Страница 38 из 44
— Он влюблён в тебя?
— Не спрашивай, мы подельники, от трупа собирались избавиться, но пришли стражи города и забрали киллера-неудачника.
Начинаю месить тесто, потом шинковать овощи, грибы и мясо, а мой мужчина с восторгом смотрит, как нож в моих руках сверкает. Кажется, до Рэндо дошло, что я тоже не божья овечка.
Сделала первую партию и сразу три лепёшки отдала королю Ринора, надо было видеть, с каким удовольствием он съел всё, прикрывая глаза и улыбаясь от восторга.
— Это ещё вкуснее, чем на Гиззе!
— Конечно, там же продуктов не было. А тут такой выбор, и это ещё не всё.
Не успеваю закончить свою хвалебную речь, как в двери вошли трое господ и отдали мне планшет:
— Госпожа, вы вызываетесь в сенат на слушание, простив вас выдвинуто много обвинений от самого императора.
И ничего не объясняя развернулись и ушли.
— Вот, блин, и десерт! — вытираю руки, пытаюсь понять, что там накалякал урод Гай. Но ничего не могу понять. Всё, конец работе, сил нет. Каждый раз какие-то наезды от мажоров.
— Тесс! Любимая, как запасной вариант, усыплю тебя и спрячу в саркофаг стазиса, дипломатической почтой отправим на Парадиз.
Рэндо шепчет, а у меня злость вскипает.
— Меня лучше прямо сейчас усыпить, а то я этому Гаю, чипсы из чл…на сделаю.
Вот Гад!
Глава 45. Шанс есть…
Обвинения Гая граничат с абсурдом, но мы прекрасно понимаем, чего он добивается. Не успеваю поделиться своим злобным мнением, как Делогис выдаёт:
— Он обвиняет вас в предательстве, сговоре с Ринором, с целью ослабить Ромус, а также в краже сына!
— Стоп! Не поняла! Это я украла своего малыша? Он вообще нормальный?
— Госпожа, он в отчаянии, а это худшее состояние врага, невозможно предугадать, что он задумает и как решит отомстить за поражение, без мальчика Гай Максимус никто! Пустое место, на этом же совете в сенате старейшины потребуют отставки императора и начнут голосовать за нового. Есть три кандидата, но они слабые, на большом совете Альянса свободных миров эти претенденты даже рассматриваться не будут. Ринор победил. А посему, вас признают предательницей, простите, мне жаль.
Я села на кушетку без сил даже плакать над своей незавидной долей, в меня сейчас все начнут кидать тухлые овощи. Все косячили, делали пакости, а крайняя Лусия, ну как же классно придумали.
— Делогис, а если мы скроем мою жену, усыпим её в стазис, — начал было Рэндо, но по сморщенному лицу секретаря сами поняли — не прокатит этот вариант Мне нехорошо.
— Как мне везёт на козлов, — шепчу и краем верхней накидки вытираю слёзы.
— На совет идти придётся, но с нами, как подданая Ринора, так они не посмеют вас обвинить. Ваша судьба сама доказывает, что вы безвинная жертва. Думаю, у нас шансы есть. А про стазис тоже советую забыть, госпожа — это очень опасно, вы уже один раз проснулись не в своём теле, лучше не рисковать.
— Ты прав, Делогис, но я не хочу туда идти, — поднимаю взгляд на Рэндо, он стоит надо мной темнее тучи.
— Придётся! Тут уже назревает дипломатический скандал. Простите меня, поспешу готовить документы по всем статьям, проверю все законы и посмотрим, что можно сделать, — секретарь не даёт нам опомниться, и убегает в свой домик на территории посольства готовить встречные иски, а я остаюсь с Рэндо наедине, так ждала этого момента, и Гай всё обгадил. Гад!
— Милая, посмотри на меня, не бойся, в крайнем случае я вызову Гая на бой, это очень старый метод решения мужских проблем. Если он струсит, я победил. Если он выйдет, я всё равно одержу победу. А победителю достаётся всё! — он присел у моих ног и смотрит на меня так, что становится душно и жарко, выдыхаю и сама того не поняла, но спустила с плеча, а потом и со второго, тёплую плотную накидку.
