Страница 15 из 44
Следующая кнопка включила воздушную сушку. Несколько минут бесшумного тёплого обдува, и я ощущаю себя принцессой. Поворачиваюсь и замираю, на меня бесстыдно смотрит тот самый человек, что принёс меня в каюту.
Я стеснялась разглядывать голого Рондо, а этот не стесняясь разглядывает меня вошёл без стука, и раз я не закрыла дверь.
— Господин, отвернитесь, дверь я не закрыла, чтобы она не захлопнулась, и чтобы наблюдать за малышом. И если вам кажется, что я кого-то пытаюсь соблазнить, то вам кажется.
Он улыбнулся, но я не хочу провоцировать его, длинными волосами прикрываю грудь, рукой закрываю своё лоно. А он всё смотрит жадным взглядом, но подал платье, и я как попало влезла в него, кажется, даже задом наперёд.
— Ты уже кого-то соблазнила? Лусия? Ведь так тебя зовут? — его тихий, но звучный голос заполняет каюту, но Тони продолжает спать, после таверны с её шумом, мой малыш может спать в любой ситуации.
— Да, господин, кажется, так меня и зовут. И я устала повторять историю. Очнулась в камере стазиса, беременная, ничего не помню, рядом муж, которого я тоже не помню, но он был моей единственной защитой. Однако погиб, думаю, что его убили специально, чтобы забрать меня. Этого ребенка родила я и не украла его! Это мой сын.
— Это чувствуется и без анализов. Он действительно твой, но кто отец?
— Я не знак! Честное слово, не знаю! Думаю, что будь его отец порядочным мужчиной, то мы бы не оказались в такой ситуации. Но теперь надо мной издеваются эти члены, что б их, команды звездолёта.
— Почему они забрали тебя?
— Ну сколько можно повторять, я не-зна-к! — последнее слово протяжно простонала, села на кровати и закрыло лицо руками. Мне очень неприятно, что он меня видел голой.
— Столько, сколько будут спрашивать. Много раз! И разные люди. Привыкай.
— Но вы же сказали про анализы, можно же и не спрашивать, сделать тест и определить отцовство, так же можно? — не хочу открывать свой главный секрет, даже не думаю о том, что я не Лу, и про Москву и свою прошлую жизнь, боюсь, что он телепат. Кто его знает.
— Мне сейчас другое важно понять. Что ты из себя представляешь и почему на тебе метка истинности? — он прищурился, наклонился надо мной, взял руку, и очень крепко сжал запястье. Пульс или как-то иначе хочет понять мои чувства и эмоции?
Но я даже не могу понять, о чём он. Сижу с открытым ртом от удивления и мысленно перечисляю свои «Преступления». Про метку вообще впервые слышу.
— Простите, мою дремучесть, сэр. Но я вообще не понимаю о чём вы. Чип какой-то есть. Замужем вроде была. Таверна на Гиззе моя и работа в ней с утра до ночи.
Кормили с Эли людей. И как не прискорбно осознавать, но последние десять дней у меня даже раб был, точнее, гладиатор, он на арене дрался, в тот момент, когда вы прилетели. Ни про какую метку и понятия не имею.
Начинаю сбивчиво шептать, а он всё так же пристально смотрит на меня, уголки его рта изогнулись в полуулыбке, ладно бы доброй. Но я отлично чувствую сарказм. Он издевается!
— Раб, говоришь?
— НУ, я не знаю, мне его подарили, чтобы он выиграл бои, и мы смогли откупиться от кредиторов. Мой муж проигрался на боях и погиб. Запутанно, да? — поднимаю брови с детским, виноватым выражением на личике. Ну не станет же он ругать меня за рабовладение, я же Рэндо кормила-поила!
— Ты с ним спала? Кто он? — наклонился ещё ниже, да он меня нюхает?
— Нет. Я не такая. У нас деловые отношения, я его кормлю, помогаю с оружием и одеждой, а он выигрывает бои, чтобы сделать свою важную работу, — зажмурилась и прикусила свой длинный язык, кажется, я сдала Рэндо.
— Еще раз спрашиваю, кто он? — мужчина уже рычит.
— Чем-то на вас похож. Очень сильный и красивый рино, ринари, ри-нари-ец, кажется, — пролепетала я.
