Страница 2 из 48
– С какой стати?
– Чавез подкупает надзирателя и держит там своих собственных пленников. Это государственная тюрьма.
– Значит, эта девица нам без пользы. Если у нее и есть какие-то сведения, то Чавез будет пытать ее до тех пор, пока она все не выложит.
– У Чавеза важная встреча с семьей Делгадо в Мехико. Так что пока ее оставят в покое. Я слышал, он предпочитает сам делать свою грязную работу.
Гален вздохнул:
– И не говори. Значит, не просто вывезти из страны, а еще и вызволить из тюрьмы и доставить тебе?
– Если будет необходимо.
– Забудь. Пусть твое агентство устроит рейд.
– Чтобы дать правительству повод вопить, будто мы переходим все границы. – Он неохотно добавил: – Кроме того, в агентстве могут быть предатели.
– Неприятно, – заметил Гален. – А ведь ты прав, там есть предатели. Когда вокруг крутится столько денег, коррупция становится нормой жизни. Ты единственный из этого агентства, кому я безоговорочно доверяю. – Он улыбнулся. – Ты обломок другого века. Неприкасаемый. Элиот Несс мира наркотиков.
– Я не чувствую себя неприкасаемым, – поморщился Форбз. – Я ощущаю себя грязным. Слишком давно я в этой игре. Мне хочется, чтобы хоть однажды произошло что-то хорошее. Сделай это для меня, Гален.
– Тюрьма? – Гален покачал головой. – Слишком рискованно. Я не желаю терять еще одного парня из-за этого негодяя. Нет, лучше ловить рыбу.
– Ты подумай. Реальный шанс показать Чавезу нос. – Форбз направился к двери. – Я позвоню тебе через пару часов. У нас не так уж много времени. Понятия не имею, как долго Чавез будет в отъезде.
Он остановился и оглянулся на Галена. Выражение лица Галена ничего ему не сказало. Что же, он сделал все, что мог. Он упомянул и спасение детишек от передозировки, и месть старому врагу. Неужели мало? Гален был самым крутым парнем из тех, с кем Форбзу когда-либо приходилось иметь дело, но он был совершенно непредсказуемым. Придется подождать, надеясь на лучшее.
– Твое мнение? – спросил Логан, когда дверь за Форбзом закрылась.
– Какое может быть мнение? – довольно грубо переспросил Гален. – Полагаю, кто-то его подставляет. Думаю, Чавезу надоело иметь дело с честным Форбзом, вот он и подстроил ловушку. А это именно подстава, я уверен.
– Форбз не идиот.
– Нет, конечно, он просто потерял голову. Слишком уж хочет добраться до Чавеза, а удача, кажется, близка. Форбз работает в агентстве более двадцати пяти лет, а это самая неблагодарная работа на планете. Ему просто необходимо знать, что он принес пользу. – Гален подошел к окну и посмотрел на залив. – Сумасшедший.
– Он тебе нравится, – улыбнулся Логан. – Даже больше. Ты всегда имел слабость к донкихотам.
– Но это не значит, что я стану помогать ему сражаться с клятыми ветряными мельницами.
– А какая сейчас ситуация в Колумбии?
– Не лучше, чем была последние сорок лет. Левые бунтовщики сражаются с правительством. Военные гоняются за бунтовщиками, защищают деревни и некоторых торговцев наркотиками. Наркобароны крепко держатся за свои троны и откупаются от тех и других и, возможно, устраивают перестрелки, стравливая правых и неправых.
– Чавез возглавляет колумбийский наркобизнес?
– Он один из заправил. После того как распался наркокартель Кали, там нет единого барона. Торговля наркотиками разделилась на несколько групп, что выгоднее и безопаснее. В наше время они стараются не высовываться и пользуются Интернетом. Все делается втихую. Одно не вызывает сомнений: в этой стране практически нет ни одного человека, кому можно было бы доверять, потому что все куплены.
– Немного подозрительно, что эта Елена Кайлер выбрала именно Форбза, чтобы обратиться за помощью.
– На самом деле это единственная часть рассказа, которая не вызывала у меня вопросов. Форбз многократно отказывался от повышения, поскольку не собирался просиживать штаны за столом. Он хотел преследовать и арестовывать поставщиков наркотиков. Агентство его уважает и позволяет действовать по собственной инициативе, а его честность стала легендой и среди повстанцев, и среди солдат правительства. – Он криво улыбнулся. – Поверь мне, они знают, кого можно купить, а кого нет. Так что Елена Кайлер, если она действительно существует, выбрала его не случайно.
