Страница 127 из 2474
Пути назад не было.
«Вы ее похитили», — сказал президент.
«Мы боимся, что китайцы не выполнят свою часть сделки»,
Медведев сказал: «Если мы взорвём посольство в Москве, а они не сделают то же самое в Пекине, нам конец».
«Мы не просто в дерьме, — сказал президент. — Это может означать конец нашей страны».
«Вот почему нам нужно убедиться, что Ин не планирует никаких сюрпризов».
«Когда вы забрали девочку?»
«Пока он был в Москве, развлекался с русскими стриптизершами и так напился, что едва добрался до своего номера в отеле».
«Где ее держат?»
«В безопасном месте».
«Не наше посольство?»
«Конечно, нет, сэр. Номер в отеле в Пекине. Мы были очень осторожны. У вас есть полное право отрицать свою причастность».
«Посмотрим, какую пользу это мне принесет, если что-то пойдет не так», — сказал президент.
«Ничего не случится, сэр».
«Как будто ничего не случилось с убийством Татьяны Александровой?»
Медведев опустил взгляд.
«Я никогда не давал вам разрешения делать это», — заявил президент.
«Сэр, вы сказали мне заручиться согласием Ин».
Президент покачал головой. Он пристально посмотрел на Медведева, пытаясь понять, было ли это каким-то умышленным неповиновением или же тот действительно считал, что именно этого от него и требуют.
«Что ты сказал Ин?»
«Я сказал, что если он дает обещание Москве, то лучше его сдержать».
«А если нет?»
«Тогда его дочь сделает весьма плодотворную карьеру в квартале красных фонарей под моим личным руководством».
Президент глубоко вздохнул. Сердце колотилось в груди, но он не мог показать этого Медведеву. Не сейчас. План действовал, силы были задействованы, и до конца сражения он не мог позволить себе дрогнуть ни на секунду.
«Вы подняли ставки, — сказал он. — Китайцы не позволят нам уйти от ответственности».
«Они простят нас, если мир поймет, что Америка больше не главная собака».
«Если что-то пойдет не так», — сказал президент.
«Сэр, — сказал Медведев. — При всём уважении, я бы предпочёл, чтобы китайцы нервничали и переживали из-за этой девчонки, чем искали способ нас обмануть».
Президент откинулся на спинку кресла. Это могло обернуться серьёзной бедой. Им нужна была помощь китайцев. В одиночку они бы не справились.
Медведев был прав. Это был единственный выход. Ину было слишком сложно доверять, не имея такого рычага влияния.
А когда девочку вернут, руководство в Пекине будет действовать прагматично. Они заставят Ин проглотить это.
Они тогда были преданы своему делу. Обе страны.
Оба посольства собирались атаковать одновременно.
Ему нужно было что-то, чтобы успокоить нервы. Он открыл хьюмидор на столе и вытащил две толстые сигары Cohiba Robusto.
Он разрезал их и передал один Медведеву.
«Это всё ещё оставляет проблему американцев», — сказал он, зажигая сигару. Его рука слегка дрожала, когда он держал пламя, и, чтобы скрыть это, он наклонился вперёд и передал зажигалку Медведеву, вместо того чтобы прикурить ему.
«Когда эти два посольства будут закрыты», — сказал Медведев, перекатывая сигару между большим и указательным пальцами и разглядывая ее так, словно ему предложат за нее заплатить, — «у Америки будет два варианта».
«Либо они объявят войну, либо нет», — сказал президент.
«И вы беспокоитесь, что они начнут войну», — сказал Медведев.
«Если они пойдут на нас войной, Михаил, они победят».
«Но они этого не сделают, сэр. Не с нами и китайцами одновременно».
«Вы этого не знаете», — сказал президент.
«Вы считаете меня умственно неполноценным, — сказал Медведев, — но я это знаю. Я знаю, что такое корысть. Я знаю, как ведут себя люди, когда их припёрли к стенке. Американцы не пойдут на войну из-за этого».
«У них не будет выбора, — сказал президент. — Они так долго были номером один, что на кону будут их престиж и честь».
«Американцы не будут воевать из-за двух зданий», — заявил Медведев.
«Это не просто два здания, Михаил. Это символы США.
Мощь, гегемония США, весь послевоенный мировой порядок. Эти два здания доказывают, что Америка выиграла холодную войну.
«Это два здания», — повторил Медведев.
Президент затянулся сигарой и выпустил длинное облако дыма.
Он покачал головой.
«Нет смысла делать эту атаку более провокационной, чем это необходимо», — сказал он.
Михаил закурил сигару. Он поднял взгляд.
«Всё это — провокация, сэр».
«Михаил, я хочу убедиться, что это не приведет к тотальной реакции»,
сказал президент.
«Ты не доверяешь моему суждению?»
«Не тогда, когда ставки так высоки», — сказал президент. «Мы должны гарантировать, что они не начнут войну за свою честь. Мы должны дать им возможность отступить. Способ сохранить лицо, когда они не смогут нам противостоять».
«Но вся суть в том, чтобы заставить их потерять лицо».
«Мы все равно это сделаем, но с политической точки зрения нам придется дать им возможность уйти.
Иначе они раскусят наш блеф. Я, блядь, знаю, Михаил.
Медведев пожал плечами. «Может, вы и правы», — сказал он.
«Мы делаем так, чтобы это выглядело как теракты. Скажи Ин то же самое».
«Все будут знать, что мы за ними стояли», — сказал Медведев.
Президент улыбнулся. «Именно так», — сказал он. «Они это знают, и мы это знаем, и общественность во всем мире это знает, но официально мы все заявим, что это были террористы, и что мы сотрудничаем с ними, и таким образом они будут избегать войны».
Медведев пожал плечами. «Хорошо», — сказал он. «Если вам от этого станет легче».
«Мне действительно стало легче», — коротко сказал президент.
«Полагаю, — сказал Медведев, — если американскому президенту придется выбирать между тем, чтобы обвинить в терактах террористов или признать, что он слишком боится противостоять нам и китайцам, нет никаких сомнений, какой путь он выберет».
«И мир, — сказал президент, — всё равно будет знать, что Америка отступила. Их господству придёт конец. Эпоха американской гегемонии закончится».
Медведев наклонился вперед и постучал сигарой по золотой пепельнице.
«Я бы сказал, что это повод для празднования», — сказал он.
«Не так быстро», — сказал президент. Он лихорадочно перебирал в голове все возможные варианты развития событий. «Если в Москве и Пекине планируются два одновременных теракта, американцы об этом узнают».
«Сэр, — сказал Медведев. — Я лично занимаюсь подготовкой. Информация не будет раскрыта».
«Они только что запустили хранилище данных миссии. Я не хочу рисковать, чтобы АНБ узнало об этом».
Медведев усмехнулся: «Компьютер не сможет этого предотвратить».
сказал он.
«Если США узнают об этих атаках до того, как они начнутся, всё это сдвинется с мёртвой точки», — заявил президент. «Китайцы сбегут. Мы останемся одни».
«Хорошо», — сказал Медведев. «Как вы предлагаете нам это предотвратить?»
Президент снова взял в руки фотографию дочери Ин.
«Новый директор АНБ, — сказал он. — У неё ещё и дочь есть».
20
Сергей Сергеевич был российским аналогом лайнбекера. Ростом в шесть футов восемь дюймов и весом около трёхсот фунтов он был не тем человеком, с которым хотелось бы столкнуться. Дело было не только в мышцах, по крайней мере, в наши дни. Он был человеком с аппетитом, и он начал проявляться, но в своё время он был спортсменом.