Довіра

Глава 36

Ной возвращается за своими вещами в пансион, за проживание в котором отвалил немалые деньги, а я еду домой, чтобы подготовить для него комнату.

Компания его спонсора базируется где-то в окрестностях Чикаго. Ему, судя по всему, предстоят частые разъезды, однако у них есть и калифорнийский филиал, поэтому в Лос-Анджелесе парень будет жить со мной.

Остаток дня мы провели вместе. Гуляли, разговаривали. После ланча я отвезла Ноя к любимому портному отца – заказать хороший костюм для будущих официальных мероприятий, сопутствующих его новому приключению. Наш визит в ателье затянулся до вечера, затем мы поужинали, и он отправился в отель. Ной переночует там, соберет вещи и переберется ко мне.

Я заменила кровать в родительской спальне, в которой к тому же есть отдельная ванная, так что поселю его там. Не горю желанием сталкиваться с ночными гостьями, если он решит кого-нибудь пригласить.

– Тебя нужно пристрелить! – слышу крик Мираи, войдя в дом.

Остановившись, замираю на мгновение, прежде чем осторожно закрыть дверь, и прислушиваюсь. Какого черта?

– Нужно пристрелить того, кто оформлял эту комнату, – огрызается Джейк в ответ. – Эти шторы похожи на хрень, которой обивают гробы изнутри.

Джейк? Мое сердце слегка екает. Он тоже здесь.

– Уф! – рычит она.

Что-то со звоном падает на пол и разбивается. Я на цыпочках пересекаю фойе, прячась за стеной гостиной.

– Ой! – говорит мужчина. – Прощай, конфетница. Наверное, стоившая три сотни долларов и тоже ни разу не использованная, ведь в этом доме не видели углеводов с 2002 года.

Прыснув от смеха, накрываю рот ладонью, чтобы они меня не заметили.

– Уходи, – распоряжается Мираи.

– Нет.

– Я вызову полицию!

– Репортеры TMZ приедут раньше.

Качая головой, выглядываю из-за угла и вижу, как он роется в пакетике с моими овощами-фри. Пыхтящая от раздражения Мираи стоит рядом, уперев руки в бока.

Затем она растопыривает пальцы, словно жаждет его придушить.

– Мне не хотелось ударить кого-то так сильно с…

– С прошлой ночи, когда видела сны обо мне?

Я юркаю обратно и прислоняюсь спиной к стене. Мираи до сих пор очень разгневана из-за того, что произошло между мной и Ван дер Бергами в горах, но… черт, Джейк ее не боится.

– Где она? – интересуется он.

– Я не знаю.

– Мираи? – нараспев произносит мужчина.

– Да пошел ты.

Опять высовываюсь из-за угла. Оба повернуты ко мне спиной. Джейк стоит позади Мираи и подначивает ее.

– Все случилось совсем не так, как ты думаешь, – поясняет он. – Дом Тирнан – рядом с нами. Мы готовы убить, защищая ее.

От этих слов мои щеки вспыхивают, однако женщина остается непреклонна.

– Отвали.

Я пробегаю мимо арочного проема и мчусь вверх по лестнице, стараясь не попасться им на глаза. Сегодня у меня нет сил вмешиваться в эти разборки. Поприветствую Джейка завтра.

– Все, я зову охрану, – слышу ее предупреждение.

– Я не уйду, – с издевкой произносит Джейк. – Если придется, проведу здесь ночь. Буду ждать с тобой…

– Нет, не будешь.

– Так близко к тебе… – продолжает он.

– Заткнись.

– Буду наблюдать за тобой…

– Фу.

– Только ты и я… – дразнит мужчина.

После короткой паузы Джейк рявкает:

– Ай! Больно же! У меня кровь из носа пошла. Господи!

– Не на ковер! – выкрикивает Мираи.

Быстрым шагом добравшись до своей комнаты, хватаю ручку и тихо закрываю за собой дверь.

Не знаю, нашел ли меня Ной, потому что знал о приезде отца, или Джейк навещал его и заодно решил заглянуть сюда. В любом случае я рада, что они оба в городе. Я лишь надеюсь, что Джейк позаботился о том, чтобы на время его отсутствия кто-нибудь приглядывал за домом и ухаживал за животными, если Калеб не вернулся.

