Как приручить холостяка

– В первые полгода лучше сон, чем секс, – усмехается друг в трубку.

– Понял, принял, обработал, – вздыхаю.

– Да ладно тебе, не вздыхай так. – смеется добродушно. – Дети – это счастье. Сам не заметишь, как нас перегоните.

– О, нет, спасибо. Мы еще в своем уме. – хохочу. – Ладно, давай, до встречи. Аферистке своей привет. Лена ей вечером позвонит.

Когда заходим домой, помогаю Лене снять пальто и веду в спальню. Уложив, подкладываю ей под ноги подушку и массирую стопы. Моя нежная фурия постанывает так сладко, что массаж у меня получается короче, чем планировался. Сидеть со стояком совсем не удобно.

Заваливаюсь рядом с ней и разворачиваю к себе лицом. Любуюсь ее бледной кожей и ясными голубыми глазами. Пытаюсь оттянуть момент близости, прочувствовать свое желание сильнее, но срываюсь, как голодный на пирожное, и набрасываюсь поцелуями на ее губы.

Разворачиваю всю аккуратно от ненужной обертки. Рассматриваю.

Красивая моя. Другая теперь. Грудь налилась, соски потемнели и сейчас призывно торчат. Животик округлился, подчеркивая женственность фигуры и бедер.

Беременность действительно очень украшает женщину. А мою делает еще желаннее, чем прежде.

Припадаю губами к животику и обцеловываю его аккуратно.

– Маленькие мои, – шепчу тихо-тихо, – вы, главное, растите здоровыми, а с дачей мы как-нибудь разберемся.

Замираю, чувствуя, как сердце заходится. Вдыхаю поглубже.

– Кирилл, все хорошо? – обеспокоенно уточняет Лена, поглаживая меня по волосам.

– Да лучше и быть не может, – выдыхаю и поднимаюсь поцелуями к ее груди. – Только, давай осторожненько, ладно? Страшно мальчишкам навредить.

Аккуратно придерживаю ногу Лены под колено и плавным толчком вхожу в ее горячее влагалище медленно, не на всю длину. Тело внутри будто кипит от противоположных сигналов организма: снизу требуют активных действий, сверху осторожных. Сдерживаюсь изо всех сил, аж мышцы горят.

Лена, моя горячая девочка, плавно улетает от моих неторопливых ласк, а я терплю и до последнего не даю себе расслабиться, пока она не выстонет свой оргазм полностью, а потом, только когда она обессиленно замирает, позволяю себе чуть резче и глубже войти в ее расслабленное тело и взрываюсь таким ярким оргазмом, от которого темнеет в глазах и вырубает на несколько секунд из реальности.

Валяемся в обнимку, голые и безумно счастливые в своем маленьком тихом мирке. Закрыв глаза, поглаживаю то мягкие аппетитные бедра, то налившуюся грудь, пузико своей фурии, а она расслабленно мурлыкает в моих руках.

– Представь, – шепчу, уткнувшись в ее шелковые волосы, – а если за девчонкой соберемся потом, и опять двойня, то что делать?

– Ну, судя по твоей логике, идти за пятым, чтобы льготы еще какие-нибудь получить, – усмехается она, сладко зевая. – Или, там, на пенсию на пять лет раньше выйти.

– Ага, главное до нее потом дожить, – усмехаюсь сонно, натягивая на нас одеяло посильнее. – Это вас роды омолаживают. А для нас стресс.

– Ты чего, Кирюш? – поворачивается она ко мне. – Волнуешься?

– Очень. – вздыхаю, серьезно глядя на нее. – За тебя. Ты уж не хулигань, ладно? Двойня все-таки.

– Совсем не хулиганить? – игриво хмыкает Лена, положив руку на член и мягко поглаживая его. – А я хотела с тебя стресс снять.

– Не, ну так-то хулигань. – усмехаюсь, тут же взбодрившись и отгоняя от себя меланхолию, и фурия ныряет под одеяло, а я нетерпеливо морщусь от прикосновения ее нежных губ. – С такими темпами поживем еще.

Дорогие мои! Кто еще не видел, приглашаю вас в новинку.

НЕ РЫЦАРЬ ИЗ ПРОШЛОГО

https:// shrtzrB3

55. Роды

– Твою ж мать! Ну что, другого времени не было, чтобы руку сломать? – стону в ладони, скидывая куртку, которую только что надел, и натягивая обратно халат. – У меня жена рожает! Нельзя было часик потерпеть? Везите его на рентген.

