Страница 4 из 12
Паук весь прямо трясся от наслаждения. Было видно, что ему практически сразу шибануло в мозги (вообще-то у пауков нет мозга, т. к. это исключительно примитивные существа). Вначале он даже приплясывал от восторга, потом его панцирь стало клонить то в одну, то в другую сторону, и паук с трудом восстанавливал равновесие упирая в асфальт свои уже начавшие гнуться от веса бензина ножки. Налившись под завязку, он выплюнул из задницы пистолет, отбросил заправщика и какое-то время покрутился на месте, не зная, что ему теперь делать.
Было видно, что ему хочется как-нибудь приватизировать эту заправку, навсегда ее присвоить, но он не знал, с какой стороны к этому делу подобраться, и как можно было судить по его заметно-неуверенному поведению, паучок все-таки несколько сомневался, что добрые земляне просто так преподнесут ему в подарок заправку на Рублевке. Пришелец стоял в нерешительности, черный хитин блестел под яркими лампами, и было видно, что паук уже совершенно пьяный, и он вообще забыл, зачем прилетел на Землю, и у него не было никакого плана. Вообще, у пауков никогда не бывает каких-то планов, все что они делают — инстинктивно-обусловленные ошибки. Что же все-таки делать пауку? Он решил погулять вокруг, чтобы три тонны всосанного им бензина перемешались внутри панциря. Он чинно вышел с заправки, остановился, чтобы фасетки привыкли к темноте, постоял так полминуты, а потом обоими передними копытами перешагнул через пожароохранную черту. Это был его последний шаг по Земле.
Из засады в направлении паука крался гаишник-гибедедешник с табельным оружием в руке. Подобравшись сзади, он направил ствол и открыл стрельбу на поражение паучьей задницы. Раз-два-три-четыре-пять. Пули рвали хитин, пять входных отверстий в заднице плюс одно свое. И паук, главное дело, удивился, не ожидал, наверное, такого поворота. Присел даже. Потянулся хоботом, чтобы на ощупь убедиться, что у него теперь пять дополнительных дырок в заднице (отличный тюнинг!!!), но длины хобота не хватило. Что же ему теперь делать? Через свежие дыры в хитине бензин полился на асфальт. Щелкнул колпачок Зиппо, и в руке гаишника появился маленький огонек пламени. Бросок — и горящая зажигалка звякнула в лужу прямо пауку под копыта. Секунда — и паука охватило пламя! Секунда — и его просто разорвало взрывом в клочья! Вот что значит хороший бензин. Добро пожаловать на Землю, ублюдки, вы получили наглядный урок!
Стреманувшись от взрыва герой-гаишник поскользнулся и чуть не упал. Вообще, кто мог подумать, что жирный рублевский гибедедешник способен на такую доблесть, как замочить паука? Что он напишет в своем рапорте — выпустил пять пуль из табельного оружия в огромное мутировавшее до размеров «Газели» насекомое, представляющее опасность в плане ДТП на правительственной трассе? Похвалит ли его руководство, и поймут ли его вообще? Ты все правильно сделал, мужик, не трясись, руководство тебя похвалит — ведь пришельцам совершенно нечего делать на нашей Земле, и ни в коем случае не надо тянуться к нашему бензину. Это все у нас понимают одинаково.
Чисто было сработано. Покушение паучка на заправку оказалось неудачным, а его самого замочили. Да, коротким оказался путь по Земле поработителя из Космоса. Обидно, конечно, что паучок успел-таки смочить губки нашим бензином, целых три тонны паразит высосал. Но не стоит нам из-за этого слишком горевать, у нас ведь бензина много, нас Боженька запасами нефтепродуктов не обидел. А паук этот полный кретин. И они ведь все такие тупые. Прилетят на Землю и думают: "Сейчас поймаем Избранную, а потом поработим всю планету. Обтянем ее своей сраной паутиной, нефтедобывающий комплекс паутизируем, а все остальное сломаем. Но только перед тем как ловить Избранную, надо убедиться, есть ли на Земле запасы нефтепродуктов". Тут самый умный из пауков говорит другим: "Я умею искать нефть, пошли все за мной". Придут они куда-нибудь в селение, увидят маленький деревянный домик на краю огорода, "Ого, — думают, — наверное, это нефтяная скважина, а может быть даже тут подземное нефтехранилище". Свернут домик с фундамента, запустят хоботы в скважину, высосут до дна, причмокивая от удовольствия: "Ой, какая на Земле нефть-вкусняшка, прямо мозги выносит. Ням-ням-ням, полакомились. Пошли теперь искать Избранную. Мы молодцы, потому что выяснили главное: на Земле есть нефть. Интересно, какой она марки?". И падают без чувств. Ну, и дебилы, это ведь была никакая не нефть.
