Страница 5 из 44
— Соглашайся, — хрипло и сладко шептал голос мне на ухо. — Соглашайся, принцесса… Просто скажи «Да»…
Я чувствовала, как меня окружает горько-сладкий тяжелый запах дурманящих благовоний. Он словно обволакивал меня со всех сторон. Голова стала тяжелой от этого запаха.
— Мы с вами даже не знакомы, — произнесла я, глядя затуманенным взглядом на руку с пистолетом.
— Ты ошибаешься. Мы с тобой знакомы, принцесса, — меня прижали к себе еще сильнее.
У меня никогда не было знакомых пиратов! Откуда? Я — принцесса! Я даже на корабле вышла в море впервые! Меня все время держали во дворце. И никуда не выпускали.
— Все еще веришь, что нужна своему отцу, своему народу, Ратенборну? — меня прижали к себе со всем бесстыдством. — Сейчас проверим!
— Эй, кому нужна принцесса? — пират обратился ко всем присутствующим. — Кто готов заплатить за принцессу Крессиду сумму, которую я назову? Как на счет Ратенборна? Неужели вам не нужен заложник мирного договора? Как же могучий флот Ратенборна, который будет строиться на верфях проигравшей страны? Как же планы убить ее тогда, когда кораблей будет достаточно? Отличный повод для новой войны, не так ли? Как же завоевание соседа его же кораблями?
Король Ратенборна побледнел. Королева открыла рот: «Откуда он знает?».
— А как же папашка? Как на счет единственной дочери? Единственная дочь стоит дорого. Если бы речь шла о жизни моего ребенка, я бы половину морей выжал. И еще столько же прибавил. И грабил бы так, что вы бы у меня взаймы просили, — хрипло произнес пират.
— Как еще всех пиратов не перевешали? — возмутился барон Роксель.
— По мне на берегу плачет очаровательная девушка. И зовут ее Виселица, — усмехнулся пират. — Но на ней было столько пиратов, что я брезгую!
Меня прижали к себе так, что стало нечем дышать. Аромат благовоний опьянял. Я почувствовала, как меня резко закидывают на плечо.
— Отпусти! — опомнилась я, пытаясь отбиться букетом. Подо мной была веревка и море.
— Ааааа! — заорала я. Но опомниться, не успела, как меня сгрузили на палубу.
Наш корабль казался таким маленьким, что я обалдела. Я бросилась вдоль палубы с криками: «Отец!!!». Я уже почти залезла на ограждение, в надежде, вернутся обратно. Но меня схватили поперек талии.
— Тише, принцесса, — послышался шепот. Я болтала ногами в воздухе: «Пустите!».
Пираты возвращались на борт. Они, словно крысы, лезли по веревкам.
— Отпустите! — сопротивлялась я, брыкаясь. Моя юбка задралась, но я продолжала сопротивляться.
— Запомни, как ты это делаешь, — послышался хриплый голос. Мой букет улетел в черные воды моря. — На случай, если упадешь за борт.
Меня оттащили подальше. Я провожала взглядом горящий корабль со сломанной мачтой.
— Помаши ручкой, принцесса! — мою руку взяли в свою и помахали ею. — Помаши ручкой жениху! Папе! Несостоявшимся родственникам! До свидания! Прощайте! Берег там!
Мы растворялись в тумане. Я почувствовала, как меня отпустили на пол.
Я обернулась, глядя на пирата снизу вверх.
— Извиняться не буду. Мои извинения — это всегда больно и смертельно, — прохрипел пират. Он стоял передо мной и улыбался белоснежной улыбкой.
Мимо нас прошел лохматый пират. «Скоро полнолуние!», — сверкнул он светящимися желтыми глазами.
— Ммм! Люблю аристократов! — произнес зубастый голодранец, крутя на пальце бриллиантовое ожерелье. — У них такая вкусная кровушка!
Я дернулась назад и напоролась на капитана. Меня тут же поймали и прижали к себе.
— Вижу, что ты уже начала знакомится с командой. Добро пожаловать на борт «Крессиды»! Крессида на «Крессиде»! — насмешливо и хрипло произнес пират.
Море плескалось за бортом. Слышались скрипы старых досок и шлепанье расправляемых парусов. «Лево руля!», — слышался сиплый крик. Пираты забегали по палубе. Я вжала голову в плечи.