– А она, разумеется, чистый вымысел, – сказал Логан и вслед за Галеном подошел к окну. – Волнение довольно сильное. Может, не самая удачная неделя для рыбалки?
– Мне кажется, все нормально. Ради бога, ты что, забыл, скольких людей я вытащил из Колумбии? В этом проклятом месте людей похищают чаще, чем где-либо в мире. Это не мое дело, Логан. Черт, Форбз даже не может мне заплатить.
– У тебя достаточно денег.
– Смешно слышать такое от миллиардера.
Логан засмеялся.
– Ты так думаешь? Ну, мне-то деньги нужны больше, чем тебе. Мне семью надо кормить. – Улыбка исчезла с его лица. – Но дело в том, что тебе хочется поехать.
– Черта с два. – Гален поморщился. – Мне нет до этого дела. Да ты и сам посуди, слишком уж удобно сложилось, что Чавез сейчас в Мехико. То, что она вытащит Чавеза в США, – это еще на воде вилами писано. Ту женщину наверняка подкупили те, кто знает, на что Форбз клюнет.
– Значит, ты считаешь, Елена Кайлер не сидит в камере тюрьмы в Белиме? – спросил Логан.
– Ты что, взываешь к моему сочувствию и жалости? Не выйдет. – Гален посмотрел Логану прямо в глаза. – Скорее всего, она сейчас в каком-нибудь роскошном номере гостиницы, оплаченном Чавезом. И не морочь мне голову. Если Форбз хочет свернуть себе шею, пусть делает это без меня.
Белим
«Это только мое тело, – говорила себе Елена. – А я не тело. Я разум, сердце и душа».
– Класс. – Охранник вошел глубоко в нее, вжав ее в бетонный пол. – Классная шлюшка. Тебе нравится?
– Да.
«Я не мое тело. Я должна принять это надругательство».
Это не так ужасно, как когда ее насиловали, потому что она пошла на это сознательно.
– Мне нравится. Ты прямо как бык, Хуан.
«Отключись. Перенесись в другое место». Нет, нельзя. Она должна быть готова.
«Я не мое тело».
– О! – Он громко закричал, застонал, излив в нее свое семя.
Момент самой большой слабости.
Сейчас.
Она тоже вскрикнула, приподнялась и обхватила его руками за шею.
– Хуан!
Он тяжело дышал.
– Ты ведь тоже кончила? Хочешь еще?
Она крепче сжала его шею.
– Ну, ты и здоров… – Она снова притянула его к себе. – Иди сюда…
– Чего ты вцепилась… – усмехнулся он, в голосе слышалось самодовольство. – Подожди немного, и я снова…
Елена сделала резкое движение и сломала ему шею.
Он упал на нее, как тяжелый мешок. Елена столкнула его с себя, вскочила на ноги и оттащила его в тень, в угол камеры, завернув в одеяло. Нет резона одеваться. Как только появится второй охранник, ей придется заманить его в камеру. Они с Хуаном подбрасывали монетку, чтобы решить, кто будет первым, и Елена видела, что второй охранник очень огорчился.
Она сжалась в комок у стены, пытаясь унять дрожь. Она чувствовала себя так, будто ее избили. И, господи, до чего же она грязная. Она с трудом сдержала слезы.
«Я не мое тело».
«Я не мое тело».
– Встретимся в аэропорту через двадцать минут, – коротко сказал Гален, когда Форбз снял трубку.
– Ты согласен? – спросил Форбз.
– Мы возьмем личный самолет Логана и его летчика. Я сказал ему, что он мог бы поучаствовать не только на словах. Мы приземлимся в аэропорту недалеко от Медельина, где нас будет ждать джип, который отвезет нас в Томако. Начальству ничего не сообщай. Ни с кем не разговаривай без моего разрешения. Командовать буду я. Как только ты свяжешься с федералами, я все бросаю и ухожу. Ясно?
– Поговорим об этом позже.
Гален попытался сдержать гнев.
– Слушай сюда, Форбз. Я зол как черт, потому что вполне могу попасть в беду, потому что по глупости позволил себя уговорить. Так что никакой болтовни и красивых слов. Я знаю, тебе хотелось бы самому поставить это шоу, и, возможно, у тебя все прекрасно получится. Но не в этот раз. Это теперь мое дело, или я и в самолет не сяду. Понял?