Гипотеза любви

Глава 15

Гипотеза: нет момента в жизни, который не сделает лучше еда, доставленная по конвейерной ленте.

Их видели все.

Совсем незнакомые Оливии люди, и известные авторы научных блогов, и преподаватели с факультета, у которых она училась в предыдущие годы. Все они улыбались Адаму, называли его по имени или «доктор Карлсен», говорили ему «отличный доклад» или «еще увидимся». Некоторые полностью игнорировали Оливию, некоторые с любопытством ее разглядывали… ее и Адама и их соединенные руки.

Адам в основном кивал в ответ, поболтать он остановился лишь с Холденом.

— Пропускаете скукоту, ребята? — спросил он с понимающей улыбкой.

— Ага.

— Тогда я обязательно выпью твою часть алкоголя. И извинюсь за тебя.

— Не стоит.

— Просто скажу, что у тебя срочные семейные дела. — Холден подмигнул. — Или, возможно, срочные дела будущей семьи, как звучит?

Закатив глаза, Адам потянул Оливию к выходу. Ей пришлось ускориться, чтобы не отстать: не то чтобы он шел особенно быстро, просто у него были такие длинные ноги, что его шаг равнялся примерно трем ее шагам.

— Эм, я тут, вообще-то, на каблуках.

Адам обернулся к ней, опустил взгляд к ее ногам, а потом поспешно поднял глаза.

— Я знаю. Сегодня в вертикальном измерении ты менее ущербна, чем обычно.

Она прищурилась.

— Эй. У меня рост сто семьдесят три сантиметра. Это довольно много.

— Хм. — Его лицо оставалось непроницаемым.

— Что у тебя за вид?

— Что у меня за вид?

— Вот это твое лицо.

— Просто обычное мое лицо?

— Нет, у тебя выражение лица, говорящее: «Ты не высокая».

Он улыбнулся совсем чуть-чуть.

— На этих каблуках можно ходить? Или нам лучше вернуться?

— Все нормально, но можно идти помедленней?

Адам притворно вздохнул, но все же сбавил шаг. Он отпустил ее ладонь и положил руку на талию, чтобы слегка подтолкнуть свою спутницу вправо. Ей пришлось скрыть легкую дрожь.

— Итак. — Оливия сунула руки в карманы куртки, пытаясь игнорировать покалывание в кончиках пальцев. — Тот бесплатный алкоголь, о котором ты говорил. Еда к нему прилагается?

— Я накормлю тебя ужином. — Губы Адама изогнулись чуть сильнее. — Хотя ты обходишься недешево.

Она склонилась и слегка толкнула его руку плечом. Было сложно не заметить, что бицепс у него словно каменный.

— Это правда. Я определенно намерена заесть и запить свои страдания.

Адам еще никогда не улыбался так широко.

— Куда хочешь пойти, хитрюга?

— Давай подумаем… Ты что любишь? Помимо воды из-под крана и вареного шпината?

Он бросил на нее хитрый косой взгляд.

— Как насчет бургеров?

— Хм-м-м. — Оливия пожала плечами. — Ну можно. Если нет выбора.

— Что не так с бургерами?

— Не знаю. У них вкус как у подошвы.

— Что?

— Может, мексиканский ресторан? Ты любишь мексиканскую еду?

— Бургеры вовсе не…

— Или итальянскую? Я бы с удовольствием съела пиццу. И может, у них в меню найдется для тебя блюдо из сельдерея.

— Мы идем есть бургеры.

Оливия рассмеялась.

— А как насчет китайской кухни?

— Ел на обед.

— Ну, в Китае люди едят китайские блюда много раз в день, так что не позволяй себе отказываться от… О.

Адам сделал еще два шага, прежде чем понял, что Оливия встала как вкопанная. Он крутанулся на месте, чтобы взглянуть на нее.

— Что?

— Туда. — Она указала на красно-белую вывеску через дорогу.

