Страница 66 из 175
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ,
в которой Редькин выручает Сида
Внутри здания царил полумрак. Высоко под куполом неслышно вращались лопасти вентилятора. Посетители продвигались цепочкой по мягкой дорожке, в которой тонули звуки шагов. Было тихо, лишь временами где-то впереди раздавалось всхлипывание. Нетерпеливый Тараканыч надавил на Сида, и тот помял крыло идущему впереди долговязому ха-мизонцу. Ха-мизонец обернулся, печально произнес:
— Хоть здесь ведите себя прилично! — И шепотом добавил: — Совесть надо иметь…
Сид покраснел и так саданул локтем чародея, что тот взвыл на весь Храм. Служитель в белой одежде отделился от стены, приблизился к Тараканычу и строго взглянул на него. Тараканыч испугался и заплакал навзрыд, бормоча: «Цветочек мой аленький, флауер бьютифуль…» Служитель успокоился и опять вернулся к стене.
Наконец Редькин поравнялся с нишей, освещенной лампами дневного света. В нише, за тонкой сеткой, находился темно-красный цветок андезия. Это был самый обычный тюльпан, мимо которого мы, земляне, проходим не оглядываясь. Во всяком случае, удивить Колю тюльпаном было трудно. И поразила его не андезия, а совсем другое: лица ха-мизонцев, их взгляды, обращенные к цветку. Они смотрели на растение так, как смотрят на фотографию дорогого человека, которого не вернуть…
Всего десять секунд можно было стоять у ниши. За эти несколько секунд Коля вдруг почувствовал, что тюльпан для ха-мизонцев не просто цветок. Он — символ чистых рек и поющих птиц, ясного неба и спокойных лесов. Он — боль Ха-мизона и его надежда.
Колина душа, чуткая к чужому горю, не могла остаться равнодушной. Жалость и сострадание к инопланетянам охватили его. В тот миг он твердо решил им помочь. Чего бы это не стоило!
— Тюльпанчики! — презрительно ворчал Тараканыч, когда они покинули Храм Цветка. — Нашли чем любоваться! По мне, пропади пропадом все эти лютики! Тьфу!
Вышел Мёбиус с покрасневшими глазами. Он громко высморкался и тихо сказал:
— Надеюсь, вы уже догадались, о чем я хочу просить вас…
— Вам нужны саженцы! — уверенно ответил Редькин. — Как можно больше саженцев. И семена. Правильно?
— Да, человек. — Мёбиус с уважением взглянул на Колю. — Планета покроется лесами, планета перестанет задыхаться.
— Боюсь, что леса вас не спасут, — скептически заметил Сид. — У вас слишком хорошо развита промышленность. Одна речка Молибденка чего стоит…
— Дело не в промышленности, — ответил Мёбиус, — а в промышленных отходах. Но лучшие умы Ха-мизона уже ищут способ, как бороться с загрязнением. Впрочем, это другая тема. Завтра вы вернетесь на Землю, в тот же самый четырехугольник. Нам понадобится очень много саженцев. Могу ли я надеяться на вашу помощь?
— Постой, профессор. — Злой волшебник усмехнулся. — Мы тебе, значит, елки пришлем, сосенки, разную рассаду. А ты нам что? Иль ты думаешь, мы мотаемся с планеты на планету за спасибо? Нет, брат по разуму, так не пойдет. Ты нам сначала подарки сделай, заинтересуй, а потом мы поглядим…
Ха-мизонец недоуменно смотрел на Тараканыча.
— Не слушайте его, дорогой Мёбиус! — воскликнул Коля, краснея от стыда. — Не надо нам никаких подарков. Мы постараемся вам помочь. Я обещаю! — Он зло сверкнул глазами на чародея. — Мы прекрасно обойдемся без Тараканыча!
— Без Тараканыча, говоришь, обойдетесь? — Злой волшебник осклабился. — Это интересно… Что ж, валяйте, цыплята, а я погляжу. Но только запомни, Николя, свои дерзкие слова!
— Запомню! — сказал Редькин. — И, если надо, могу повторить. Вы — жадный человек!
— На дуэль! — взвизгнул чародей, принимая боксерскую стойку. — Желаю драться!
Он замахал руками, наступая на Колю. Сид преградил ему дорогу, Тараканыч забарабанил кулаками по его необъятному животу, но толстяк даже не поморщился.
Вся эта суета очень удивила Мёбиуса.
