Страница 26 из 64
— Щедрое предложение, Олег Петрович, — сказал я, — но опять же вынужден отказаться. Вы же знаете, что зарабатываю я много, а деньги мне девать некуда. Вот я теперь их в эту самую дачу потихоньку и буду вкладывать. Дома ремонт уже есть, гараж есть, машина есть. Что мне еще с деньгами делать, как не дачу строить? Солить, что ли, эти рубли в трёхлитровых банках?
— Да хоть на вклад лишние деньги можно положить в сберкассу, — пожал плечами майор КГБ.
— Сколько сейчас там дают — два процента годовых или три? — спросил я, иронично глядя на него.
— Так лучше два процента, чем в трёхлитровой банке держать, — удивился Румянцев. — Я вон сам держу достаточно приличную сумму в сберкассе.
— Эх, Олег Петрович, не стоит так делать, — покачал я головой, — лучше, как я, дачу на них постройте добротную под Москвой, если у вас ещё нету. Или золото купите, если по работе как‑нибудь очередь подойдёт. Несколько лет пройдёт — будете очень меня благодарить за этот совет.
В любом случае собирался же про золото КГБ рассказать, так подумал, что почему бы и не сейчас?
— Даже так, Павел? — с хитринкой посмотрел на меня Румянцев. — Но ты же понимаешь, что я не могу этот совет только сам использовать, а доложить о нём наверх обязан?
— Понимаю, Олег Петрович, работа у вас такая.
— Обосновать сможешь более детально для моего руководства, почему именно золото? Чем советский рубль в банке на счету хуже?
— О, вот это, Олег Петрович, без проблем — нужно если, то я обосную. А сейчас просто вкратце скажу, что лет через семь золото в долларах будет раза в три дороже, чем сейчас. А про рубли я вообще молчу, там еще больше разрыв будет.
— Хорошо, Паша, хорошо, передам руководству, думаю, это их заинтересует. — закивал Румянцев. — Но давай сейчас к Японии все же вернемся. Ну а как тебе тогда такой вариант, если дача тебе не нужна? Хочешь, мы тебе снова на три недели путёвку семейную на Кубу выпишем? Только сам, конечно, понимаешь, тебе не с руки будет ехать вот прям в ближайшие месяцы туда — не поймёт никто такого. А на какой‑нибудь снова тот же ноябрь можем выписать. Обоснуешь на работе, что для оздоровления детей едешь, — думаю, никаких проблем не будет со стороны начальства что у тебя, что у жены…
— Спасибо, Олег Петрович, но нет никакой нужды, — рассмеялся я. — Я на эту Кубу так хорошо съездил, что уверен: мне само кубинское правительство само скоро предложит точно такой же вариант. А не отказывать же мне кубинцам, правильно? Придётся соглашаться на поездку. А две поездки в небольшом интервале с семьёй и детьми на Кубу — нехорошие разговоры уже могут пойти, как вы сами и отметили. Мне это точно не нужно.
— Ох, Паша, Паша, как же всё с тобой непросто. Ну, ты знаешь, у меня уже фантазия‑то и закончилась. Может, ты сам тогда скажешь, что тебе нужно, чтобы ты в эту Японию согласился на наших условиях поехать?
Тут я призадумался. Разные варианты, конечно, в голове у меня мелькали. Думал я над тем, что можно с КГБ стребовать в том случае, если они не угомонятся и действительно захотят меня в эту самую Японию запихнуть. Но из всего, что в голову пришло, только одна идея мне и понравилась.
— Есть у меня одна просьба, Олег Петрович, — сказал я, — но тут, конечно, потребуется определённый уровень доверия от вашего руководства. Вы же знаете, что у меня сестра за сына арабского миллионера замуж вышла. Тарек Эль-Хажж этого ливанца зовут. Так вот, не раз она уже приглашала меня в гости в эту Италию, в которую он переехал — с женой, естественно, и детьми. Как насчет того, чтобы после Японии нас туда в Италию съездить отпустили? Только, естественно, без вашего переводчика, чисто семейный визит…
— Ох, Паша, вот это очень сложно будет, — озабоченно покачал головой Румянцев. У него даже лоб весь морщинами пошел…
— Понимаю, Олег Петрович, но потому и предлагаю, что нужен определённый уровень доверия с вашей стороны, который, я надеюсь, у нас уже потихоньку складывается. Тем более, что и для вас это может в результате очень выгодно оказаться.
