Земля зомби. Гексалогия

– Ладно расслабься, мы тебя вывезем из города, только не наделай непоправимых глупостей!

На выезде из города, очередной военный дежуривший на блокпосте заглянул в салон и не найдя подходящего под описание человека, без проблем выпустил нас, не став капаться в куче барахла.

Я облегченно вздохнул. Конечно Ваня не был преступником такого масштаба, чтобы из‑за него каждую машину полностью перерывали, но исключать того, что кто‑то мог заметить, как он пробирался в наш автомобиль на стоянке, было нельзя. И я до последнего боялся, что нас поймают.

Теперь оказывавшись за городом в безопасности, всё облегченно выдохнули. Беглец вылез из‑под кучи вещей и уселся на пол, положив пистолет себе на колени и всё ещё посматривая на нас с опаской.

Я пока что потерял к нему интерес и принялся расспрашивать берсерка и девочек о госпитале. То, что там не было нужно специалиста, который смог бы провести операцию на руке Алёшеньки, мне сообщили сразу, как только сели в машину. Теперь я хотел знать подробности.

Как и предполагалось у Татьяны и Яны ничего серьёзного не было. Лечение мы выбрали правильное и помощь специалистов не требовалось, только время. А вот с берсерком всё было тяжелее. Ему диагностировали порванные сухожилия и специалиста, который мог дать гарантию на успешную операцию в Рязани не нашлось. Единственное, что в госпитале подтвердили, так это то, что такой специалист есть в Москве, правда ценник у него негуманный.

Разобравшись с нашими ранеными бедолагами, я вновь начал расспрашивать Ивана о Рязани. Поскольку он решил ехать с нами до Москвы, а это ещё под 200 километров пути, то времени на расспросы было предостаточно.

Иван в благодарность за своё спасение, рассказал всё без утайки. И теперь я представлял примерную модель жизни в Рязани, а также её взаимоотношение со столицей.

С его слов выходило, что правили городом вояки, правда это я и так знал. А даже если бы не знал, то оказавшись в городе, сразу бы это понял. В целом правили они справедливо, но как всегда в некоторых местах были перегибы. И конечно основной бич нашей страны‑ это должности по блату и кумовство. С падением мира, многое изменилось, но не это. В Рязани процветала практика сажать родню и друзей высокопоставленных вояк на высокие и хлебные должности. Как правило профпригодность подобных персонажей была ниже плинтуса, зато гонору выше крыши.

Относительно взаимоотношений Рязани и Москвы. Они были натянутыми и сложными. Города располагались относительно близко друг к другу, поэтому вели между собой торговлю и люди свободно перемещались между ними. Но Рязанские вояки отвергли «щедрое предложение» вылезших непонятно откуда Московских депутатов и теперь между городами возникло сильное напряжение. На простых людях оно практически никак не сказалось. Но руководители понимали, что война между городами неизбежна и это только вопрос времени.

Сейчас Москва не будет нападать на Рязань, слишком большая мощь, благодаря военным была на защите города. И даже если потенциал столицы в разы превосходил военный потенциал Рязани, то победа далась бы большой кровью и сильно ослабила бы Москву. Поэтому пока не столица не подомнёт под себя более слабые города и поселения, Рязань трогать не будут. Её оставят напоследок, на десерт, так сказать.

Если верить Ивану, то военный потенциал Москвы, был предсказуемо очень внушительным. Откуда он всё это знал? Рязань засылала шпионов в столицы. Как, впрочем, и сама столица, в Рязань. Все об этом знали, но воспринимали это как неизбежное зло и боролись с ним спустя рукава. Лениво ловив этих самых шпионов, либо распуская дезинформацию, дабы предоставить неверные сведенья противнику.

История самого Ивана была банально проста. Он заканчивал последний курс училища, когда произошло зомбиапокалипсис. Не раздумывая ни секунды, он вместе с сослуживцами вступил в кровавый бой за город. Ему повезло, не получить укусы в первые дни, когда происходила самая мясорубка и мертвецов было много. Потом он участвовал в зачистке города. Ему, как и другим курсантам, досрочно выдали погоны и офицерские должности, поскольку за месяц боёв против мертвецов и всяких бандитов‑мародёров, они прошли более жёсткую школу, чем за 5 лет в училище.

Когда город был полностью зачищен, всех распределили в различные подразделения. Иван был обычным пехотинцем. И всё бы ничего, но ему не повезло с командиром. Толстый капитан с лысиной на голов, был типичным армейским сапогом, с одной извилиной от кепки. Он привык командовать юными, бесправными срочниками, загружая их бесполезной и ненужной работой, вымогая при этом деньги. А как известно привычка вторая натура, поэтому, как только город вернулся к нормальной жизни, капитан вновь принялся за старое. Только на этот раз ему в голову пришла идея доить на деньги контрактников.

Кантрабасы оказались не такими робкими, как недавно оторванные от материнской сиськи восемнадцатилетние юнцы и написали коллективное заявление в военную комендатуру, на капитана.

Только вместо наказания и увольнения капитана, их ждало разочарование. На утреннем построение с красной от гнева плешью, капитан ходил мимо строя, тряся перед носом подчинённых заявлением и брызгая слюной орал. Что они твари неблагодарные и он всех сгноит.

Рецепт безнаказанности оказался очень простым, у капитана в военной комендатуре, в начальниках сидел родственник. Который изъял коллективное заявление и отдал его своему родственничку, попутно уничтожив дело, заведенное на него.

После этого случая взаимоотношения командира и его подчинённых сильно обострились, он при каждом удобном случае, пытался их строить и срывал свою злобу. Чаша терпения Ивана лопнула на рынке, а мы стали невольными свидетелями этого события.

Мне было жалко этого молодого человека, который из‑за начальника самодура, разочаровался в военной службе и теперь вынужден бежать в другой город. Претензий к нему из‑за метода его побега и направленного на нас пистолета, я не испытывал. Чутьё мне подсказывало, что он пока ещё хороший, неиспорченный человек и только крайние обстоятельства вынудили его так поступить.

За разговорами мы незаметно преодолели 150 км и решили, найти место укромное место для ночлега. Чтобы отоспаться и приехать в Москву с утра, со свежими силами.

Пока искали место для ночлега и готовили ужин, Иван нам рассказал всё, что знал о Москве. Сам он там не разу не был, но знал о ней не мало, со слов тех, кому удалось там побывать. И если верить его рассказу, нас ожидало прелюбопытные место, не похожее ни на, что из посещаемых нами ранее.

Город делился на безопасные очищенные зоны и дикие территории. Безопасные зоны тоже делились на общедоступные и вип зоны, в последние попасть мог далеко не каждый.

А разнообразие всяких банд и сектантов, поражало воображение. Когда Кузьмич услышал о секте коммунистов‑некромантов, которые поставили перед собой цель, выкрасть тело Ленина из мавзолея и оживить его, то ржал как конь. А девушки округляли глаза, от рассказов, что в вип зонах работают кафешки с миллеровскими поварами и происходят показы модных нарядов.

Меня больше всего заинтересовали рассказы о бессметных сокровищах, которые из себя представляли огромные заброшенные склады и рынки, в серой зоне. Но целы они до сих пор были не просто так, слишком много опасностей подстерегало тех, кто дерзнёт туда сунуться. Но как говориться помечтать не вредно? Вот я и мечтал, сидя у тлеющих, завораживающих, красных углях костра и слушая рассказы Ивана.

Глава 16. «Садовод»