Страница 65 из 77
Глава тридцать вторая
Майлз
Шестью годами ранее
Лиса любит Клейтона.
Папа любит Клейтона.
Клейтон сплачивает семью.
Он уже мой герой, а ведь ему всего два дня от роду.
Вскоре, после того как папа с Лисой уходят, приезжает Иэн. Он не хочет брать Клейтона на руки, но Рейчел удается его убедить. Иэн смущен, потому что никогда не держал ребенка, однако подчиняется.
– Слава богу, что Клейтон пошел в Рейчел, – говорит он.
Я согласен.
Иэн спрашивает, рассказывал ли я Рейчел о том, что написал ему в тот день, когда впервые ее встретил.
Я не понимаю, о чем он.
Иэн смеется.
– В тот первый день Майлз сфотографировал тебя со своего места в классе, послал фотку мне и написал: «Это будущая мать моих детей».
Рейчел смотрит на меня.
Я смущенно пожимаю плечами.
Рейчел приятно, что я написал это Иэну. А мне приятно, что он ей рассказал.
Входит врач и говорит, что нам можно ехать домой. Иэн помогает мне перенести вещи в машину и подвести Рейчел к выходу. Потом дотрагивается до моего плеча. Я думаю, он хочет меня поздравить, но вместо этого он просто меня обнимает.
Немного неловко, но я рад, что друг мной гордится.
У меня хорошо на душе, как будто я все делаю правильно.
Иэн уезжает.
Мы тоже.
Я, Рейчел и Клейтон.
Моя семья.
Я бы хотел, чтобы Рейчел сидела рядом, но мне нравится, что она на заднем сиденье вместе с Клейтоном. Я в восторге от того, как сильно она его любит. В восторге, что теперь, когда Рейчел стала матерью, меня влечет к ней еще сильнее.
Мне хочется поцеловать ее, сказать о своей любви, но, по-моему, я и так повторяю это слишком часто. Не хочу, чтобы ей надоело.
– Спасибо тебе за нашего малыша, – говорит с заднего сиденья Рейчел. – Он прекрасен.
– Ну, красоту он унаследовал от тебя. От меня у него только яйца.
Она смеется. Смеется от души.
– О да, знаю… они такие большие!
Мы оба смеемся.
Рейчел вздыхает.
– Поспи, – говорю я. – Ты же два дня не спала.
В зеркале заднего обзора я вижу, как она улыбается.
– Потому что не могу оторвать от него глаз.
А я не могу оторвать глаз от тебя, Рейчел.
Однако отрываю, потому что огни встречной полосы ярче, чем следовало бы.
Я стискиваю руль.
Намного ярче.
Говорят, за мгновение до смерти перед глазами проходит вся жизнь.
В каком-то смысле так и есть.
Вот только перед глазами не последовательные или разрозненные эпизоды, а одна-единственная картинка, которая
ЗАСТРЕВАЕТ
в сознании. Становится всем, что ты видишь. Всем, что чувствуешь.
Перед глазами стоит не твоя собственно жизнь, а те люди, которые стали ею.
Рейчел и Клейтон.
Перед глазами лишь они двое – вся моя жизнь.
Гул.
Один только гул.
Внутри, снаружи, снизу и сверху.
РЕЙЧЕЛ, РЕЙЧЕЛ, РЕЙЧЕЛ…
Не могу ее найти.
КЛЕЙТОН, КЛЕЙТОН, КЛЕЙТОН…
Мокро. Холодно. Голова болит. Руки тоже.
Я ее не вижу, я ее не вижу, я ее не вижу…
Я его не вижу.
Тишина.
Тишина.
Тишина.
ОГЛУШИТЕЛЬНАЯ ТИШИНА.
– Майлз!
Я открываю глаза.
Мокро. Мокро. Мокро.
Вода.
В машине вода.
Я расстегиваю ремень безопасности и оборачиваюсь.
Рейчел сидит, обхватив руками автокресло Клейтона.
– Майлз, помоги! Оно застряло!
Я пытаюсь.
Пытаюсь еще раз.
Но ее тоже нужно вытащить.
