Страница 5 из 63
Глава 2. О Нём
— Карен, ты же должен понять… Он может быть сейчас рядом, в соседнем доме… А я запрещаю себе его видеть…
Наташа сидела на полу на мягком ковре в комнате Карена. Были летние каникулы, и Наташа не знала, хорошо это или плохо. С одной стороны, в школу ходить не надо, а, значит, ничто не будет напоминать ей о тех днях, когда Он там работал. Но с другой стороны, ей совсем не на что отвлечься. Что бы она ни делала — загорала на пляже, болтала с Кареном, гуляла по городу — мысли вновь и вновь возвращались к Нему. Она читала заданную на лето литературу и совсем не вникала в смысл: некоторые страницы приходилось перечитывать по нескольку раз. Карен терпеливо пытался ее развеселить, но она упрямее: все время переводит разговор на единственную волнующую ее тему. Карен опять советовал ей:
— Если ты влюбилась в него, пойми — тебе лучше не дразнить себя, а попытаться забыть его.
Наташа задумалась.
— Нет, я не люблю его… Я просто хочу быть рядом… — и новый приступ рыданий.
Карен снова уже в который раз за сегодня обнял свою подругу.
— Детка, — он был старше на целых два года и с удовольствием называл ее деткой, это уже стало вторым Наташиным именем, ее прозвищем, — перестань себя мучить, да и меня тоже…
Наташа посмотрела на него и тут же вспомнила, что ее друг влюблен в нее. Она прижалась к нему еще сильнее и прошептала:
— Господи, родной мой, извини меня, пожалуйста. Просто ты единственный во всём мире, с кем я могу поговорить…
Он промолчал.
— Я… Просто… — Наташа хотела что-нибудь сказать ему, но не находила слов.
— Детка, всё в порядке, — пришел на помощь парень. — Тебе не стоит искать встречи с ним. Это некрасиво: ты сидишь целыми днями в его дворе, караулишь его дом!
— Ты так говоришь из ревности. Просто не хочешь, чтобы я увиделась с любимым человеком.
— Он старше тебя ровно в два раза! На что ты рассчитываешь?
Наташа не дала ему договорить. Она злилась оттого, что ее друг с ней не соглашался.
— Причем тут возраст?! Я люблю его! А это от возраста не зависит.
— Ты уж определись, любишь или нет, — раздраженно попросил парень.
Наташа чувствовала какое-то интуитивное притяжение к дому любимого человека. Вот именно в эту минуту ее сердце так рвалось туда, на ту дорогу, где они встречались и шли в школу!
— Карен, ты ведь всегда со мной соглашался, — попыталась девушка немного защититься, не замечая, что в ее словах отсутствует логика, — почему сейчас ты говоришь, что я не права?
— Потому что ты никогда не была так глупа! — грубо оборвал ее друг. Похоже, ему уже надоели эти причитания. — Он взрослый человек! Ему наплевать на тебя, малолетку!
— Не звони мне больше, — резко обиженным тоном потребовала Наташа и очень четко добавила, — никогда!
Трудно с этими подростками, вздохнул Карен. Все говорят, что трудно.
— Хорошо, не буду звонить! — рявкнул он, просто чтобы отомстить.
Это был вполне подходящий повод сбежать на улицу. Наташа строила из себя оскорбленную, совсем не задумываясь о том, что это заставляет ее друга переживать.
Карен не стал останавливать любимую девушку, когда она вышла из его квартиры, громко хлопнув входной дверью. Он и сам понимал, что не стоило так с ней разговаривать, и оттого, что сам сделал что-то не так, чувствовал себя просто отвратительно.
Убежав от правды из дома своего друга, Наташа медленно плелась к соседней пятиэтажке, где был шанс случайно встретиться с учителем…
— Привет, котенок! Рад тебя видеть! — услышала она позади себя любимый голос.
Вот оно! То, о чем она мечтала! Это судьба, неведомая сила заставила ее уйти от друга и прибежать сюда именно в этот момент! Сердце забилось так сильно, что радость против ее воли превращалась в слезы.
— Здравствуйте, Максим Викторович, — она, не отрываясь, смотрела ему в глаза, словно не веря своему внезапному счастью.