Пока оставлю его наедине с Мираи. Им нужно пообщаться и выяснить отношения. Независимо от того, одобряет она случившееся или нет, мой дядя никуда не денется. Если Мираи хочет остаться со мной, ей придется иметь дело с ним.

Рухнув на кровать, я зарываюсь лицом в подушку. День выдался хороший, но долгий. Неизменный трепет, который угас в моем сердце после того, как я уехала с пика шесть недель назад, начинает вновь пробуждаться. Они здесь, и я острее чувствую, пусть еще не в полной мере, что нахожусь дома.

Каталог университетских курсов, лежащий на тумбочке, довлеет надо мной. Мне хорошо, однако при виде его становится хуже. Этим утром я охотно хотела пойти в колледж.

А сейчас, раз они вернулись…

Черт бы побрал этих мужчин. Всегда сбивают меня с толку. Я протягиваю руку к ночнику, дергаю за цепочку, отчего комната погружается в темноту, и закрываю глаза.

Встрепенувшись, внезапно просыпаюсь. Моргаю, прогоняя сон, переворачиваюсь на спину и жду, пока обстановка обретет четкость.

Что меня разбудило? Похоже на град. Только в Лос-Анджелесе не бывает града.

Я включаю свет, принимаю сидячее положение и потираю глаза. За окном ясная и тихая ночь. Поднявшись с постели, подхожу к полупрозрачным шторам и отодвигаю их. Разглядываю кажущуюся синей траву и тень дерева на мрачной лужайке, прикрыв зевок рукой. Вдруг уловив какое-то движение, присматриваюсь внимательнее.

С той же ветки, на которой висели качели родителей, свисает веревка с небольшой шиной. Мой пульс учащается. Мне не чудится? Мираи срезала шину в прошлом августе. Когда я вернулась домой, даже веревки уже не было. Я…

Бросившись к двери, распахиваю ее, бегу по коридору. Из кухни слышен смех. Аромат чили по рецепту Джейка проникает в ноздри. В животе урчит, но я, не обращая на это внимания, выхожу во двор через черный ход.

Давно я смотрела в свое окно? Может, вчера? Мираи повесила новые качели? На сей раз специально для меня?

Полагаю, это было бы чутко с ее стороны.

Или, возможно, она повесила шину в честь родителей, узнав, что я погребла их прах под деревом. Эдакий последний мемориал.

Обогнув дом, вижу канат впереди, раскачивающийся на легком ветру.

Шина другая. Немного меньше, с белой полосой. В такой, вероятно, только ребенок поместится.

Кто-то выходит из-за дерева, и я останавливаюсь, встретившись с ним взглядом.

Калеб смотрит на меня.

Мои легкие полностью опустошаются. Происходящее кажется нереальным, однако он хватает веревку над шиной и протягивает ее мне.

Это его рук дело?

Когда?.. Как?..

Ноги двигаются по собственной воле. Медленно приблизившись, спрашиваю:

– Что ты тут делаешь?

Мой голос едва уловим, потому что во рту внезапно пересохло. Поверить не могу, что Калеб покинул Чапел-Пик. Он прилетел на самолете?

Либо приехал на машине. Так или иначе…

Это невероятно. Трудно представить его в любом другом месте, помимо пика, но он здесь.

– Как ты попал сюда?

Конечно, Калеб не отвечает. Просто протягивает мне руку.

Глядя на вены, выступающие с тыльной стороны его кисти, вспоминаю все ночи, когда мои пальцы исследовали каждый сантиметр его тела. Особенно одной ночью.

Я принимаю руку Калеба. Вместо того чтобы помочь забраться внутрь, он берет меня под мышки, высоко поднимает и усаживает на шину сверху. Обвив веревку ногами и руками, испытываю эйфорию и счастье. Голова едва не кружится. Боже, я люблю его.

Калеб здесь. Я могу дотронуться до него.

Что все это значит?

Ветка скрипит под моим весом. В животе все переворачивается. Всегда представляла, каково будет сидеть на этих качелях. Мне хочется улыбнуться, но я сдерживаюсь.

Потянув назад, он отпускает меня. Вопреки стараниям, я все-таки улыбаюсь, закрываю глаза и ощущаю, как лечу вперед, рассекая воздух. Шина возвращается обратно, и Калеб снова толкает ее, уже сильнее. Вцепившись пальцами в веревку, прижимаюсь к ней всем телом, упиваюсь легкостью в голове, вихрем в животе.