Страница 229 из 253
Торн и правда не моргнул.
— Ага, — ответил он наконец, моргнул и только потом отвёл взгляд от Кэстила. — Можно я уже буду звать тебя Поппи?
— Нет, — прорычала я. — Абсолютно нет.
Его улыбка потускнела.
— Может, в следующий раз.
— Никакого «следующего раза» не будет.
— Я бы не был так уверен, Пенеллафа.
Я едва удержалась, чтобы не начать спорить — всё-таки он Судьба.
— Можешь уходить.
— Грубо, — протянул он с глубоким… дымным смешком. — Даже не думай пробиваться сквозь защиту. — Его весёлый тон исчез. — У тебя не получится. Только покалечишься.
Я злобно сузила глаза и скрестила руки.
Взгляд Торна скользнул к Кэстилу, затем к Аттесу.
— Лучше помалкивай.
Аттес закатил глаза.
Улыбка Торна снова заиграла, когда он повернулся ко мне.
— До следующей встречи.
— Надеюсь, её не будет…
Торн исчез, и разрыв закрылся за ним, оставив лишь лёгкий запах жжёного озона.
Малик отпустил Делано. Вульвен развернулся и щёлкнул зубами в его сторону. Малик прищурился.
— В следующий раз позволю Судьбе тебя разнести.
Делано фыркнул и рванул ко мне. Я наклонилась, чтобы погладить его.
— Итак, — сказал Киран, обернувшись к нам. — Это и есть Судьба?
— К сожалению, — ответил Аттес. — И все они… в разных степенях именно такие.
Я резко повернулась к нему.
— Ты знаешь, сколько их вообще? Я встречала этого придурка, Холланда и Лириана.
— Ещё есть Айдун, — напомнил Кэстил.
— Я знаю ещё двоих, — нахмурился Аттес. — Почему спрашиваешь?
Я раздражённо выдохнула.
— Мне нужно знать, сколько Судеб может погибнуть, прежде чем миры начнут рушиться.
— Боги хреновы, — пробормотал Малик, пока Аттес медленно повернулся ко мне.
— Будем надеяться, — произнёс Кэстил с явным презрением в голосе, и в его глазах мелькнула тень эссенции, — что миры выдержат потерю двоих.
— Кто-то нас предал, — объявил Кэстил, играя пальцами с клинком из кровавого камня, в переполненном Зале Солнца. — И это должен быть кто-то из тех, кто был в комнате, когда мы обсуждали планы относительно Пенсдёрта.
Мы вернулись в Зал вскоре после истории с Торном. Был созван Теневой Совет, к которому добавились Валин, Хиса и Аттес. Не хватало только Перри, который остался с отцом, и неофициальных участников — Тауни и Ривера. Лишь отца Кэстила и командующего королевской гвардией мы с Кэстилом и Кираном сочли людьми, которым можно доверять безусловно.
— Мы уверены, что то существо, выдававшее себя за Исбет, говорило правду? — спросил Валин, сидевший напротив Кэстила, по другую сторону от Кирана. — Возможно, это была просто удачная догадка.
— Возможно, — ответил Киран, меняя позу на стуле. — Но если вспомнить, как Исбет — та, что мы точно знаем, была ею — знала о наших планах по Оук-Эмблеру, то вероятность двух таких «догадок» стремится к нулю.
Кэстил перевёл взгляд на брата:
— Ты знал о ком-то, кто мог бы работать с Кровавой Короной?
Малик покачал головой.
— Если кто-то сообщил Исбет о ваших планах прибыть в Оук-Эмблер раньше, чем ожидалось, она ни разу не выдала себя. — Его полусжатая ладонь тихо стукнула по столу. — Я знаю, что уже говорил это, но она не делилась со мной своими планами — либо не доверяла мне до конца, либо просто предпочитала молчать. Единственный, с кем она советовалась, — это Каллум.
Я медленно выдохнула при упоминании Ревенанта. Моего… брата. Нет. Это не звучало и не ощущалось правильно.
Вонетта наклонилась вперёд, несколько тугих кос упали ей на щёку.
