Страница 17 из 31
— Не хотел бы я остаться с пустыми руками, если все пройдет не так гладко, как думает Марна.
— Может, за штурвал лучше сесть мне? — предложила Кира. — Я лучше тебя знаю рельеф этих мест… и я неплохой пилот.
— Не сомневаюсь, — улыбнулся Зак. — Но не могу же я сидеть без дела?
Усевшись за штурвал, он передал Марне штурманскую карту.
— Покажи-ка на карте то место, куда мы должны приземлиться. Так будет проще, чем садиться наугад.
— Конечно, — Марна, не колеблясь ни секунды, ткнула пальцем в точку на карте. — Это поможет тебе?
Зак, ухмыльнувшись, включил зажигание.
— Пожалуй. Скажи, ты и впрямь прочла карту или использовала ясновидение?
— Какая разница?
— Никакой. Мне просто любопытно. — Завыли моторы, и Заку пришлось повысить голос, чтобы перекричать их. — Не сомневайся, я сяду именно там, где ты показала.
— Конечно, сядешь. Как же иначе? Мы ведь уже убедились, что ты — не читко.
Зак лишь ухмыльнулся в ответ, поднял вертолет в воздух и взял курс на север.
Глава 6
Выключив зажигание, Зак взял фонарь, стоявший на полу, и распахнул дверцу вертолета.
— Зачарованная долина, куда ты привела нас, о великая волшебница, кажется, абсолютно безлюдна, — сказал он Марне.
— Это ненадолго, — успокоила его цыганка. — Они знают, что мы должны прилететь.
— He спрашиваю, как они узнали, — Зак обошел вокруг вертолета и открыл дверцу для пассажиров, — но очень хотел бы узнать, кто они…
— Марна! — в луче прожектора возник настоящий великан. — Мы так и знали, что эти читко не смогут удержать тебя в неволе! Но на сей раз ты что-то долго не могла от них выбраться. Мы беспокоились за тебя.
— Поло! — Марна нежно обняла великана и повернулась к Заку. — Ты ведь помнишь моего брата Поло?
— Конечно, — Зак дружелюбно улыбнулся, пожимая огромную ладонь цыгана. Поло Дебак мало изменился с годами. Разве что густая черная борода была теперь присыпана сединой, но тело осталось таким же сильным и крепким, как пятнадцать лет назад. На нем были высокие сапоги, старый замшевый жилет, поношенная рубашка с длинными рукавами и грубые рабочие штаны, но носил он этот незатейливый наряд с поистине королевским величием, которому вполне мог бы позавидовать Стефан Руби.
— Мы ведь охотились вместе в горах, — сказал Зак. — Ты по-прежнему так же увлечен охотой, Поло?
— Теперь даже еще больше, — улыбнулся Поло. — В наши дни горы полны любопытнейшей дичи. Гоняться за ней очень весело, но я до сих пор еще не принес домой добычу.
Зак, прищурившись, глянул на Поло.
— Заманчиво! Жаль, что у меня нет времени отправиться с тобой на охоту.
Поло громко рассмеялся.
— Нет, на этот раз ты будешь слишком занят своей малышкой, чтобы поохотиться со мной! — Повернувшись к Кире, цыган заключил ее в объятия и закружил по поляне. — Как ты, малышка? Сама загнала недурную дичь, а?
— Ты разве не слыхал, что у женщин тоже есть права? — с жаром воскликнула Кира. — Меня вот ты ни разу не брал на охоту!
— Это вовсе не потому, что ты женщина, — возразил Поло, ставя ее на ноги. — Охотником надо родиться, понимаешь? Если бы я и взял тебя с собой, ты бы только щелкала камерой.
— А Зак, насколько я поняла, прирожденный?
Поло поверх ее головы глянул на Зака.
— Да, у него есть охотничий инстинкт. Он знает, что есть время стрелять и убивать — а есть время брать в плен и дарить свободу. Это в крови, с этим рождаются. — Великан обернулся к Марне. — Я возьму Зака в салдану, мы проведем там ночь. А вы с Кирой ступайте в табор. О мондаве поговорим завтра утром.
— Нам нужно, пока не рассвело, замаскировать вертолет, — сказал Зак. — И у меня там рация, чтобы связаться с моими людьми в Белахо. Я хотел бы взять ее с собой в табор.
Поло кивнул.
— Я пошлю за ней кого-нибудь утром. И поставлю на ночь часового возле вертолета.