— Твой раб — ринориец? — этот мужик не выдержал и начал ржать. Да так громко, что Тони проснулся.
— Тише, малыша испугаете.
— Он тебя не тронул? — в его взгляде, голосе неподдельный интерес.
— Нет, один поцелуй на удачу, потому что я за него очень боюсь, и сейчас боюсь, как он там без меня, кто его кормить-то будет? — начинаю поскуливать, потому что это моя боль, ведь кроме меня к Рэндо никого не пускают. Теперь мои слёзы невозможно остановить, реву и вытираю мокрые щёки свободной рукой.
— Он поставил на тебе метку, её чуют только такие, как мы — ты стала его женщиной, и он найдёт тебя, и убьёт всех, кто будет рядом, особенно если с тобой будут плохо обращаться. Ты теперь его истинная!
Сижу на кровати и сердце бьётся так, что я его слышу в висках, незнакомец держит мою руку и ехидно щуриться, словно я его ценная добыча.
А я вдруг улыбнулась такой счастливой улыбкой, что и за руку держать не надо! И так понятно, и мне, и ему, я по уши влюбилась в своего раба. И по глупости женской вдруг спрашиваю:
— А вы не ошибаетесь? Он точно меня найдёт? Ведь найдёт же? Да?
— Если это тот, о ком я думаю, то из чёрной дыры достанет!
Божечки, я чуть не в пляс кинулась, но сижу на кровати и рыдаю от счастья! Он меня найдёт! Найдёт!
Глава 18. Рэндо
Перед боем я недолго искал среди публики её. Наша связь подсказала куда смотреть. Теперь ощущаю Лу, как себя. Вчера стоило лишь уловить её нежные мысли обо мне, о нас. И я сделал то, что должен. Поставил ринорийскую метку истинности, сложный генетический код, достаточно и поцелуя. Но теперь для многих — эта женщина занята мной. И мало, кто отважится покуситься на неё, догадываясь, что ждёт наглеца за это.
Показываю платок Лусии, поклон моей госпоже, публика взревела от восторга, и начинается первый раунд, весьма скучный, но последний для многих.
Хоть разомнусь, махая мечом и делая вид, что сражаюсь. Начни я настоящую атаку, им и минуты не продержаться.
В пылу сражения мы не заметили, что над Колизеем навис огромный корабль имперского флота. Поднял с арены песок, возможно, и по всему городу сейчас пыльная буря, кто-то из бойцов всё ещё пытаются атаковать, но замирают, задрав головы. Никто не ожидал, что такая махина может покинуть орбиту, как потом они собираются преодолевать гравитацию, идиоты, один неверный манёвр и они сотрут городские постройки в прах.
Я предчувствовал, но надеялся, что они прилетели за Крусом или каким-то другим из бойцов, тут полно злодеев, достойных наказания. Но они прилетели не за убийцами. Мои предчувствия никогда не подводят, и сейчас уверен, что цель именно Лусия и её сын. Не может такая женщина, просто так затеряться на задворках галактики и не навлечь на себя гнев правителей.
Показательная депортация с позором, как самую страшную галактическую преступницу? Уж эти твари оповестили всех. Назвали её имя, имя императора и преступление, суть которого никто не понял, она же родила ребёнка, это её сын. Но если она сбежала, и этот мальчик наследник императора, то это значит только одно.
— она жена императора, совершенно непонятно, каким образом оказавшаяся на Гиззе.
Потеряла память или претворялась, чтобы скрыться от деспота? Для меня это неважно. Она невинная жертва, я чувствую это, но ничего не могу сделать. Дикая злость переполняет мою сущность, кровь вскипает.
Скорее к трибунам, есть шанс, запрыгнуть на низколетящий дрон, и пробраться на корабль.
Бегу.
Но всё закончилось слишком быстро, дроны поднялись, в «брюхе» корабля открылся шлюз и проглотил Лусию. Возможно, навсегда, если им приказано избавиться от женщины и забрать только ребёнка.
Я никогда прежде не ощущал такого ужаса. Даже не представлял, что живое существо может испытывать страх, не за себя, а за того, кого любит. Но меня страх не парализует, а гонит на необдуманные, дикие шаги. И мой первый шаг — Крус.