Страница 9 из 52
Она стояла на краю пропасти, и за спиной — только цепи традиций. Шагнуть вперед — значит упасть в неизвестность. Остаться — значит жить с этим холодом.
— Делай, как знаешь, — наконец произнесла она. — Но запомни, Тимур: каждое твоё слово и каждое твоё молчание я тоже запоминаю. День за днем. Год за годом. И когда придет время, ты услышишь их все.
Он чуть дернул бровью, будто эти слова задели его больше, чем слезы.
— Ты стала острее, — усмехнулся он. — Не знаю, хорошо это или плохо. Собирайся к ужину. Мама просила помочь с гостями — придут люди по поводу сватовства. Веди себя достойно.
Он развернулся и вышел, оставив за собой запах одеколона и ощущение ледяного сквозняка. Дверь мягко закрылась.
Раяна долго стояла посреди комнаты, не двигаясь. В голове гулко бились его фразы: "Любовь — сказки", "ты удобная", "она родит", "надо попробовать". Каждое слово — как гвоздь в крышку их прежнего брака.
Потом она медленно подошла к кровати и села на край. Провела ладонью по покрывалу, где еще хранилось его тепло. В груди что‑то сжалось, но слез не было. Только тихое, упрямое решение.
Если он видит в ней только тело для наследника и красивую картинку для клана — она хотя бы сама должна видеть в себе больше. Не только "удобную жену". Не только "пустую". Впереди будут сватовство, свадьба, вторая женщина в доме. Впереди будет ночь, в которой он снова придет к ней "для попытки". Это будет больно. Очень.
Но именно в этих ночах и днях родится та Раяна, которая однажды скажет: "Отпусти меня". Та, которая уйдет из их общей спальни не по его приказу, а по собственной воле. Та, которая потом пройдет через год боли и все равно сохранит в себе способность любить — уже иначе, сильнее, мудрее.
Она глубоко вдохнула, поднялась и подошла к зеркалу. В отражении — та же женщина, но взгляд уже был другим. Менее наивным. Более твердым.
— Я выдержу, — сказала она шепотом, но очень четко. — А вот выдержишь ли ты моё "достаточно" — посмотрим, Тимур.
Снизу донесся голос мамы Зарины: звала помочь с подготовкой. Раяна поправила платок, стерла с лица последнюю дрожь и вышла из комнаты — навстречу ужину, сватовству, и тому самому вечеру, который Тимур решил сделать "попыткой для наследника", а судьба — очередной трещиной в их браке.