Осколок

Макс покачал головой:

— Она считает тебя мамой, потому что тебя любит ее папа. Потому что именно ты — папина постоянная девушка. Катерина могла бы называть мамой Инессу, ведь Инессу она знает с самого своего рождения. Но она выбрала тебя. И я тоже.

Макс просто чудо! Он так старается уделять одинаковое количество внимания им всем, но Наташе этого мало! Наташе очень нужно, чтобы ее выделяли из толпы! Толпа в данном случае — Инка. Да, у Инки неприятность. Да, ей плохо. Но Наташе же тоже плохо!!!

Досушила феном свои длиннющие волосы, оставив их влажными на кончиках, чтобы не секлись, и оглянулась по сторонам. Одна в комнате. И услышала веселый смех за стеной… Нет, одна — в целом мире. Да, Макс молодец, старается поднять Инке настроение, причем, ему это отлично удается! А Наташе даже не с кем поговорить! Поговорить не об Инке, а о чувствах. О сексе и о том, почему она стала так негативно к нему относится. Хотелось проводить эти столь недолгие каникулы с Максимом, а не с его подругой детства… И не с его первой любовью… И не с его любовницей. Вдруг взглянула на себя в зеркало и опешила: Инесса для него та, кем так старалась стать Наташа! Инесса его лучший друг. Его девушки будут меняться, а место Инессы никто занять не сможет… И когда с девушкой у него возникнут проблемы, он придет к своей Инке — за советом, или просто поболтать и отвлечься…

Поднялась и решительно направилась туда, где был смех. У Кати в комнате на той кровати, где спит Инка, друзья сидели вдвоем, а у них на четырех коленях валялась Катюшка, щекотаемая четырьмя руками одновременно. Работал маленький телевизор. Там шли вечерние новости — то, чем Наташа не интересуется. Наташа уже высказывала Максу свою ревность, подпитываемую тем, что он ходит дома с голым торсом, а он искренне ей ответил: «Ну, ты же прекрасно понимаешь, что Инесса видела меня не только без майки. Так какой смысл мне изнывать от жары?»…

Наташа и сама выглядит очень секси в коротеньком и тоненьком халатике блестящего белого цвета, сквозь который даже слегка просвечиваются трусики, если они темные. Как сейчас, например, фиолетовые танга. И даже видно, что она без бюстгальтера. Правда, по груди струятся красивые пряди гладких волос, и это оставляет простор для фантазии. Макс с вожделением разглядывал ее фигурку, когда она прошла и демонстративно села на другую кровать, закинув ножку на ножку… Если бы с ними жил друг мужского пола, Макс бы просто извелся! А так, как есть, ревнует Наташа.

— Как настроение, зайка? — спросил Макс, чтобы полюбоваться на нее под благовидным предлогом и не злить ее своим очевидным сексуальным интересом.

— Не такое хорошее, как у вас! — огрызнулась девчонка с обидой.

— Но не мы же тебе его портим! — деликатно сделал Максим замечание.

— А кто? — отозвалась Наташа едко и прикусила язык: поняла, что начинает терять над собой контроль. И, все же не выдержав, продолжила: — Мне надоело быть здесь лишней! Вам так хорошо вдвоем, вечно в обнимочку! Может, освободить вам место в кровати? И уйти на пару часиков погулять с Катюхой? А может, вы просто поженитесь? Из вас выйдет прекрасная семья!

Ее тон получился таким грубым и хамским, что Макс в своей взаимной манере отозвался:

— А что, хорошая идея! — и, поднявшись с кровати, поцеловал откровенным эротическим поцелуем свою подругу, не успевшую опомниться после Наташиных слов. — Инчик, радость моя, я женюсь на тебе, как только ты этого захочешь! — нагло пообещал он и, глядя подруге прямо в глаза, скорее для Наташи добавил: — Я клянусь!

Не взглянув больше на пока еще свою девушку, вышел из комнаты, хлопнув дверью.

Наташа была просто в шоке от увиденного: второй раз в жизни — его поцелуй с Инессой… Наташа была в шоке от услышанного. И понимала, что сама спровоцировала.

— Ну и дура же ты! — покачала Инесса головой.

Наташа даже не обиделась на это…

Катюшка испуганно уселась у Инки на коленях в самую примерную позу и затаилась. А Наташа, пытаясь сдержать безудержный рев, напористо указала женщине: