Страница 56 из 118
— О, — выдохнул Нейт с широко вытаращенными глазами. — Это… это здорово. Это просто… замечательно.
— Той ночью были замечены огни, — продолжил Алекс. — Над Циско-Гроув. Это всего в паре часов от Горы.
Арт поморщилась.
— Обсудим выбор наихудшего места для визита.
— Гора была в игре ещё до появления Арт. Базу создали в сороковых годах в конце Второй мировой войны. Её первоначальная цель состояла в том, чтобы изучать и совершенствовать биологическое оружие. У японцев имелся план по использованию чумы в качестве оружия против мирных жителей Сан-Диего в сентябре 1945 года. Но Япония сдалась раньше, поэтому задумка так и не реализовалась. Наши власти хотели стоять в первых рядах среди тех, кто разрабатывал подобное вооружение, чтобы их никогда нельзя было застать врасплох. Они надеялись, что, совершенствуя биооружие, смогут создать и лекарства. Задача была поставлена, и в 1943 году в Мэриленде открылась база под названием «Лаборатория Биологического Оружия Военных Сил США». — Алекс смотрел вниз на свои руки. — Гора была тайным местом. Ей позволялось делать всё, что и базе в Мэриленде, но без официального надзора. Они испытывали сибирскую язву в качестве оружия. Туляремию. Бруцеллез. Ку-лихорадку. Но всё изменилось 5 сентября 1964 года.
— Из-за Арт, — догадался Нейт, у него голова шла кругом.
— Странно, да? — сказала Арт, ковыряя пальцем трещину в столешнице. — Стоило только мне сюда прибыть, как сразу всё изменилось. Это почти лестно. Ну, если рассуждать в таком ключе.
— Орен Шредер служил в Горе, — резко заявил Алекс. — Из всех людей, которых только могла инфицировать, она выбрала именно того, которого не следовало.
Арт закатила глаза.
— Откуда, чёрт возьми, я должна была это знать? Не то чтобы он носил форму или нечто подобное. На нём была шапка-ушанка. Та не сигналила: «Пожалуйста, не захватывай надо мной контроль».
Нейт уставился на неё.
Она ему подмигнула.
— Гора выслала конвой, — произнёс Алекс. — Они нашли Орена. Тот не вёл себя… нормально.
— Я не знала, как заставить его ноги двигаться, — объяснила Арт, поморщившись. — Или руки. Или рот. Или что угодно, если начистоту. Ладно. Разве что кишечник, который был крайне неудобен. Я даже в толк не могла взять, как выбраться из его тела. Не тогда. Когда нас нашли, мы лежали на земле. Орен пускал слюни и издавал странные звуки, а я не могла разобраться, как заставить его прекратить. Они решили, что он подвергся нападению. Или заразился чем-то на базе. Так что они поместили его на карантин. И отправили нас обоих обратно в Гору.
— Только когда ему сделали позитронную томографию, они обнаружили её, — сообщил Алекс. — Она выглядела как призрак, застрявший внутри его тела. Внедрённый в его мозг. Щупальца в его сером веществе. Они не знали, что делать с этим. С ним. Или с тем, что видели. Решили, что это рак. Или инфекция. Но ничто в Горе не могло стать причиной того, что они лицезрели.
— Мне потребовалось два года, чтобы понять, как заставить его двигаться, — поделилась Арт. — А потом я начала говорить и…
— Они тебе поверили? — скептически спросил Нейт.
— Что? Нет, конечно нет. Это было бы просто смешно. Они думали, что с мозгом Питера что-то не так. Только когда я поджарила их оборудование в соседней комнате, они восприняли меня всерьёз. — Она рассмеялась. — Видел бы ты выражение их лиц. Оглядываясь назад, понимаю, что тогда было довольно забавно. Особенно, когда я начала говорить.
— Что ты сказала? — прошептал Нейт.
Она обратила лицо к небу.
— Я сказала им, что прибыла издалека. Что они не одни. Что Вселенная намного больше, чем кто-либо из них может представить. — Она вздохнула. — И что я готова вернуться домой. Если бы они просто сочли нужным меня отпустить, я бы уже была в пути, вот и всё.