Рэндо понял по-своему, тут же спустил и тонкое платье с правого плеча, а потом с левого, как завораживает и улыбается. Я же ощущаю, как его сейчас штормит.
Римское платье такое непрактичное, сползает и моя грудь уже открыта.
— Ты восхитительная, сильная и красивая, как богиня. Лусия, секунды не было, чтобы я не думал о тебе с первого мгновения, как увидел. Я не могу без тебя, позволь любить тебя, стань моей женой.
— Я стала твоей в тот день, когда ты поцеловал меня, это выше моих сил, тянет как магнитом, из другой галактики притянуло, — он положил свою голову на мои колени и закрыл глаза, улыбаюсь, мои пальцы тонут в его иссиня-чёрных шелковистых волосах, от нежности и желания с трудом дышу, но вспоминаю, какой он красивы аппетитный. И как я скучала по его крепким объятиям и жарким поцелуям.
— В тот момент, когда тебя забрали, показалось, что вселенная исчезла, никогда бы не подумал про себя, что испытаю страх. Понимаю, как ты переживаешь о сыне. И не настаиваю на…
— Спасибо за понимание, это ужасно, но теперь с малышом всё в порядке, он в безопасности, выходит, что это к лучшему, что его украли. А если бы сейчас Тони был туг и этот суд. Гай забрал бы сына и Ромус признал бы его своим малолетним императором.
— Да, всё так, — Рэндо встал и поднял меня с диванчика, теперь прижимает к себе, снова это волшебное чувство, его крепкое тело странно действует это не возбуждение, а наоборот, волнения уходят, кажется, что он меня погружает в состояние покоя и расслабленности, впервые за долгие месяцы.
— Отец был у оракула и следует плану, я перестал сопротивляется, потому что всё идёт так, как должно, всё будет хорошо, Тони только твой сын, Гай не имеет к нему никакого отношения.
Я, кажется, чуть не задремала, стоя рядом с Рондо, но его последние слова «взбодрили».
— Что ты сказал? Как?
— Я чувствую людей, когда Гай стоял рядом, и теперь обнимаю тебя, вспоминаю твоего сына и понимаю, что император не его отец.
Стоит ли говорить, что челюсть моя отвисла так и стою с обнажённой грудью в объятиях своего мужчины, и ничего не понимаю, а от кого я вообще родила?
— А как узнать правду о мальчике? — прохрипела вопрос, от которого у меня головокружение, еще кто-то предъявит на него права?
— Я напишу отцу сообщение с запросом на обследование, хватит капли слюны малыша, и мы сможем, пусть не найти настоящего, но Гаю дать отпор, не волнуйся император проиграл. Его кто-то основательно подставил ещё до рождения Тони здесь огромный заговор, и ты стала его жертвой.
Вот я точно его эйкау, потому что чую, Рэндо что-то недоговаривает. Он знает кто отец? Точно знает, но не хочет афишировать и произносить вслух имя, чтобы не навлечь на нашу голову новых проблем, в лице ещё одного биологического папика?
Лучше молчать об этой тайне, задаю совсем другой вопрос.
— Но у него есть сын Октавии, он объявит его наследником. И отстанет от нас?
— Пусть, Гай пусть продолжает делать глупости, просто ты никогда не была его женщиной, никогда не носила его сына под сердцем и не клялась ему в верности кто-то использовал тебя.
— Тогда не называйте имени настоящего отца, пусть это будет безымянный донор определённой расы. Иначе я точно сойду за вселенскую шлюху, родила, сама не знаю от кого. Это позор! Понимаешь.
— Понимаю, поэтому и не хочу огласки, а Гай всё делает, чтобы опозорить тебя, не доходит до мужика, что так хуже всем. Но я обещаю, что разъясню ему доходчиво, что и как в этом мире!
Рендо проворчал, а мне уже не хочется о делах, я так соскучилась.
— Позже о них, сейчас ты должен продолжить свою терапию, как ты это делаешь?
Эти ласки, нежность, она как океан, как вода, успокаивает, расслабляет, я перестаю бояться.
Он улыбнулся.
— Это сила, сильные люди всегда в таком состоянии, и ты научилась, ты стала мной! А я тобой.