— Что-то случилось? — учитель как будто видел ее насквозь. — Может, расскажешь?
И она с быстротой калькулятора посвятила молодого человека в историю их ссоры с Кареном, стараясь в своем искреннем монологе заменять Максима Викторовича абстрактным «парнем». Но дипломированному педагогу разве нужны откровенные признания, чтобы понять, кого любит школьница на самом деле? Посоветовал ей:
— Обязательно помирись с другом. Он тебе все правильно говорил…
— Алло?
— Карен, это я. Извини меня, ты был прав. Как всегда. Он старше, и у меня нет никаких шансов. Он абсолютно точно дал мне это понять.
— Это ты прости, я нагрубил тебе. Как ты?
Как все-таки приятно слышать его дружелюбный голос! Не стоит с ним ссориться!
— Мне очень плохо, я проплакала весь вечер.
— Поднимайся ко мне, мама испекла вкусный торт!
Хорошо, когда есть такой друг! Он не упрекал ее словами типа «я же говорил». Он успокаивал ее, сочувствовал ей, и становилось легче.
— Я так тебе благодарна! Без тебя я просто не смогу жить. Кто же еще стал бы меня вытаскивать из бездны всех проблем?
— Эй, детка, ведь так будет не всегда.
— Конечно, не всегда. Только до тех пор, пока я не стану такой же умной и сильной, как ты.
Наташа понимала, что жизнь не кончена, но каждую ночь, стоя у окна, вытирала слезы со щек, те слезы, которые были о Нём.
Она обожала вид из своего окна. Слева — синеватые горы с вечными ледниками на самых вершинах, справа — нежно-голубое море, в шторм даже были видны «барашки» на волнах, а напротив — новые застройки белоснежных домов, чуть дальше на холме вырисовывались силуэтики маленьких старых одноэтажных зданий… Она так любила эти «остатки прежней жизни»! Было в них что-то свое, родное… И вокруг зелень, сплошная пышная зелень: стройные кипарисы, высокие тополя, огромные многолетние платаны… А ночью всё опускается в таинственно-обыденную темноту. Наташа смотрела на маленькие желтые квадратики окон и понимала, что сейчас за каждой занавеской течет своя, никому не ведомая жизнь. И она, эта жизнь, наверное, кому-то очень дорога… Наташа попыталась проглотить комок в горле. Больше ничего не вернешь, он не будет работать в их школе, она не будет учиться в седьмом классе, у него своя жизнь, которая никогда не пройдет рядом, это больше не повторится! Он пытался показать ей мир в более ярких красках, а в итоге ей хочется задернуть шторы поплотней и раствориться в бесчисленном множестве одеял. По ее щекам потекли слезы. Она старалась быть сильной, как обещала Карену, но не могла.
Вернулась в постель, но долго не спала. Уткнувшись в подушку, тихо, вполголоса, сквозь слезы убеждала себя:
— Я не люблю его, не люблю, не люблю, мне еще рано любить…
Осенью, когда снова начались занятия в школе, по-прежнему искала Его повсюду глазами, словно он не увольнялся. Память вдруг преподносила сюрпризы: Наташа вспоминала такие мелочи, на которые не обращала внимания, когда они происходили.
Однажды Максим Викторович попросил ее учебник на пару минут…
Однажды поручил ей раздать тетради…
Однажды закрыл окно возле ее парты и объяснил им с Таней: «Вы простудитесь»…
Однажды за один урок четыре раза сделал им замечание по поводу громкой болтовни и строго предупредил, что на пятый раз выгонит их из класса… Нет, это уже не лестное воспоминание, это лучше забыть…
В Новогоднюю ночь загадала желание — встретиться с Максимом… Вообще при любом случае, на любую примету загадывала именно это!
Максим снился ей, и поначалу Наташа записывала эти сны в своем дневнике. Так, ничего особенного: что Максим вернулся в ее школу, что Максим снова ведет физику, что Максим живет в соседнем доме… Однажды приснилось, как Максим поцеловал ее в губы прямо в холле школы! Больше бы таких прекрасных снов!