А если это любовь?

ГЛАВА 32. Демид

Наш вечер у Арсения выдался на славу. Милена разрешила проводить её до дома, и даже сказала, что отчим ей ничего не сможет предъявить. Она поделилась со мной, что у нее с ним есть одно незавершенное дело, которое в любой момент могло, как бомба взорваться. Я не стал в подробности вдаваться, все-таки это их личное, но суть уловил: Сергей Асташов в чем-то конкретном провинился.

– Ну что, теперь увидимся в школе? – задачу напоследок вопрос Милене. Она мило ухмыляется и кивает. Глаза блестят счастьем, словно настоящей искоркой, которую теперь никто не сможет потушить. Такой я ее буду помнит всегда. Милена – больше, чем друг, и моему сердцу она стала очень дорогой. Она, как глоток свежего воздуха. И отказаться от него будет крайне глупо, да и бессмысленно. Я в нее влюбился… пора признаться, и все же я молчу.

– Конечно, – подмигивает Милена, кулачком ударив меня по плечу. Совсем по-дружески, и это действо меня забавляет. Я резко делаю выпад и перекидываю ее себе через плечо. Милена завизжала вперемешку со смехом. – Демид, а-ха-ха! Я же упаду!

– В моих руках ты никогда не упадешь, мышка! – заявляю, преисполненный своим поступком. Хлопаю Милене по попе и затем начинаю на месте кружить. Девушка визжит еще сильнее. на задний двор выбегают Лида и Катя, а за ними следом Арсений и Глеб – оба моих друга сначала хмурятся, а потом их накрывает смех. Девчонки ринулись на помощь к Милене, но я отбиваюсь лот них свободной рукой и тоже смеюсь. Так весело мне не было… очень давно. Черт побери, я как будто заново перерождаюсь рядом с Миленой!

– Пусти! Пусти, Демид, – просит моя мышка, упираясь обеими ладошками в мою спину. – Ну хватит, пожалуйста! Голова кружится!

– Ладно-ладно, – сдаюсь я и отпускаю Милену. Она практически спрыгивает с меня, довольная нашей небольшой игрой. Щеки розовые, глаза искрятся, и улыбка до ушей, а волосы взъерошены, как будто мы с ней только что прокатились на американских горках. – Ну?

– Вот даёшь! Я же тяжёлая, – покрасней, возмущается она и косится на веселых ребят, вторивших нашей забаве. Теперь Катя на руках Глеба, а попытки Арсения схватить Лиду кажутся нам такими забавными. Я ухмыляюсь. Ничего у него не выйдет, Лида всё же держит руку на пульсе и не особенно располагает к себе Арсения.

– Брось, мышка, – отмахиваюсь я, предлагаю свою руку. – Поедешь со мной на мотоцикле. Обещаю, я буду осторожен.

– Ну я же уже дала согласие, чтобы ты меня домой проводил, – затейливо подмигивает, и я беру ее за руку и тяну на себя. Снова обнимаю и наклоняю голову, а Милена, напротив, приподнимает свою, и тогда наши губы снова сливаются в нежном поцелуе. Аж слышны искры, которые вокруг нас образуют ток и особенный купол. Милена обвивает мой торс и еще сильнее прижимается.

Ребята тактично смываются обратно в дом. Как только нам удается друг другом насладиться, я веду Милену к своему мотоциклу. Сам надеваю ей шлем и щелкаю по ее носику, заставив снова рассмеяться.

– Хи-хи, – Милена уворачивается, самостоятельно заправив шнурки на шее. – Демид, за сегодня я столько раз улыбнулась – спасибо тебе. Этот вечер самый лучший в моей жизни, – признается она, и снова заливается румянцем.

– Учитывая, что этот вечер по-особенному особенный, я рад, что ты пришла сюда и дала возможность мне побыть с тобой, – говорю я, поправляя за ней завязку под подбородком на шлеме. Милена улыбается.

– Доверяешь, но проверяешь? – игриво спрашивает она, и я киваю. – Не хмурься, – говорит она, и прикасается к моей переносице, по которой разглаживает морщинку. – Всё будет хорошо, Демид.

– Знаю.