— Не бойся. Вот мы и встретились снова, принцесса, — меня обняли за талию. — На то, что тебя выкупят, можешь не рассчитывать.
— Это еще почему? — огрызнулась я, пытаясь вывернуться.
— Потому что я не отдам. Ни за какие сокровища в мире, — ослепительно улыбнулись мне.
Что-то странное происходило, но я не понимала что. Он говорил, что мы знакомы. Я была уверена, что вижу его в первый раз!
— Вспоминай меня, принцесса, — шептали чужие губы, опускаясь к сомкнутым моим. — Вспоминай… По глазам вижу, что не помнишь. А ты вспоминай…
Мое лицо держали в руках, постепенно склоняясь к нему.
— Я ведь тебя никогда не забывал… Такую забудешь…
Фраза оборвалась на половине моего вдоха, глубоким и страстным поцелуем. Пальцы одной руки впивались в мою талию.
— У меня на тебя большие планы, принцесса, — рука расправила мои волосы. Его глаза улыбались.
— Влюбить и за бор-р-рт! — послышался за спиной противный скрипучий голос. Я резко обернулась. На мачте сидел попугай. Он был щипаный, драный и одноглазый. Но еще страшнее то, что он был призраком!
—Я влюблю в себя эту наивную пр-р-ринцессу и выброшу ее за бор-р-рт! — повторил попугай, расправив призрачные крылья.
Глава первая. Кокетливые размеры
Глава первая. Кокетливые размеры
Прогремел выстрел. Пуля прошла сквозь призрачного попугая. Тот упал вниз. Делая вид, что сдох. А потом с диким смехом-срежетом сделал круг над кораблем.
— Влюбить и за бор-р-рт! — гаркнул он мне на ухо. — Беги, пр-р-ринцесса!
— Не обращай внимания, красавица. Он у нас с чувством юмора, — улыбнулся пират ослепительной улыбкой. Из пистолета «Пожалуйста» все еще шел дымок.
Меня вели в сторону трюма. «Бом кливер! Лечь на курс фордевинд», — слышалось сиплое за спиной. Ветер разгонял туман. Море шипело и билось за бортом.
Мои ноги прогнулись. Я схватилась руками за дверной проем.
В романах пираты похищали красавиц с одной единственной целью. Лишить их невинности. Причем делали это сразу по отплытию. Каким-то непостижимым образом, капитаны пиратских кораблей узнавали, что на борту есть девственница. И тут же похищали ее.
«Чую, рядом корабль! Чую, на борту девственница! Поднять паруса!», — примерно так я представляла рейд.
Я уже понимала, для чего меня ведут в трюм. Нянечка рассказывала перед свадьбой, как вести себя с мужчиной.
— Милая, тебя отдают не замуж. Тебя отдают в плен! — твердила она. — Поэтому ты должна вести себя, как подобает! Чтобы проклятые ратенборнцы не забывали о том, кто ты! Смотри на них, так, чтобы во взгляде читалось все государство. Весь Ивернес.
Я шла вслед за пиратом. И тренировала «взгляд государства». Пока что государство смотрело ему в спину.
— Отдаваться ты должна так, чтобы корона с головы не упала. Уронишь корону — уронишь честь Ивернеса! Одна принцесса уронила корону во время супружеского долга! — поучала няня, готовя меня к свадьбе. — А потом ее свергли! И отца ее свергли! Всех свергли!
Нянька доставала из сундука юбки и белье.
— Это было через двадцать лет после того, как она вышла замуж, — робко уточнила я.
— Но все-таки свергли! — на меня посмотрели с поучительной строгостью. У нянечки всегда была история, где кого-то свергли.
— Нельзя кривляться и гримасничать. И стонать нельзя! Ни в коем случае! Пусть простолюдинки стонут и кричат! На то они и простолюдинки! А ты — принцесса! — поучала няня, расчесывая мои волосы.
— А если это… оргазм? — спросила я шепотом. Под матрасом лежал роман «с оргазмом».
— Оргазм для принцессы — это полная казна, процветание народа и флот! Других оргазмов у принцессы нет! — засопела няня. — Я твою мать воспитала. Твою тетку воспитала! Из твоей матери получилась достойная королева! И из тебя получится!