— Успокойтесь, — сказал он. — Вы не дослушали меня. Мне действительно хочется сделать каждому из вас подарок, чтобы у вас осталась память о посещении Ха-мизона. И если вы не хотите меня обидеть, то мы отправимся сейчас на Рынок Технических Новинок.
Никто не захотел обижать Мёбиуса, и он повел землян на стоянку, где их ждала машина. Коля и Тараканыч демонстративно не смотрели друг на друга.
С полчаса они добирались до Рынка Технических Новинок, который был расположен на окраине города. Он занимал обширную территорию, обнесенную высоким забором. Торговые ряды тянулись вдоль забора, а в центре пустовала асфальтированная площадь, где можно было испытывать различные технические новинки.
Рынок встретил землян шумом и гамом. Продавцы на все лады расхваливали товар. Со всех сторон доносились крики:
— А вот мочалка с дистанционным управлением! Трет где желательно!
— Кому вечный двигатель?! Гарантия двенадцать месяцев!
— Покупайте утюг! Работает за счет термоядерной энергии! Исключительно полезная вещь!
— Предлагается складывающийся автомобиль! В упакованном виде входит в дамскую сумочку!
— Имеются совершенно уникальные часы! Показывают время на трое суток вперед!
— Выбирайте, что кому нравится, — объявил Мёбиус, и компания двинулась вдоль прилавков.
У Редькина разгорелись глаза. Чего только здесь не было! Сверкали никелем микроскопы для разглядывания несуществующих предметов. Стояли велосипеды на гусеничном ходу. Тут же продавались лазерные зажигалки. Молодой ха-мизонец рекламировал устройство для удаления зубов. Оно состояло из двух магнитов: один прикреплялся к удаляемому зубу, другой — к мощной станине. Достаточно было сесть в кресло, пристегнуться, открыть рот, как зуб вылетал пулей вместе с магнитом.
Первым выбрал себе подарок Тараканыч. Увидев ключ, который открывает абсолютно любой замок, он схватил Мёбиуса за крыло и страстно зашептал:
— Желаю ключ! Купи, мон шер! Слышь? Ничего мне больше не надо.
Ха-мизонец удивился его выбору, но отговаривать не стал, тут же заплатил за покупку и вручил ее счастливому чародею. Тараканыч, даже не поблагодарив за подарок, спрятал его подальше и важно произнес:
— Очень полезная вещь, сеньоры!
Идя вдоль рядов, Коля услышал вдруг:
— А вот прибор для чтения чужих мыслей! Незаменим при игре в шахматы и в беседе с незнакомцем!
Заинтересовавшись, Редькин пошел на голос и вскоре держал в руках черную коробочку, не больше мыльницы. Продавец нажал кнопку, из прибора выскочила короткая антенна.
— Направьте ее на себя, — сказал ха-мизонец.
Редькин направил.
— Хорошо бы иметь такую штуку, — негромко произнес прибор скрипучим голосом. — Надо знать, кто что обо мне думает…
Редькин опешил: мысли его были прочитаны точно. Он направил антенну на Тараканыча. Тот отпрыгнул, пригнулся и заметался, крича:
— Убери машинку! Кому говорят! Чужая душа — потемки! Картина была потешная, все вокруг заулыбались.
— Ну что? — спросил Мёбиус — Нравится?
— Да! — Коля кивнул и смущенно добавил: — Если, конечно, недорого…
Мёбиус расплатился с продавцом и вручил покупку Редькину, который сердечно поблагодарил за подарок.
Теперь лишь Сид оставался без подарка. Он бродил вдоль прилавков со скучающим лицом и ничего интересного для себя не находил. Коле было ясно и без прибора для чтения чужих мыслей, что Джейрано тоскует по еде, а все эти технические новинки его не трогают. Возможно, он так бы и не получил презент в этот день, если бы не зычный голос, рекламирующий свой товар:
— Приобретайте сапоги с реактивным двигателем! Позволяют двигаться с большой скоростью без всяких усилий! Последняя пара!
— Сид! — сказал Редькин. — Без всяких усилий — это то, что вам. нужно. Вы ведь не любите ходить…
Оказалось, что у продавца остались сапоги сорок девятого размера. Это был размер обуви, которую носил Джейрано. Реактивные двигатели были расположены в каблуках, запас топлива находился в толстых подошвах. Сид недоверчиво разглядывал сапоги, а ха-мизонец перечислял их достоинства.