Страница 89 из 175
В густой траве он наткнулся на мощный рог зюбряка. Двенадцать блестящих на солнце отростков — красота! А где-то неподалеку должен валяться еще один. Они ведь не сразу оба падают: один отпадет, а со вторым зюбряк сам старается расправиться, сбивает об деревья, чтоб голову на один бок не воротило.
Пошел дождь. Бежать по звериной тропке стало не очень удобно. Пусть не приходится ломиться через кустарники, но все равно вода с кустов и деревьев течет по одежде. Версты через две придется выливать из сапог. Одно утешение, что и зюбряк в такую погоду не любит бегать. Выбирает пихтач поразлапистее и прячется.
Савелий привычно нырнул под висячее осиное гнездо и вдруг хихикнул. Вспомнил, как прошлым летом после такого же дождя его попросили отвести на базу одного хлыщеватого геолога. Тот сразу же велел ему идти вперед и шлепать прутом по кустам, сбивая капли. Савелий пошел, а когда повстречал такое же гнездо, — в сердцах трахнул по нему палкой. Сам-то он проскочил… Но какой вопль сзади раздался!
Дождик начал стихать. Савелий посмотрел в просвет между кронами и ускорил шаг. Дождь пока что на руку. За шумом зюбряк не зачует шагов, хоть голыми руками бери. Да и не уйдет из-под пихты, пока дождь совсем не кончится.
Впереди виднелась поляна, заросшая огромными узорчатыми листьями папоротника. А дальше зеленел пихтач.
И вдруг Савелий увидел, как, раздвигая ветки, вышел великолепный олень. Его зюбряк! Это был молодой зверь, на рогах всего по два отростка, шерсть гладкая, блестящая. Он задирал голову и жадно принюхивался к западному ветру. Уши его нервно прядали, мускулы на ногах подрагивали.
Савелий понял, что зюбряк может сорваться с места и понестись бог знает куда, через кусты и валежины. И вовсе не от опасности. Савелий не мальчишка, его и тигр за сажень не почует. Просто зюбряк молод, здоров, силы девать некуда, до осеннего? гона еще далеко и драться придется не скоро.
Савелий рванул с плеча ружье и выстрелил, почти не целясь. Зюбряк на мгновение замер в прыжке, потом бухнул всеми копытами в мокрую землю и ринулся через кусты.
Савелий подбежал, нашел след, прошел по нему и лишь тогда перевел дух. Отлегло от сердца. Подумал было, что не свалил, уж очень легко зюбряк уходил. Но кровь — вот она. По одну сторону следа и по другую. Ясно: навылет. Не уйдет далеко.
Савелий закинул ружье за спину и уже без спешки пошел по следу. По сапогам хлестала густая сочная трава, верещали беззаботные кузнечики. Повсюду виднелись огромные веера папоротников. Нижние листья — красные, средние — оранжевые, верхние — ярко-зеленые. А вверх возносится сочный набалдашник завязи. Орочоны рвут их и варят с молоком. Ох и вкусно же получается!
След по распадку пошел вниз. Впереди возник слабый шум, стало чуть прохладнее. Трава здесь была гуще и ярче. Между деревьями наметился просвет.
Савелий ускорил шаг. Вряд ли зюбряк сумеет одолеть этот ручей. Да и ему самому не мешает напиться холодной водицы, просто посидеть разутым.
Зюбряк лежал в двух шагах от ручья. Над ним уже вился большущий столб белоножки, на морде сидели слепни. Всегда поспевают первыми!
Савелий согнал гнуса с оленя. Ищите живых, пусть будет по-честному. Мертвый отбиваться не может.
Содрав шкуру, он первым делом притопил тушу камнями на дне ручья. Студеная вода сохранит мясо лучше любого холодильника. Если ничто не помешает, то можно будет вернуться. Пока главное — рога. А натопить или настоять пантокрин — пустячное дело… Ученые говорят: самое лучшее в мире лекарство!
В этот момент сзади послышалось стрекотание. Савелий поспешно обернулся. Шагах в десяти стояло несколько диковинных существ. Господи, что это были за уроды! Ростом с человека, только тонкие, глаза — как у стрекоз, на полморды, уши — бубликами, лапы тоненькие утиные, с красными перепонками меж пальцами. А сами похожие на ящерок.
Ну и ну! Как же они добрались так близко, а он и не услышал? Кругом сухостой, валежины, шуршащие листья. Вот и считайся теперь лучшим охотником района!
