Страница 70 из 168
Одним словом, в искусстве супружеской жизни перипетия – то же, что цифры в арифметике.
Все принципы высокой философии брака, на коих зиждутся описанные во второй части нашей книги оборонительные средства, почерпнуты из необъятной книги природы, заключающей в себе все многообразие человеческих чувств. В самом деле, подобно тому как люди умные инстинктивно исполняют предписания вкуса, хотя зачастую затруднились бы их изъяснить на словах, так же и многие страстные люди, которых нам довелось наблюдать, с редкостным мастерством пускали в ход то или иное из описанных нами средств, хотя об общем плане действий не имели ни малейшего представления. Чутье открывало им лишь разрозненные обрывки обширной системы, и они уподоблялись ученым XVI столетия, которые в свои несовершенные микроскопы не могли разглядеть живые организмы, чье существование уже давно доказал их терпеливый гений.
Мы надеемся, что те замечания, которые мы уже включили в нашу книгу, и те, которые за ними последуют, помогут опровергнуть заблуждение людей легкомысленных, почитающих брак некоей синекурой. Мы убеждены, что скучающий мужчина – еретик; больше того, это человек, наверняка не ведущий супружеской жизни и не постигший ее основ. Быть может, наши Размышления откроют многим невеждам тайны мира, на который они всю жизнь смотрят, но его не видят.
Будем также надеяться, что мудрое следование нашим принципам обратит на путь истинный многих заблудших и что если чистые листы, отделяющие вторую часть от третьей, посвященной ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЕ, впитают немало слез, слезы эти будут по преимуществу слезами раскаяния.
Как хотелось бы нам поверить, что из четырехсот тысяч порядочных женщин, с таким тщанием избранных нами из числа всех женщин Франции, лишь некоторые – скажем, не больше трехсот тысяч – окажутся так порочны и так прелестны, так пленительны и так воинственны, что взметнут ввысь знамя ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ.
Итак, к оружию! К оружию!
Часть третья
О гражданской войне
Прекрасные, как Клопштоковы серафимы,
ужасные, как Мильтоновы черти. Дидро[451]
Размышление XXIII
О манифестах
Немногими общими наставлениями может наука подкрепить мужа перед началом гражданской войны; вообще куда важнее знать, способен ли муж к борьбе, чем гадать, выйдет ли он из этой борьбы победителем.
Тем не менее мы поместим в начале этой части несколько сигнальных огней, призванных осветить ту арену, посреди которой муж, черпающий силы в религии и законах, очень скоро вступит в схватку с женой, опирающейся на собственную хитрость и поддержку всего общества.
LXXXII
Влюбленная женщина готова ко всему и способна на все.
LXXXIII
Женщина, желающая обмануть мужа, действует, как правило, расчетливо, но неразумно.
LXXXIV
Женщины в большинстве своем подобны блохам: они только и знают, что беспорядочно скакать и кидаться из стороны в сторону. Они охотно отказываются от своих первоначальных замыслов, поднимаясь выше или опускаясь ниже; нарушение ее собственного плана всякой женщине только на руку. Однако мужу не составит труда очертить круг ее действий; обладая должным хладнокровием, он в конце концов погасит этот костер.
LXXXV
Муж не должен говорить о жене ни единого худого слова в присутствии третьих лиц.
LXXXVI
Для женщины, решившейся изменить супружескому долгу, муж либо все, либо ничто. Из этого и следует исходить.
LXXXVII
Женщина живет головой, сердцем или страстью. После нескольких лет совместной жизни муж должен уметь определить, что толкает жену к измене: тщеславие, чувство или темперамент. Темперамент – недуг, который можно исцелить; чувство – залог вероятной победы мужа; неизлечимо одно лишь тщеславие. Женщина, живущая головой, – наказание Господне. Она соединяет в себе пороки женщины страстной и женщины любящей, не уравновешенные никакими достоинствами. Она – существо без жалости, без любви, без добродетели, без пола.
LXXXVIII
Женщина, живущая головой, постарается внушить мужу безразличие; женщина, живущая сердцем, – ненависть; женщина страстная – отвращение.
LXXXIX
Делая вид, что не сомневается в верности жены, держась невозмутимо и молчаливо, муж ничем не рискует. Молчание тревожит женщин особенно сильно.
ХС
Показывать, что знаешь о страсти своей жены, – глупо; притворяться, что ничего не знаешь, – куда умнее [452] ; люди острого ума только так и поступают. Недаром говорят, что все французы большие остроумцы.
XCI
Страшнее всего – насмешки света. «Останемся влюбленными хоть на людях!» – вот что каждая супружеская пара должна принять за аксиому. Слишком опасно, если оба разом потеряют нечто, именуемое в обществе честью, уважением, почтением, респектом, – назовите как угодно.
Все эти аксиомы имеют касательство лишь к борьбе. Катастрофа достойна отдельных афоризмов.
Мы назвали описываемый нами кризис гражданской войной, ибо это война междоусобная, хотя ведется она в высшей степени учтиво и под предлогом борьбы за гражданские добродетели. Но где и когда разразится эта гражданская война?
Быть может, вы полагаете, что ваша жена затрубит в трубы и соберет под свои знамена целые полки? Куда более вероятно, что она ограничится услугами одного-единственного офицера и сумеет разрушить мир в вашем доме с помощью этого слабого подкрепления.
«Вы не позволяете мне видеться с людьми, которые мне нравятся!» – вот начало большинства семейных манифестов. К этой фразе и всем вытекающим из нее требованиям прибегают чаще всего женщины суетные и лицемерные.
Самый распространенный случай – произнесение манифеста на супружеском ложе, иначе говоря, на главном театре военных действий. Вопрос этот будет рассмотрен особо в Размышлении под названием «О различных видах оружия», в параграфе «О целомудрии в его отношении к браку».
Женщины лимфатического темперамента сошлются на якобы охвативший их сплин и ради тайного развода будут притворяться умирающими.
Как бы там ни было, почти все жены добиваются независимости средствами, которые оказывают на большинство мужей действие неотразимое и с которых мы намерены сорвать покровы, дабы обнажить их коварство.