Ее нужно вытащить!
Я ногой выбиваю стекло – видел такое в каком-то фильме.
«Обеспечьте себе выход прежде, чем давление на окна слишком возрастет».
– Рейчел, выбирайся наружу! Я его вытащу!
Но она отказывается бросить ребенка.
Я его вытащу, Рейчел…
Она не может выбраться. Ремень заело – он слишком сильно натянут.
Я хватаюсь за ремень. Нащупываю пряжку уже под водой.
Рейчел бьет меня по рукам, пытается оттолкнуть.
– Сначала его! – кричит она. – Сначала вытащи его!
Не могу.
Они оба застряли.
О господи…
Мне страшно.
Ей страшно.
Повсюду вода, и я больше не вижу Клейтона.
Не вижу Рейчел.
Не слышу его плача.
Я снова нащупываю пряжку.
Расстегиваю ремень.
Хватаю Рейчел за руки. Ее окно цело. Мое разбито.
Тащу Рейчел вперед.
Она сопротивляется…
Сопротивляется…
Обмякает.
Сопротивляйся, Рейчел!..
Сопротивляйся!
Пошевелись!
Кто-то просовывает в окно ладонь.
– Дайте мне ее руку! – кричит он.
В окно льется вода.
Все заднее сиденье залито водой.
Повсюду одна вода.
Я даю ему руку Рейчел, и он помогает вытащить ее из машины.
Повсюду одна вода…
Я пытаюсь найти Клейтона…
Не могу дышать…
Пытаюсь найти его…
Но не могу дышать…
Хочу спасти сына…
Стать для него героем…
Не могу дышать…
И больше не дышу.
Тишина.
Тишина.
Тишина.
Тишина.
Тишина.
Тишина.
Тишина.
Тишина.
Тишина.
ОГЛУШИТЕЛЬНЫЙ КРИК.
Я зажимаю уши руками.
Заковываю сердце в броню.
Отплевываюсь, пока снова не начинаю дышать.
Открываю глаза: мы в лодке.
Оглядываюсь по сторонам: мы на озере.
Подношу руку к подбородку.
Рука красная. Покрыта кровью. Такой же яркой, как волосы Рейчел.
Рейчел…
Вижу Рейчел.
Клейтон…
Не вижу Клейтона.
Я приподнимаюсь на локтях и подползаю к борту.
Нужно найти Клейтона…
Кто-то останавливает меня.
Оттаскивает назад.
Говорит, слишком поздно.
Говорит, ему очень жаль.
Но мы уже не можем ничем помочь.
После столкновения машина слетела с моста.
Ему очень, очень жаль.
Я пододвигаюсь к Рейчел.
Хочу ее обнять, но она не дается.
Она кричит. Всхлипывает. Рыдает. ВОЕТ.
Бьет меня. Пинает. Говорит, что я должен был спасти его, а не ее.
Я же пытался спасти вас обоих, Рейчел…
– Ты должен был спасти его!
Ты должен был спасти его…
Я должен был спасти его…
Она кричит. Всхлипывает. Рыдает. ВОЕТ.
Я все равно ее обнимаю.
Пусть меня бьет.
Пусть ненавидит.
Рейчел меня ненавидит…
Я все равно ее обнимаю.
Рейчел плачет, но уже беззвучно. Плачет так сильно, что не может издать ни звука. Плачет ее тело, но не голос.
Все кончено.
Все кончено.
ВСЕ КОНЧЕНО.
Я плачу вместе с Рейчел. Плачу, и плачу, и плачу.
Оба мы плачем, и плачем, и плачем.
Все кончено…
Осталась одна вода.
Я смотрю на Рейчел, но вижу лишь воду.
Закрываю глаза и вижу воду.
Поднимаю взгляд к небу и вижу все ту же воду.
Как больно… Не думал, что сердце способно вместить тяжесть всего мира.
Я больше не делаю жизнь Рейчел прекрасной.
Я уничтожил тебя, Рейчел…
Моя семья.
Я, Рейчел и Клейтон.
Все уничтожено.
Ты больше не сможешь любить меня, Рейчел…