Одно из существ сделало три шага вперед. Савелий чуть было не потянулся за ружьем, но передумал. С виду большая ящерка на задних лапах, а ящерки — он знал это по опыту — не опасные. Детишки их постоянно за хвост таскают, пока не оборвут.
— Мы — с Антареса! — сказало существо тоненьким голосом. — Трансгрессируем через ваш сектор Галактики. Вы не возражаете?
— Не-а, — ответил Савелий. — Чего возражать. Вы только зверя не бейте без лицензий да пятнистого олешка не трожьте. А так гуляйте, чего там. С Антареса, поди ж ты? Это, видать, далеко? Может, в соседней области? Но что-то не слыхивал, чтобы и там говорящие ящерки водились.
Он все присматривался к чужакам. Ну и чудо-юдо, рыба-кит! Какие только диковинки не бывают на свете! А тут сидишь в лесу, ничего не видишь, ничего не знаешь, ни о чем не слышишь…
— У нас мало времени, — возобновило существо разговор.
— Ясно, — буркнул Савелий с неудовольствием, — все в наш век куда-то спешат. Всю жизнь спешат, совсем сумасшедшие. А городские, так те по улицам прямо бегут…
— Вот-вот, — сказало существо, — нас ждут на орбите. Но мы хотели бы купить у вас. Вы согласны? В принципе?
— А но ж нет, — сказал Савелий осторожно, — с хорошими… — он на секунду осекся, — …людьми завсегда можно дело иметь. Продать или променяться. Или еще там как… Он решил держать ухо востро. Не прогадать бы.
— Значит, можно? — спросило существо.
— А что вы хотите приобрести? — спросил Савелий.
Существо замялось. Все остальные, дотоле молчавшие, зашуршали, застрекотали, заволновались. Некоторые недоверчиво качали лупоглазыми головами. Мол, не продаст, зря стараемся.
— Мы, конечно, понимаем, — сказало существо в сильнейшем волнении, — знаем, что не в состоянии заплатить настоящую цену, но мы уповаем на ваше великодушие и щедрость! Вы ведь невероятно расточительны. А мы заплатим, чем пожелаете: слитками золота, бриллиантами, любым количеством урана, техническими новинками. Чем хотите!
— Это, конечно, здорово, — сказал Савелий, — да только разговоры о моей щедрости… зряшние. У меня это не проходит. Что вы хотите приобрести?
Существо приблизилось на цыпочках и осторожно указало Савелию на его рукав.
— Что? — спросил Савелий, не поняв.
— Вот это. Ползет, видите? Зелененькое такое, с усиками!
По рукаву ползла маленькая мошка. Полупрозрачная, в тоненькой оболочке, на слабеньких ножках. Она с великим трудом перелезла с обшлага на тыльную сторону ладони и теперь едва слышно шевелила лапками, щекотала кожу.
— Так-то ж тля! — сказал Савелий, так и не сумев скрыть удивление. — Травяная вошь.
— Вот-вот. Тля, афидадида, формикарум вакка, как еще называют. На приобретение более сложных организмов у нас просто не хватит средств. А как бы нам хотелось приобрести какое-нибудь из этих!
Существо мечтательно указало перепончатым пальцем на тучу гнуса над головой Савелия.
— Гм… Вот как… — пробормотал Савелий. — Это что же… Ну, да, ясно, как же иначе? Вот, значит, какие пироги! А я думал… Ну ничего, дойдем и до них…
А тля продолжала карабкаться. Наткнувшись на волосинку, беспомощно застряла. Усики растерянно шевелились, ощупывали невесть откуда взявшуюся валежину. Две лапки приподнялись и шарили по воздуху, но зацепиться ни за что не удавалось. В полнейшей растерянности Савелий осторожно попытался снять мошку двумя пальцами. Однако все меры предосторожности ни к чему не привели: на пальцах остался едва заметный мокрый след. Крохотная капелька, одетая в полупрозрачную оболочку, исчезла бесследно.
Пришельцы вздрогнули.
— Вы так расточительны, — прошептало существо с осуждением и почтением одновременно.
— Да-а-а-а, — сказал Савелий. — А я думал, что вы трактор хотите приобрести.
— Мы не музейные работники, — сказало существо. — Нас, как и всех ученых наших звездных систем, интересуют только агрегаты высшей сложности. Наивысшей, какую только можно создать или спроектировать, а также супервысшей, которую пока вообще разгадать невозможно. Как, например, эту тлю.