Страница 1892 из 2474
Глава 76
Негрил, Ямайка
пятница 29 октября 2021 г.
Кристофер Монтгомери был на три года старше своей сестры. Однако возраст давал мало влияния и никаких преимуществ. Эйвери была лучше него в большинстве вещей – она лучше училась и была лучшим моряком. Она была более харизматичной и общительной. Если бы что-то между ними вышло из-под контроля, она, скорее всего, смогла бы побороть его и в драке. Но в одном Кристофер ее превзошел. В математике. Когда дело касалось цифр, он был гением. Математика и все ее производные давались ему легко. На самом деле, он никогда не чувствовал потребности учить предмет. Знания уже каким-то образом были в его мозге. Он родился с ними. Все, что ему надо было делать, это упорядочить информацию и применить ее к какой-либо области математики. В колледже он специализировался на математике. После колледжа получил диплом магистра по прикладной и вычислительной математике. Будь у него нормальный отец, возможно, Кристофер Монтгомери стал бы профессором или актуарием в страховой индустрии. Вместо этого он взял свой математический мозг на Уолл-стрит и присоединился к «Услугам по управлению инвестициями Монтгомери» в качестве аналитика.
Кристофер занимался изучением рынка, оценкой вероятностей и статистическим анализом получения прибыли от торговли акциями и сырьевыми товарами. Неудивительно, что он оказался хорош в этом. На самом деле, настолько хорош, что поднялся на вершину пищевой цепочки в отцовской фирме и скоро давал советы не только отцу, но всем партнерам о том, в какие отрасли размещать активы хедж-фонда. Кристофер настолько погрузился в статистический анализ фондов фирмы, что за деревьями не видел леса. До одного вечера, когда задержался на работе и остался один. Его мозг работал лучше, когда кабинеты «Услуг по управлению инвестициями Монтгомери» пустели. Тогда-то он впервые начал распутывать имевшую место аферу. Ему потребовались недели работы по ночам, чтобы вскрыть финансовые преступления фирмы.
Кабинеты «Услуг по управлению инвестициями Монтгомери» занимали весь сороковой этаж Пруденшл билдинг в Нижнем Манхэттене, и как только Кристофер учуял коррупцию, ему стало плевать, как он рискует. Поздно вечером, после того как ушли уборщики, он вошел в кабинет отца и обыскал его компьютер. То же самое он проделал с компьютерами всех партнеров. То, что заняло у федералов два года, Кристофер узнал за две недели. «Услуги по управлению инвестициями Монтгомери» были грязны как грех, и имя и интеллект Кристофера стояли почти за каждой заключенной сделкой.
Так же быстро, как догадался о мошенничестве, Кристофер понял, что его посчитают таким же виновным, как любого другого в фирме. Его цифровые отпечатки пальцев были почти на каждой сделке. Его свяжут с финансовой пирамидой так же, как его отца или любого из партнеров. Свяжут, привлекут к суду, признают виновным и посадят в тюрьму. А он знал, что федералы придут. Старый друг, с которым он изучал прикладную математику, работал в Налоговой службе США и подтвердил подозрения Кристофера. Кристофер попросил об услуге, и его друг пошел навстречу. Пока Кристофер две недели распутывал финансовые преступления в «Услугах по управлению инвестициями Монтгомери», его друг сделал несколько звонков и сам поразнюхивал. Он мало что узнал, но выяснил, что идет активное расследование с подключением «Математических гиков» ФБР – прозвище бухгалтеров-криминалистов, работающих на правительство. Ему даже удалось узнать название операции – «Карточный домик».
Кристофер Монтгомери мог бы выбрать множество вариантов. Он мог пойти к федералам и заключить сделку. Мог предоставить весь необходимый им доступ. Мог слить им все. Он мог обличить отца и потребовать изменений, но он знал, что все зашло слишком далеко. Он мог попытаться стереть свои отпечатки со сделок и оправдаться незнанием. Но каждый из этих выборов имел недостатки. Ко всем прилагалась вероятность, что он отправится в тюрьму. Так что вместо этого он рассказал Клэр про отцовский хедж-фонд, мошенничество и миллиардные активы, которые были всего лишь миражом. Он рассказал ей, как глубоко завяз во всем этом, даже несмотря на то, что до недавнего времени ничего не знал. А потом он попросил ее о помощи.
Не существует идеального способа инсценировать собственную смерть. Но Кристофер был абсолютно уверен, что это надо сделать до того, как в дверь ворвутся федералы. Потому что инсценировка смерти после обвинительного заключения будет слишком подозрительна. Инсценировать свою смерть за год до того, как кто-либо в «Услугах по управлению инвестициями Монтгомери» попадет под обвинение федеральных властей было возможно. Если сделать это правильно.
Потребовалось убедить Клэр пожертвовать своей «Oyster 625», но после того, как Кристофер объяснил, что лодка – и все остальное в их жизни – куплено на грязные деньги, Клэр согласилась. Зная, что на пристани установлены камеры наблюдения, они с Клэр поднялись на борт «Клэр-Войанс», приготовили ее к плаванию и отчалили. Только когда они отошли на милю от берега, Кристофер пересел в спасательную шлюпку и вернулся на берег – в другую гавань, где наблюдение было менее тщательным. А потом молился, чтобы Клэр выжила.
Шторм был таким свирепым, как и говорилось в прогнозе, и Кристофер старался следить за новостями, пока вел машину. Дорога от Манхэттена до Систер-Бэй занимала шестнадцать часов, и Кристофер останавливался, только чтобы заправиться. В эти моменты он надевал солнцезащитные очки и надвигал кепку низко на глаза. К тому времени как он добрался до мореходного лагеря Конни Кларксон, было шесть утра и всходило солнце. Когда он открыл дверь в домик номер 12, его встретил аромат свежесваренного кофе и оладушек, и он мысленно вознес благодарственную молитву за то, что в его жизни есть Конни. Он включил новости и принялся за еду, как дикое животное.
Больше всего – даже больше, чем о просьбе к Клэр пожертвовать «Oyster 625» и рискнуть ради него жизнью – он сожалел, что деньги, которые Конни Кларксон отдала на хранение его отцу, пропали. Как и у многих жертв отца. Конни Кларксон не замечала мошенничества, пока не узнала жестокую правду, что все деньги, отданные «Услугам по управлению инвестициями Монтгомери» исчезли как дым.
Только в полдень Кристофер нашел на сайте «Си-Эн-Эн» заметку. Во время сильного шторма у берегов Манхэттена затонула парусная яхта. Одного пассажира, женщину, спасла береговая охрана. Для поисков второго пассажира объявили поисково-спасательную операцию.
До этого момента все шло по плану. Кристофер планировал скрываться у Конни пару недель. Он и представить не мог, что потребуется три года, чтобы покинуть домик номер 12 и мореходный лагерь.