Страница 78 из 92
— Да. — Её взгляд скользнул ко мне, потом вниз. — Потому что я увидела Рене возле школы. Через дорогу.
Пульс в шее бешено заколотился — перед глазами пронеслись сотни «а если». Не она ли за всем этим стоит? Не подослала ли кого-то?
— Это был не первый раз, — добавила Фэллон.
Я мгновенно выпрямился.
— Что значит — не первый?
Фэл прикусила губу.
— В тот день, когда мы выбирали мебель, она прошла мимо, когда мы с Элли выходили. Наговорила гадостей. Я поставила её на место. Думала, всё. Просто... сегодня в её взгляде было что-то другое. Она была по-настоящему зла.
Чёрт бы побрал. Почему она мне не сказала? И почему она не злится на меня за то, что я втянул её во всё это дерьмо?
Трейс постучал пальцами по колену.
— Сегодня она что-то сказала? Угрожала?
— Нет. Просто смотрела. — Фэллон перевела взгляд между нами. — Вы же не думаете... она бы не... — она осеклась, сглотнув.
— Давай просто закончим рассказ, ладно? Потом мы расскажем, что у нас есть.
— Х-хорошо.
Мне не нравилась дрожь в её голосе. Она пропитала воздух вокруг и впилась в меня, вспыхнув яростью, от которой подкашивались ноги. Демоны внутри уже шептали — их язык был языком насилия и тьма. Они требовали крови за то, что сделали с Фэллон.
Трейс кивнул, улыбнувшись ей ободряюще.
— Что было дальше?
— Я поехала к отделению опеки, но по пути получила сообщение от Роуз о новом деле. Она просила встретиться с Ноа по указанному адресу.
Декс и Энсон обменялись взглядом, от которого у меня по спине побежали мурашки. Что-то было не так. Что-то с этим сообщением.
Когда на место приехал заместитель Флетчер, Фэллон умоляла его отправить людей проверить дом, где якобы был ребенок. Но там никого не оказалось. Дом давно стоял заброшенным, отданный банку за долги.
Фэллон глубоко вдохнула.
— Когда я приехала, там стояла только одна машина. Я её не узнала, но подумала, что это неприметная полицейская.
— Почему ты так решила? — уточнил Трейс.
— Тёмно-синяя, без опознавательных знаков.
— Номер не запомнила?
Фэллон покачала головой, и светлые пряди коснулись её лица.
— Нет, прости. Я должна была понять, что что-то не так, но решила, что просто опоздала.
Трейс положил руку ей на колено поверх одеяла.
— Это не твоя вина. Ни на грамм.
Фэл прикусила губу, но кивнула.
— Я подошла к двери и услышала плач. Настоящий. Я бы поклялась, что внутри ребёнок.
Скулы Декса задергались.
— Это была запись.
— Злоумышленник оставил диктофон, — пояснил Энсон.
— Господи... — прошептала Фэллон.
Ярость вспыхнула снова. Такой уровень расчетливости пугал до костей. Это было не просто ненависть — это был холодный ум, план, ловушка. Они знали, на что она клюнет.
— Никто не отвечал, и я просто вошла, — пальцы Фэллон вцепились в мою руку. — Подумала, офицер, может, держит ребёнка на руках и не может открыть. Но как только я переступила порог, кто-то налетел на меня. Швырнул об стену и стал душить.
Я не мог даже представить, сколько ужаса она пережила.
Трейс уже надел своё лицо шерифа — ровное, холодное, без эмоций.
— Ты видела нападавшего?
— Нет. Он... он был в какой-то маске зомби. А глаза — черные, как пустота. Я даже их не разглядела.
— Рост? Цвет кожи? — уточнил Трейс.
— Я... не знаю. Он был выше меня.
Хотя это не говорило ни о чём — Фэллон миниатюрная, лёгкая, как птица.
Фэллон скрутила край одеяла между пальцами.
— Перчатки. Он был в перчатках. И в толстовке с капюшоном. Я вообще не видела кожи.