К счастью, Лена в больнице, и я понимаю, что она под присмотром самого заведующего отделением, потому что мы с ним договорились обо всем заранее. Но я хотел присутствовать на родах. И как только мне сообщили о том, что пошла родовая деятельность, тут же дёрнул с выходного сменщика и намылил лыжи в роддом. Благо, он неподалеку. Но пока замена ещё не успела приехать, приходится отдуваться мне.

– Кирилл Сергеевич, да не волнуйтесь вы так, – успокаивает меня санитарка. – Идите, он потерпит, всё равно под “обезболивающим”, – кивает она головой на подвыпившего мужчину, которому помогают забраться на каталку.

– Ага, с открытым переломом, – фыркаю с усмешкой. – Ладно, первые роды обычно длятся долго, успею.

Пока пациенту делают рентген, курю на крыльце и звоню Лене. Она не берет трубку. Ну, может, на процедуры какие отправили.

– Лена, я немножко задержусь, у меня тут срочный пациент, – записываю ей голосовое и ухожу обратно в отделение.

И начинается… То одно, то другое. Освобождаюсь только через час, когда наконец приходит сменщик. Бросаю всё и бегу в роддом, на ходу проверяя телефон. Ответа от Лены так и не было. Начинаю волноваться сильнее. Вдруг что-то пошло не так? Детей-то двое.

– Здрасьте, – вбегаю по лестнице на третий этаж и торможу перед медсестрой.

– Ой, здравствуйте, Кирилл Сергеевич, а ваша уже в родовой.

– Пройти-то можно? – хмурюсь.

– Да конечно, конечно, – успокаивает меня медсестра. – Это вам на четвертый этаж, только руки помойте и халатик накиньте, там на входе висят.

Она говорит что-то ещё, но я уже не слушаю, а снова несусь в поисках моей фурии.

На четвёртом этаже тихо и безлюдно, но с другого конца длинного коридора доносятся голоса, и, судя по тону, они ругаются. С трудом заставляю себя потратить время на мытьё рук, а затем, схватив халат, на бегу натягиваю его, двигаясь в сторону звуков.

Заглядываю в родильный зал и застываю в дверях.

– Ну сделайте же вы хоть что-нибудь! – сквозь слёзы стонет моя фурия, вцепившись в штанину заведующего отделением.

– Елена Александровна, отпустите, пожалуйста, иначе я ничем не смогу помочь, – отбрыкивается он, но побеждает моя жена, потому что в следующую секунду раздаётся громкий треск, и заведующий отшатывается, взмахнув руками, а в руках Лены остаётся карман от его джинсов.

– Роман Борисович, мы все компенсируем! – забегаю внутрь и испуганно смотрю на Лену. – Что произошло?

Спрашиваю, а у самого сердце сжимается и пропускает удар, потому что я не могу понять, что происходит, и где мои дети, и почему Лена просит что-то сделать.

– Вытащите их из меня, пожалуйста! – взвывает моя жена нечеловеческим голосом и, сжав в руках железные ручки родильного кресла, тужится изо всех сил, а затем падает обратно и хрипло дышит. – Я не могу!

– Терпи, сейчас ещё одна потуга будет, – успокаивает её акушерка. – Вот-вот головка выйдет.

– Я больше никогда не буду рожать! – Лена поворачивает ко мне голову и смотрит таким взглядом, будто это я заставил её забеременеть и теперь требую рожать бесконечно.

– Леночка, – подхожу к ней, – Слушай доктора, всё будет хорошо.

Встаю у изголовья и вытираю с её мокрых щёк слёзы, но они тут же катятся снова.

Лена снова кричит, напрягаясь изо всех сил, и в этот раз сразу же раздаётся детский плач. Смотрю, как в руках акушерки появляется маленький человек размером чуть больше моей ладони. И вроде бы я видел точно такого же у друга в гостях, принимая роды, но от осознания, что это мой ребёнок, подкашиваются ноги.

– Лен, всё хорошо будет, – сглатываю и цепляюсь в изголовье на всякий случай, чтобы не упасть в обморок.

– Кирилл Сергеевич, с вами всё нормально? – уточняет у меня заведующий, будто считывая состояние. – Нашатыря?