— Я могу назвать троих, кто мог быть крышей. — Её зимне-голубые глаза встретились с моими. — Уверена, ты думаешь о тех же самых.
— Мурин, Гейла и Эйлард, — сказала я.
— Должен быть кто-то из них, — подтвердила она, оглядев стол. Эмиль и Найлл кивнули. — Возможно, даже не один.
Валин выругался и обменялся взглядом с Хисой.
— Я знаю, что с этими тремя всегда было… непросто.
— «Трудные»? — фыркнула Вонетта.
— Но чтобы они не просто работали с Кровавой Короной, а ещё и с Колисом? — Валин провёл двумя пальцами по лбу. — Это уже измена, выходящая за рамки политики.
— Думаю, можно с уверенностью считать, что Кровавая Корона и Колис теперь одно и то же, — напомнил Кэстил, наклоняясь за кувшином воды. — А ведь Аластир тоже сговаривался с Кровавой Короной. Делал это, полагая, что действует на благо Атлантии. — Он долил воды в мой бокал и снова откинулся, небрежно вращая кинжал. — Возможно, этот человек думает так же.
— Аластир принадлежал к Незримым — и я не оправдываю его поступки, — добавил Валин, опуская руку. — Лишь указываю, что у него была долгая история.
— Кто сказал, что у нашего предателя нет своей истории? — парировал Киран. — Мы не знаем, как давно он кормит Кровавую Корону сведениями.
— Трудно поверить, что кто-то из них способен на такое. Даже Эйлард, — впервые подала голос Хиса. — Но клянусь вам, — её стальной взгляд встретился с моим, а потом с Кэстилом, — я выясню, кто это.
— С радостью помогу, — откликнулась Вонетта.
Хиса кивнула.
Вонетта, с хищной улыбкой, сулящей насилие, откинулась на спинку кресла и положила локти на подлокотники. С её другой стороны Эмиль смотрел на неё с улыбкой, намекавшей совсем о другом.
Почувствовав мой взгляд, Эмиль перевёл глаза на меня. Я приподняла бровь. Он мгновенно повернулся вперёд. Напротив Найлл тихо ухмыльнулся.
— Найти предателя важно, — заговорил Аттес, до этого молчавший. — Но есть вопрос куда насущнее.
Грудь сжалась, когда я потянулась к бокалу.
— Он прав. Колис требует моей явки, — сказала я и сделала глоток. — Я должна предстать перед ним завтра к полудню, иначе он нападёт на Карсодонию.
За столом повисла мёртвая тишина.
Первым её нарушил Найлл:
— С какой армией? Мы превосходим любые силы, что он мог собрать.
— У него более двух сотен богов, — напомнила я.
— А у нас есть трое… кем бы вы ни были, — возразил Эмиль, золотые глаза сверкнули гневом. — И Первородный Войны. К чёрту этих двух сотен ублюдочных богов.
Мои брови взлетели.
— Колису не нужна армия и две сотни богов, — вмешался Аттес. — Если та Исбет — кем бы она ни была — говорила правду.
— Какую правду? — потребовала Вонетта.
— О том, что Колис не так слаб, как мы думали, — ответила я. — Что его подкармливали сотни лет.
— Подкармливали… — Вонетта запнулась, напряжение прорисовало жёсткие линии вокруг её рта.
Я знала, о чём она думает: о той яме под Храмом в Оук-Эмблере — кости, многие совсем крошечные, засохшая кровь. Сотни лет Ритуалов… и кто знает, сколько невинных смертных просто исчезли.
— Колис мог быть в стазисе, а не чахнуть, — продолжил Аттес. — Тогда сейчас он полон сил или близок к этому.
— Если так, почему он не напал раньше? — резко спросил Малик, выпрямившись.
— Это не в его стиле, — ответил Аттес. Я заметила, как его большой палец отбивает ритм по стакану. Знала: не будь у Кэстила кинжала в руках, он делал бы то же самое. — Колис любит шоу. Даже в ущерб себе.
— Что он вообще может получить от встречи с тобой? — спросила Вонетта. — Он же понимает, что мы не станем договариваться о мире.