— Часового? Но во дворце скорее всего еще не знают, что Марна снова сбежала.
Цыган пожал плечами.
— Осторожность никогда не повредит. — Он шутливо растрепал волосы Киры. — Беги к Марной, малышка. Мы обо всем позаботимся. Тебе нечего бояться.
— Вовсе я не боюсь! — Кира сжала кулачки. — Может быть, я и не вышла ростом, но я уже не ребенок.
Поло оглушительно расхохотался.
— Все мы дети — одни больше, другие меньше. Наслаждайся своим детством, Кира.
— Нет, — сказал вдруг Зак. — Это неправильно.
Он подошел к Кире. Глаза его при свете фонаря казались темными и бездонными. Знаю, все это смущает и злит тебя. Обещаю так продлится недолго. Завтра я тебе все объясню. Хорошо?
И снова от близости этого мужчины у Киры чаще забилось сердце и перехватило дыхание.
— Хорошо.
Зак погладил ее по щеке.
— Ты очень терпелива и снисходительна к нам.
— Я никогда не умела терпеть и ждать, — призналась Кира, — но с тех пор, как повстречала тебя, все время открываю в себе что-то новое.
Девушка повернулась к Марне.
— Ну что, пойдем в табор. Мне, кажется, только что велели поиграть в песочек.
— Так-то лучше, — улыбнулась Марна. — Увидишь, тебе все понравится. Пошли. Табор вон за теми деревьями.
Кира махнула на прощание Заку и Поло и, пробормотав «спокойной ночи», присоединилась к Марне.
Зак провожал ее взглядом, пока принцесса не скрылась за деревьями. Затем он повернулся к Поло.
— Время брать в плен и время дарить свободу, — напомнил ему цыган. Зак похлопал его по плечу.
— Знаю, друг мой, но сейчас мои охотничьи инстинкты притуплены. Сейчас я способен думать только об одном. Черт, поскорее бы все закончилось!
— Это очень важно для Марны, она так долго мечтала соединить вас, — Поло помахал рукой. — Всего-то одна ночь! У меня в салдане отличное бренди. Может быть, мы напьемся, и ты сумеешь на одну ночь забыть о своей прекрасной принцессе.
— Что ж, стоит попробовать, — сказал Зак. Он готов был на все, только бы не провести еще одну мучительную ночь. Желание неизменно терзало его. Довольно было одного взгляда на Киру — и страсть становилась нестерпима. — Пойдем же, пойдем скорее в салдану!
Опавшие листья шелестели под ногами Киры, изо рта вырывались облачка пара. Она все шла и шла за Марной через ивовую рощу. Звезды здесь, в лесу, казались совсем другими, не теми, что она видела с веранды всего лишь пару часов назад. Неужели прошла всего пара часов? Кира словно жила теперь в другом мире, в другом времени.
— Что такое салдана? — спросила она.
— Это место уединения, — пояснила цыганка. — Когда возникает нужда, люди удаляются в салдану, чтобы побыть наедине друг с другом.
— Нужда?
— Горе, или душевные метания, или мондава. — Она сделала паузу. — Завтра ты будешь в салдане вместе с Заком.
— Правда? — Кира нервно сглотнула. — Как мило с твоей стороны сообщить мне об этом.
Марна вопросительно посмотрел на свою воспитанницу.
— Ты обещала принадлежать ему, разве нет?
— Да.
— Это против твоей воли? Ты не хочешь делить с ним постель?
— Нет, Зак не принуждает меня. Я действительно хочу быть с ним. — Бог свидетель, это правда! Одно легкое прикосновение Зака — и все ее существо наполнялось безудержным желанием.
— Это все, что важно сейчас. Остальное поймешь со временем. Это тоже часть мондавы.
— Так ты скажешь мне наконец, что такое мондава? — сухо поинтересовалась Кира. — Очевидно, это слово имеет ко мне самое прямое отношение, а я — единственная из вас, кто не догадывается о его истинном значении.
— Так ты не знаешь? А я думала, Зак рассказал тебе. — Марна невесело улыбнулась. — Вернее, я думала, что он показал тебе это.
— Нет, от него удалось добиться не больше, чем от тебя.
Марна нахмурилась.
— Ты не должна идти на это, не зная, что тебя ждет. Я не хотела, чтобы это случилось вот так.
— Зак сказал, что на диалекте твоего народа это значит «бессмертный союз».