— Голос? — спросил Трейс. — Он что-то сказал тебе?
Взгляд Фэллон скользнул в сторону.
— Значит, сказал, — понял Трейс.
— Я не узнала голос, — прохрипела она.
— Что именно он сказал? — тихо спросил Энсон. — Это важно.
Пальцы Фэллон сильнее вцепились в одеяло, пока она смотрела себе на колени.
— Он сказал: «Он тебя не заслуживает. Он не заслуживает счастья».
Всё во мне замерло. Будто мир перестал вращаться. Я не дышал, не чувствовал — ничего.
Я понял сразу — это обо мне. О моём чертовом прошлом. О безрассудных решениях, в которые я втянул Фэллон. Но услышать это вслух… я не выдерживал.
Трейс тихо выругался.
— Но я… я вспомнила, чему ты меня учил, — сказала Фэллон, поднимая на меня взгляд, полный доверия и света. — Услышала твой голос в голове — ты говорил мне драться, говорил, что делать. Я вырвалась, ударила его коленом в пах и побежала.
— Вот так, — одобрил Коуп, но глаза у него блестели.
Фэллон сжала мою руку, будто умоляя:
— Ты помог мне вырваться.
Но ей бы не пришлось вырываться, если бы не я.
Я перевёл взгляд на Энсона и Декса.
— Говорите, что выяснили.
В голосе не было просьбы — только приказ. Энсон не стал ждать разрешения:
— Кто-то взломал телефон Роуз.
— Что? — выдохнула Фэллон.
— Это проще, чем кажется, — пояснил Декс. — Если заставить человека кликнуть по ссылке в сообщении или письме, можно получить доступ к устройству.
У меня пересохло во рту, язык прилип к нёбу, пока я пытался сглотнуть.
— Таким образом злоумышленник мог писать тебе от имени Роуз и получать твои ответы, — продолжил Декс. — Вы бы ни о чём не догадались.
— Довольно нагло, — пробормотал Линк. — А если бы она уже была в отделении опеки, когда пришло сообщение?
Энсон и Декс снова обменялись взглядом.
— Что? — рявкнул я.
Габриэль поднял руку, призывая меня не срываться.
— Когда мы вернули вам машины, наши эксперты проверили их. И внедорожник, который разрисовали, тоже. На обеих были установлены трекеры.
В ушах зазвенело — будто пчелиный рой. Я пытался дышать, но воздух не шел.
— Значит, они знали, где мы каждую секунду.
— Да, — подтвердил Энсон, не смягчая слов. — Судя по всему, кто бы это ни был, он одержим тобой. Хочет причинить тебе боль любым способом.
— И как, по-твоему, мне теперь защитить свою семью? — прохрипел я.
Ответа не последовало. Потому что его не существовало. И хуже всего — в том, что они вообще оказались в опасности, виноват был я.
44 Фэллон
Я провела пальцами по следам на шее — они уже начинали темнеть. Пару недель будет тяжело, прежде чем всё заживёт. Хорошо хоть сейчас зима — можно прикрываться шарфом или водолазкой. Потому что каждый раз, когда Кай смотрел на мою шею, в его глазах вспыхивала вина.
Но спрятаться сейчас было некуда. На мне была только его футболка, спускавшаяся до середины бёдер. Я глубоко вдохнула и воздух наполнился ароматом дубового мха, амбры и Кая. Это было именно то утешение, которое мне нужно. Вот только я сама не могла дать Каю такого же покоя.
Я видела, как часть его души будто умерла, когда девочки садились в мамин внедорожник, чтобы погостить у неё, пока всё это не закончится. Никакая сказка на ночь не смогла бы сгладить факт, что их жизнь снова пошатнулась. Но мы сделаем всё, чтобы они знали — мы рядом, всегда. Даже если временно не под одной крышей.
Вздохнув, я отошла от зеркала и направилась обратно в спальню. Рука легла на дверную ручку, я вдохнула, пытаясь собраться. За дверью звучал приглушённый голос Кая, и я нахмурилась, открывая.