Тут директору совхоза все это дело докладывают, он хватается за голову и шлет телеграмму в областной центр: "У нас какие-то огромные насекомые бесчинствуют. Свернули нужник и высосали дерьмо из выгребной ямы. Теперь они валяются без чувств. Срочно примите меры".
Присылают из областного центра говнососные машины. Вылезают из них рабочие, пробивают паукам в панцирях ломами дырки, вставляют туда говнососные шланги и высасывают из пауков все дерьмо, и земное, и космическое. Приключение окончено, мечтать о нефти не вредно.
Но это конечно чрезвычайные ситуации, если пришельцам удается у нас чем-нибудь поживиться, особенно добраться до наших драгоценных нефтепродуктов. Таких уродов надо мочить сразу.
Тут гаишник сообразил, что ему ведь нужны свидетели для протокола, и шагнул в сторону Ксюши и Ульяны. Он хотел взмахнуть им своей полосатой палочкой, чтобы девушки подъехали, но палочки в руке не было — он посеял палочку, когда заряжал в засаде оружие. Гаишник взмахнул пустой рукой в сторону наших подруг, но девушки не стали подчиняться: махающий руками гаишник — это всего лишь ветряная мельница, одетая в зеленый светоотражающий жилет, с которой не о чем разговаривать. Нет полосатой палочки — нет и разговора. Ульяна вывернула колеса с заправки, и девушки укатили.
— Знаешь, я почему-то никогда не любила эту заправку, — сказала Уля Ксюше. — Давай поедем на другую.
В этом — вся Ульяна.
Глава 5
А к Ново-Огарево приближался конвой тяжелых вертолетов МЧС с огромной по численности делегацией зеленых человечков. За рукоятками головной вертушки сидел генерал-лейтенат Смирнов, легендарный ас МЧС. До посадки было десять минут, шли разумеется в графике. И тут Смирнову сообщают, что в полукилометре справа обнаружено свечение шлюза, идет высадка паучьего десанта. Ничего себе, никто и думать не мог, что тут еще остались дырки в небе.
У нас с 1 января 2000 года такая установка, что если где-то вдруг обнаружен шлюз, то сразу смена курса, и все, что из шлюза выпало — обязательно немедленно замачивается. Это всех родов войск и всех подразделений касается. И даже если личный вертолет главнокомандующего с президентом на борту обнаружит шлюз — то сразу изменение курса. Даже с Путиным согласовывать не надо. Разворот вертушки — и мочить пришельцев. Владимир Владимирович только рад будет лично поучаствовать, у него к паучкам очень четкое отношение. Он когда куда-нибудь летит, сам в иллюминаторы нет-нет да поглядывает — вдруг, где что засветится, а он увидит. Но, конечно, где президент летает — там вообще-то никаким дыркам в небе быть не положено…
Вот, при Борис Николаевиче так бы дальше и полетели. Ельцин очень спокойно к враждебному Космосу относился. Ну, мало ли сверкнет где-нибудь шлюзок — и ладно, пусть себе сверкает. Ну, вылезет паучок или несколько, ну, победокурят они на Земле, все равно добрые люди найдутся и обязательно паучков замочат, далеко им не уйти. Сквозь пальцы Борис Николаевич смотрел. Придет Путин после меня, думал он — и Владимир Владимирович все шлюзы позагасит, ему это делать очень нравится. Все зачистит, везде полный порядок наведет, а потом и Метаморфозу сделает. Зачем торопить Историю? Борис Николаевич совершенно не беспокоился.
Считалось, что в Одинцовском районе небо чистое. Пока пауки в шлюз не полезли, обнаружить его вообще никак невозможно, ни глазами, ни приборами. Но когда пауки пробираются на Землю, они обязательно гядят в шлюзы газовым фиолетовым гелем. Гель люминесцирует, и шлюз становится виден в сумерки, ночью и даже днем при пасмурной погоде. Свечение шлюза всегда означает, что в него лезет паук.