— Что ты имеешь в виду, Паша? — тут же насторожился Румянцев.
— Ну, вы заметили уже, Олег Петрович, что я как бы неплохо в капиталистической экономике разбираюсь?
— Есть такое, Паша, — тут же кивнул Румянцев.
— Есть у меня мысль из этого арабского миллионера сначала мультимиллионера сделать, а потом и миллиардера долларового. И когда он совсем уж серьёзный и влиятельный станет, организовать из него второго Арманда Хаммера для Советского Союза. Только не из Америки, а из Европы. Пусть он в СССР гостиницы строит, предприятия различные, технологии передовые привлекает с Запада. В общем, делает всё необходимое для того, чтобы Советский Союз как можно больше процветал. Но для этого, сами понимаете, мне с ним подружиться надо как следует, чтобы он более серьёзно мои предложения воспринимал. Сейчас я для него кто — обычный пацан, с которым у него шапочное знакомство. Вроде как он уважает меня, но вот чтобы прислушивался к моим советам в полной мере — такого ещё нет. А у меня советов различных для него много может быть толковых, что позволят ему быстро разбогатеть.
Я ему пока что только по акциям дал совет определённым, когда он в Москву приезжал. Так он вроде бы совет этот мой позитивно воспринял. Но, сами понимаете, я же даже не знаю, на какую сумму он этих акций купил. Может быть, всего лишь на пару тысяч долларов — чисто чтобы посмотреть, есть ли толк от моих советов или нет?
А вот если бы я приехал в Италию по его приглашению и пару недель бы там погостил, то, глядишь, уровень доверия бы и вырос сильно. А потом, когда мои советы повлияют положительно на увеличение его бизнеса, можно уже будет и речь заводить о том, чтобы из него Хаммера сделать, чтобы он часть своих огромных капиталов в Советский Союз начал завозить.
— Ну, ты, Паша, даёшь, — уважительно покачал головой Румянцев, — а что ж ты раньше про это молчал?
— Олег Петрович, а если бы я несколько месяцев назад об этом сказал, до того, как мой прогноз по Чили сработал, вы бы серьёзно к этому предложению отнеслись? — вопросом на вопрос ответил я.
— Я может, и серьёзно бы к этому отнёсся, — ответил Румянцев, — но я понимаю, про что ты говоришь. Начальство моё действительно вряд ли бы к такому плану положительно отнеслось…
— Вот то-то и оно, — вздохнул я. — Да, и ещё, пожалуйста, некоторые моменты учтите. Если договоримся, что съезжу в Японию взамен на возможность, что меня потом с семьёй в Италию отпустите на пару недель, то по Японии вы должны сработать максимально аккуратно. Переводчик, что со мной будет, не должен выглядеть как типичный офицер КГБ. Вообще, лучше всего, если это женщина будет, а если ещё и в возрасте, то вообще великолепно. Так гораздо меньше подозрений у японцев будет в её адрес.
— Ты, Паша, не создавай уж нам непреодолимых проблем, — покачал головой Румянцев, — ты что, думаешь, у нас полно офицеров, которые японский язык знают в совершенстве?
— Да я вообще не стремлюсь создавать никаких проблем, — развёл я руками, — я просто очень верю в Комитет государственной безопасности. Вот как раз у вас, по идее, кто угодно может найтись с любой внешностью и любого возраста. У вас же наверняка, как и в армии, надбавки есть за знания иностранных языков. И сотрудников огромное количество… А что касается переводчика с японского, то может такого и не надо. Дайте переводчика с английского. Практически уверен, что все, кто со мной будут разговаривать, будут английский язык использовать. И нафига мне тогда переводчик с японского вообще?
Хорошо я сформулировал. Возражать мне дальше Румянцев мог, только уверяя, что ошибаюсь я в могуществе КГБ. А честь мундира этого делать не позволяла. Так что на этом мы наш разговор и закончили…