***

До дома Милены мы добрались без происшествия, как я и обещал. У ворот стоял уже мне знакомый дядька – Степан. Он приходил к нам домой ко мне на разговор. Кроме самого Сергея, этот тип решил еще сам провести со мной разъяснительную работу. Милене, естественно, я об этом не сказал. Не зачем ей знать, еще расстроится. И, как мне показалось, Степан был на моей стороне, только предупредил, что будет следить за мной в четыре пары глаз, как бы намекая на свору охранников, которые были у него в подчинении.

– Добрый вечер, ребята, – приветствует Степан нас, как только я глушу мотор. Милена слезает первой и снимает шлем. – Как отдохнули? – интересуется мужчина.

– Очень даже хорошо, – заговорщицки и с обалденным настроением отвечает Милена.

Степан довольно кивает: это как раз то, что он хотел слышать из уст его подопечной. Я краем глаза замечаю, как на втором этаже кто-то выглядывает из-за шторы в окно. Ее отчим. Блюдёт. И мы встречаемся взглядами, каждый из нас не спешит первым сдаваться. Милена замечает и оборачивается, но в этот момент Сергей задергивает штору, исчезая в своем кабинете, стало быть.

– Увидимся в школе на уроке алгебры? – неспешно спрашиваю я, возвращая внимание нахмурившейся Милены к себе. Она снова улыбается, будто успела стереть неприятные мысли из головы.

– Да. Будь готов. В этот раз я не продую! – заявляет она, гордо вскидывая свой упертый кончик носика.

Я лукаво подмигиваю и собираюсь заводить мотор мотоцикла, как вдруг Милена сама меня дергает на себя и смачно оставляет поцелуй на губах. Степан, бедный, краснеет на месте и тут же отворачивается. Ну надо же, засмущали взрослого дядьку. Как только Милена заканчивает со мной, мигом разворачивается и убегает домой. Степан прощается со мной кивком и смущенной ухмылкой и закрывает кованную дверь за собой, затем удаляется так же в дом следом за Миленой. Я решаю отправиться на гонку, которая вот-вот должна начаться. Об этом я тоже умолчал перед мышкой.

***

Ставки высоки для сегодняшней ночи, как и траса, по которой стоило проехаться вместе с остальными ребятами. Среди толпы я вижу Лизку со своими подлизками; она и ее свита вьются вокруг крайне взрослых ребят. Ох, чует моя чуйка, что Лиза однажды вляпается в неприятности. Завидев меня, она вздергивает бровь и лыбится.

– Демидушка! – зовет меня, щелкая наманикюренными пальцами. Я делаю вид, что не замечаю ее и иду дальше к Артёму – местному организатору. Лизе такой выпад не по нраву, и потому она бросает своего текущего ухажера и летит ко мне навстречу. Черт! Ее мне не хватало для полного счастья. – Демид, ну постой, – лепечет себе под нос, строя из себя обиженку. Я торможу, удерживая крепко в руках свой мотоцикл.

– Чего тебе? – спрашиваю у нее, смотря прищурившись.

Зная, на что она способна, я должен быть на чеку. Но не тут-то было: Лизка внезапно бросается ко мне и обвивает за шею, а потом смачно и мерзопакостно целует в засос. Я слышу, что вокруг нас шепчутся, и ощущаю на себе вспышки от мобильных камер. Вот, дрянь такая! Я одной рукой отталкиваю ее от себя, практически сдирая со своей шеи. Прицепилась, как блоха.

– На кой чёрт ты это сделала а? – зло сквозь зубы цежу слова. Лизка бледнеет. – Только посмей этот фальшь-компромат против меня выставить, – пригожая, я хватаюсь за мотоцикл и ухожу подальше от этой куклы.

– А что? Боишься, что твоя «мышка» тебе не поверит? – с ехидством спрашивает Лиза, скорее заявляя о своих «благих» намерениях. – Между прочим, я знаю, что Асташов уговорил ее остаться в этой школе.

Я останавливаюсь и оборачиваюсь, с подозрением смотрю на идиотку, возомнившей себя центром вселенной.

– Слишком много ты знаешь, Лиза, – говорю я, и толпа притихает. – Часом ты не крутишь свой хвост вокруг взрослого и женатого мужчины? Не рановато ли? А?

Лизка бледнеет и покрывает пунцом. Задел за живое, так сказать, сумев ее впервые красочно и прилюдно заткнуться. Она так быстро ретировалась, что ее подлизки не сразу выловили след своей главной псевдо-альфы.