодолевал одну холмистую гряду за другой. Землю нередко прорывали скалы, каменных развалов повсюду не счесть, а ручьи прорезали себе местами узкие русла с вертикальными стенами такой высоты, что падение с нее прикончит даже чистого омегу с десятой ступенью просвещения.
Близость реки не угадывалась до последнего, несмотря на то что лес в этом месте не был дремучим и часто отсутствовал на обширных пространствах. Черноводка открылась внезапно. Она здесь будто по рву протекала, ее правый берег представлял собой сплошную скалу высотой метров тридцать. И скала эта была даже не вертикальной, а хуже — обратно наклоненной стеной нависала над темными водами.
Сама река шириной не уступала Красноводке. В этом месте она разделялась на два одинаковых рукава, огибающих скалистый остров. Та его часть, которая находилась внизу по течению, была такой же высоты, как правый берег. И, с двух видимых мне сторон, такая же обрывистая. Зато сверху получилась плоская поверхность площадью около гектара.
Нижняя часть острова раза в три больше по площади, но ровных местечек на ней почти нет. Сплошные каменные изломы, уступами спускающиеся к реке. Заканчивался этот кавардак галечниковой косой, протянувшейся вдоль реки метров на двести.
Фактория располагалась в возвышенной части острова. От его неровной части ее прикрывала грубо возведенная стена из больших камней, почти не обработанных. Метра четыре высоты этого сооружения и вбитые перед ней колья доказывали, что здесь есть чего опасаться.
С остальных сторон стена тоже была, но высотой уступала почти в два раза. Люди там больше уповали на природную защиту вертикальных обрывов. Лишь в одном месте поставили подобие башенки с закрывающимся проходом, ведущим сквозь нее.
Меж этим проходом и похожей башенкой на правом берегу протягивался подвесной мостик длиной около семидесяти метров. Два толстенных каната, служившие ему основой, несложно перерубить, после чего факторию останется лишь штурмовать с нижней части острова. А там и стена серьезная, и туда еще как-то попасть надо.
Сама фактория представляла собой тесное скопище построек из бревен. Камень на них почему-то пожалели. В основном невысокие жилые дома и хозяйственные сооружения, лишь в центральной части возвышались хоромы в два этажа.
Обоз заметили. По раскачивающемуся мосту потянулась цепочка встречающих. Перебравшись на берег, местные обитатели останавливались, собираясь в толпу. Или появление гостей столь важное событие, что полагается чуть ли не всем выходить навстречу, или эти люди займутся разгрузкой телег. Ведь повозки по узкому и шаткому мостику не пройдут. Да там даже лошадям делать нечего. Значит, все эти бочки, мешки и ящики придется таскать вручную.
— Эй! Тунеядцы! — прокричал Кашик, обернувшись к хвосту обоза. — Шевелите живее ногами, вы почти дома!