— Они не отпустили, — сказал Алекс, сжав кулаки. — Ей поверили. Через некоторое время. Но не отпустили.
— Вопросы, — вздохнула Арт. — Так много вопросов. Как, и почему, и где, и что всё это значит? Они расспрашивали о том, сколько нас. Откуда я прибыла. Какие у нас планы. Настроены ли мы враждебно. Собирались ли мы захватить вашу планету и поработить человеческую расу. — Она надула щёки. — Отведи меня к своему главнокомандующему.
Нейт подумал, что звук, который он издал, был смехом, но тот больше походил на всхлип.
— И тесты. — Арт всплеснула руками. — Бесконечные тесты. Они тыкали, и кололи, и вставляли. Показывали мне фотографии воды, и огня, и земли. Людей, помогавших друг другу. Женщин в красивых платьях и мужчин в цилиндрах, идущих рука об руку по улице с улыбками на лицах. Атомного взрыва, вызывающего смерть и разрушение. Оружия, и заболеваний, и марширующих с поднятыми руками мужчин. Танцующих людей. Эта… я думаю, что эта фотография была моей любимой. Мне нравилось, когда я смотрела на танцующих людей. Это заставляло меня чувствовать счастье. — Она отвернулась. — Не думаю, что когда-либо до этого знала, каково испытывать счастье.
— У её вида нет… эмоций, — объяснил Алекс. — Не таких, как у нас. Тех чувств, что она начала распознавать в своём новом состоянии, её вид не понимает. И именно из-за Орена она начала их ощущать. Тот был носителем, а она паразитом, но вместо того, чтобы уподобить его себе, она сама стала превращаться в него.
— Что с ним произошло? — ошеломлённо спросил Нейт. — Тот мужчина. Орен. Он был… там? С тобой?
Она вздрогнула.
— Я была не… очень в этом хороша. Мне потребовалось много времени, чтобы научиться. Иногда я могла его слышать. Ему не было больно. Он даже толком не был в сознании. Это больше походило на… Ты видишь сны, Нейт?
Он медленно кивнул.
— Все видят.
— Сны формируются на основе твоих воспоминаний, — рассуждала она. — В них появляются… вещи, которым ты обучился. События, которые с тобой произошли. Люди, которых ты встречал. Опыт, который у тебя был. Они застревают у тебя в голове, и ты видишь о них сны. Порой тебе грезится что-то фантастическое. А иной раз тебе снятся кошмары. Но потом ты просыпаешься и переводишь дух, и снова всё в порядке. Так было и для Орена. Он… видел сны. Иногда я их ощущала. Ему снилась рыбалка. Красивая женщина, шепчущая ему на ухо. Чудовище, преследовавшее его по лесу. — Она прочистила горло. — В последнем виновата я. Но… мы стали общаться друг с другом. И он начал осознавать. Через некоторое время он понял, что происходит. Это было странно, правда. Но он… всё принял. В нём проснулось любопытство. Ко мне.
— Что с ним произошло? — снова задал вопрос Нейт, по его позвоночнику пробежал холодок.
— Он годами оставался таким, каким был, — произнёс Алекс. — Он не… старел. Он оставался двадцатичетырёхлетним в течение почти двадцати лет.
В голове Нейта словно одновременно сработали все синапсы. Казалось, его разум превратился в чистый лист. Опустел. Он не мог сформулировать ни одной связной мысли.
— Это был очередной тест, — продолжила повествовать Арт, и впервые Нейт подумал, что она сердится. Из всего, что уже было сказано, из всего, что он уже видел и слышал, гнев в её голосе испугал Нейта больше всего. Тот был пропитан горечью, её слова стали резче и жёстче. — Я этого не знала. Я думала, что могу им доверять. Мне не следовало, но я считала, что могу. В Горе время текло иначе. Время на всей этой планете течёт по-иному. Мы не… отмечаем его ход. Не так, как вы. У нас нет ни годовщин, ни вечеринок, ни воздушных шаров, ни тортов. Оно имеет другое значение. Оно… изменчиво. Может изгибаться. Это не прямая, постоянная линия, как вы привыкли считать. Время и пространство никогда таковыми не являлись. Я… — Она покачала головой и отвела взгляд.