Адам проследил взглядом за ее жестом и некоторое время просто смотрел, моргая. А затем сказал:

— Нет.

— Туда, — повторила Оливия, чувствуя, как ее губы растягиваются в широкой улыбке.

— Оливия. — Меж его бровей залегла глубокая вертикальная складка. — Нет. Есть рестораны гораздо лучше, куда мы можем…

— Но я хочу в этот.

— Почему? Там…

Подойдя к Адаму, она схватила его за рукав пиджака.

— Пожалуйста. Пожалуйста!

Ее спутник ущипнул себя за переносицу, вздохнул и поджал губы. Но всего пять секунд спустя положил ладонь меж ее лопаток, чтобы повести ее через дорогу.

Проблема, объяснял Адам приглушенным тоном, пока они ждали место за столиком, была не в суши-баре, а в акции «съешьте все, что сможете, за двадцать долларов».

— Это всегда плохой знак, — сказал он, но его голос звучал скорее смиренно, чем воинственно, и, когда официантка пригласила их к столу, он покорно последовал за ней. Не в силах сдержать широкую улыбку, Оливия восхищенно смотрела, как движутся тарелки на ленте конвейера, протянувшейся сквозь ресторанчик. Когда она, вспомнив об Адаме, снова взглянула на него, то увидела, что тот смотрит на нее со смесью раздражения и снисходительности.

— Знаешь, — сказал он ей, глядя на салат из морской капусты, проплывающий мимо его плеча, — мы могли бы пойти в настоящий японский ресторан. Я буду рад заплатить за все суши, которые ты захочешь съесть.

— А они будут проезжать мимо моего столика?

Адам покачал головой.

— Беру свои слова обратно: ты обходишься мне пугающе дешево.

Оливия проигнорировала его слова и, подняв стеклянную дверку, взяла себе роллы и шоколадный пончик. Адам пробормотал себе под нос что-то вроде «очень аутентично» и, когда официантка остановилась рядом, заказал им обоим пива.

— Как ты думаешь, что это? — Оливия окунула ролл в соевый соус. — Тунец или лосось?

— Вероятно, паучье мясо.

Она закинула кусочек в рот.

— Очень вкусно.

— Ага, конечно, — скептически отозвался Адам.

По правде говоря, очень вкусно не было. Но было вполне нормально. И все, что сейчас происходило, было так здорово. Как раз это ей и требовалось, чтобы отвлечься от мыслей обо… всем. Обо всем, кроме здесь и сейчас. Рядом с Адамом.

— Ага. — Она пододвинула к нему оставшийся ролл, молча подначивая его попробовать.

С многострадальным выражением лица Адам разломил палочки, подхватил ролл, потом долго его жевал.

— На вкус как подошва.

— Вовсе нет. Вот. — Оливия взяла с ленты миску бобов эдамаме. — Можешь попробовать это. По сути, это брокколи.

Адам поднес один ко рту, сумев притвориться, что ему не противно.

— Кстати, нам не обязательно разговаривать, — заметил он.

Оливия склонила голову набок.

— Там, в отеле, ты сказала, что не хочешь разговаривать с кем бы то ни было. Так что разговаривать не обязательно, если тебе хочется просто есть эту… пищу в тишине. — Он бросил явно недоверчивый взгляд на собранные ею тарелки.

«Ты не просто кто бы то ни было», — это казалось опасным ответом, так что Оливия улыбнулась.

— Уверена, молчать ты хорошо умеешь.

— Это вызов?

Она покачала головой.

— Я хочу поговорить. Но можно мы не будем разговаривать о конференции? И о науке тоже? И о том факте, что мир полон засранцев?

И что некоторые из них — твои близкие друзья и соавторы.

Рука Адама, лежащая на столе, сжалась в кулак, он стиснул зубы и кивнул.

— Отлично. Можем поболтать о том, какое это славное место…

— Ужасное.

— Или о вкусе суши…

— Подошва.