Страница 91 из 253
Поппи потянулась и поцеловала меня в щёку.
— Без них я не знаю, что бы делала.
Я коснулся губами её лба.
— Ты сильнее, чем думаешь. Всегда была.
Она улыбнулась.
— Я сказала Виктеру, что ты разобрался с герцогом. Он уже знал. Сказал, что ты сделал больше, чем я видела.
Я усмехнулся.
— Я сломал каждую кость этому ублюдку. Медленно.
— Хотела бы я это видеть.
— Моя королева жаждет крови, — шепнул я, проводя рукой по её спине.
Потом она рассказала о встрече с Древними — так называемыми Судьбами.
— Они почти не помогли. И вообще не ясно, зачем им со мной говорить. Не то чтобы я не знала, что Колиса нужно остановить. Но они явно не ожидали того, что случилось с тобой и Киереном.
— Согласен. Айдун выглядел удивлённым.
— Они… сныли обо мне. Я — часть их пророчества, — выдохнула она.
Мне стоило труда не выругаться вслух, но спорить было бессмысленно.
— Странно, знаешь? Что они предвидели, а что — нет. Например, не видели Союза и всего, что из него выйдет. Или не поняли, как передать это.
— Хоть что-то в их пророчестве было ясным? — усмехнулся я.
— Нет. Но… я начала вспоминать, что видела в стазисе.
Я напрягся, ожидая худшего, но она описала нечто иное: видела начало всего. Это меня даже успокоило — пусть и ненадолго.
— И всё же у меня чувство, что я что-то неправильно поняла в пророчестве. — Она нахмурилась и спрятала лицо у меня на груди. — Стоит подумать об этом, и хочется кричать.
— Поддерживаю. — Я скользнул ногой между её ног. — Как выглядел другой мир?
— Его называют Континенты. Странное место. Людей было очень много, они одевались и говорили совсем не как мы. Женщины носили штаны до колен и короткие топы.
— Волшебное место, — пробормотал я.
Она легонько ударила меня по руке и продолжила:
— Здания выше гор, из стали и стекла. Металлические повозки и корабли, летающие машины, огромная статуя на острове… Всё это казалось невероятным, но я знаю, что это правда.
Поппи рассказала, как слышала голоса из маленьких устройств в руках людей. Это не была магия. Голоса говорили о катастрофическом извержении — том самом, что она видела в стазисе: земля раскололась до самой сердцевины, и почти никто не выжил.
— Но кое-где люди остались, — сказала она. — Только Торн намекнул, что пробуждённые Древние не пощадят их.
Я положил ладонь ей на спину:
— Ненавижу, что тебе пришлось это видеть.
— Торн сказал, что Континенты были куда больше нашего мира, — тихо добавила она, — но пробуждённые Древние не будут милосердны.
Я повторил древние слова:
— Unia eta eram.
Поппи посмотрела на него:
— Гибель и гнев.
— Айдун говорил мне об этом, — ответил он, садясь рядом и вспоминая его слова. — Он уверял, что они вряд ли пересекут Пелену сейчас, но другие спят в нашем мире.
— Да, — тихо сказала Поппи, уронив подбородок на колени. — Они сказали, что пока это не угроза.
Он задержал взгляд на её профиле.
— Айдун говорил нечто похожее.
Она повернула голову:
— Похожее?
Он прикусил нижнюю губу, размышляя, стоит ли делиться. Дело было не в желании скрыть правду, а в том, что словам Айдуна трудно доверять.
— Он упомянул пророчество. Сказал, что Колис — Великий Заговорщик, а ты — Вестница, несущая смерть и разрушение.
Поппи застыла, и у него перехватило дыхание.
— Смерть и разрушение, — прошептала она. — Кость и пепел.
Глава 18
КАСТИЛ
Кости и пепел.
Странное ощущение отозвалось во мне, вибрируя в крови и костях.
Я потер грудь, не имея ни малейшего представления, что это вызвало.
— Смерть и Разрушение? — спросила Поппи, глядя на меня. — Он сказал, что это Колис?
Опустив руку, я прокрутил в голове разговор с Судьбой.
— Он не сказал, что это не он. Но кто ещё это может быть?
— Верно, — пробормотала она, морщинка между бровей постепенно разгладилась. — Что ещё он сказал?
— Что-то про твоё Вознесение, — ответил я, и слова отдали горечью. — Будто оно создало нечто, что, по сути, запустило… кое-что здесь.
Она склонила подбородок к колену.
— Нечто, что создала я?
— Полагаю, он имел в виду Колиса.
Брови Поппи нахмурились, потом разгладились, когда она подняла взгляд на меня.
— Не уверена, — сказала она. — Возможно, он говорил о тебе и Киерене. Это совпадает с тем, что говорили другие Судьбы. По сути, я вас не просто Вознесла… я вроде как создала вас.
— Создала меня?.. — я приподнял бровь.
Поппи поморщилась.
— Да, звучит странно. — Она сделала неглубокий вдох. — Когда мои способности разделились между тобой и Киереном, возник новый пантеон.
Я удивлённо вскинул брови.
— Нравится, как это звучит.
Она улыбнулась.
— Конечно, нравится.
Хмыкнув, я протянул руку и заправил непослушную прядь за её ухо.
— Они так и сказали?
— Да. Сказали, что мы — Первозданные боги Деминийена.
— Деминийен?
— Настоящие Первозданные без Двора, — пояснила она. — Двор — это всего лишь другое слово для того, что олицетворяют боги, их сущность. Но Деминийен — истинный Первозданный, не связанный ни с одним Двором. Ваше с Киереном присутствие в смертном мире не влияет на людей так, как присутствие Первозданного, у которого есть Двор. Так что я не понимаю, как это может что-то запустить… подожди. Вы оба носите истинные искры, значит, при необходимости можете взять себе Двор. — Она нахмурилась. — Хотя это не важно.
— Такое чувство, что ты сейчас разговариваешь сама с собой, — протянул я лениво. — Но это очаровательно.
Она улыбнулась.
— Прости. Просто те Судьбы, с которыми я говорила, явно кое-что утаили. Понимаешь, — сказала она, поворачиваясь ко мне, — Айдун говорил о тебе. Ты — другой истинный Первозданный Смерти.
Её слова эхом прокатились в моих мыслях, пока я смотрел на неё.
— В этом есть смысл, — продолжила она. — Поодиночке твоё присутствие ни на что не влияет. Но с Колисом — да. То же самое случилось бы, если бы Королева богов находилась в смертном мире достаточно долго.
— Ты уверена?
— Думаю… нет, я уверена. Это ва́дентия.
Мне понадобилось мгновение, чтобы вспомнить, что это слово значит на языке богов. Киерен, наверное, понял бы сразу.
— Предвидение?
Она кивнула.
— Оно пришло с Вознесением. Не уверена, почему только у меня… Хотя, думаю, это связано с тем, что я потомок Королевы богов и женщина. И потому что, по сути, я — первый Деминийен, вознёсшийся до уровня Первозданных.
— Ну что ж, особенная ты наша.
Она метнула в меня насмешливый взгляд.
Я усмехнулся.
— Так что ты теперь наша Королева, ещё больше, чем прежде.
— А разве это не делает тебя ещё больше Королём?
— Нет. — Я откинулся назад и подтянул колено. — Это делает меня твоим Супругом. Как и раньше.
— Я всё ещё отвергаю эту мысль.
— Конечно, отвергаешь, — передразнил я её недавние слова.