Страница 56 из 146
II
Эпиграмма 2
Часто вопрошающему
Когда один вопрос в беседе сей наскучит,Разбор других по сем тебя подобно мучит.Желаешь ли себе спокойствие снискать?Так больше делать тщись ты, нежель вопрошать.III
Ода утро
Подражание французскому
Заря торжественной десницейСнимает с неба темный кровИ сыплет бисер с багряницейПред освятителем миров.Врата, хаосом вознесенны,Рукою время потрясенны,На вереях своих скрыпят;И разъяренны кони ФебаЧрез верх сафирных сводов неба,Рыгая пламенем, летят.Любимец грома горделивыйСвой дерзкий, быстрый взор стремитВ поля, где Феб неутомимыйДни кругом пламенным чертит.Невинной горлицы стенаньеИ Филомелы восклицанье,Соедини свой нежный глас,Любви желаньи повторяют,И громкой песнью прославляютПрироду воскресивший час.От света риз зари багряныхПастух, проснувшись в шалаше,Младой пастушки с уст румяныхСбирает жизнь своей душе.Бежит он — в жалобах ТемираВручает резвости зефираВолнисто злато мягких влас;Любовь ее устами дышет,В очах ее природа пишетПечали нежной робкий глас.Пастух в кустах ее встречает;Он розу в дар подносит ей;Пастушка розой украшаетПучок трепещущих лилей.Любовь, веселости и смехиВ кустах им ставят трон утехи.Зефир, резвясь, влечет покровС красот сей грации стыдливой;Пастух, победой горделивый,Стал всех счастливей пастухов.К водам, где вьет зефир кудрямиВерхи сребриста ручейка.Путем, усыпанным цветами,Ведет надежда рыбака.Друг нежный роз, любовник Флоры,Чиня с ручьем безмолвны споры,Против стремленья быстрых водВ жилище рыбы уду мещет:Она дрожит, рыбак трепещетИ добычь к берегу ведет.Тот тесный круг, что Феб обходит.Есть круг веселия для вас:Забавы, пастыри, выводитВам каждый день и каждый час.Любовь Тирсисовой рукоюИз лиры льет восторг рекоюПрелестных граций в хоровод.Пастушек нежных легки пляски,Сердца томящие их ласкиНеделей делают вам год.Но ах! в кичливых сих темницах,Где страсть, владычица умов,Природу заключа в гробницах,Нам роет бед ужасных ров,Не глас Аврору птиц прекрасныхВстречает — вопль и стон несчастных;Она пред сонмом страшных бед,В слезах кровавых окропляясь,Пороков наших ужасаясь,Бледнея в ужасе идет.При виде пасмурной Авроры,Скупой, от страха чуть дыша,Срывает трепеща запорыС мешков, где спит его душа;Он зрит богатства осклабляясь…С лучами злата съединяясь,Едва рождающийся деньЛьют желчь на бледный вид скупого,И кажут в нем страдальца злогоВо аде мучимую тень.Уже раб счастия надменныйВжигает ложный фимиам,Где идол гордости смятенный,Колебля пышный златом храм,Паденья гордых стен трепещет;Но взор притворно тихий мещет:Его ладью Зефир ведет…Но только бурный ветр застонет,С ладьей во ужасе он тонетВ волнах глубоких черных вод.Авроры всходом удивленна,Смутясь, роскошная женаПускает стон, что отвлеченнаОт сладостных забав она;Власы рассеянны сбирает,Обман ей краски выбирает,Чтоб ими прелесть заменять.Она своим горящим взоромИ сладострастным разговоромЕще старается пленять.Во храме, где, копая гробы,Покрывши пеною уста,Кривя весы по воле злобы,Дает законы клевета;И ризой правды покровенна,Честей на троне вознесенна,Ласкает лютого жреца;Он златом правду оценяет,Невинность робку утесняетИ мучит злобою сердца.Се путь, изрытый пропастями,Усеян множеством цветов,Куда, влекомые страстями,Под мнимой прелестью оков,Идут несчастны человекиВкусить отрав приятных рекиИ, чувствы в оных погубя,В ужасны пропасти ввергатьсяИ жалом совести терзаться,Низринув в гибели себя.