Страница 70 из 73
Только мне его слова не добавляют никакой радости.
– Молодец... Угу. Ну и что? Что дальше-то?
– Кира, давай отойдём за столик. Поговори со мной немного. Я ведь не многого прошу.
Его усталый вид, тон… заставляют меня сдаться. И я не хочу, но подчиняюсь. Киваю. Если он хочет что-то сказать, то пусть говорит. Это же не значит, что я должна прощать его или что-то такое.
Мы с Вадимом идём за папой. Вадим держит меня за руку. И вдруг папа останавливается.
– Мы можем поговорить без свидетелей?
– Свидетелей? – усмехаюсь я. – Пап, это мой жених. Без трёх дней муж. У меня от Вадима нет тайн.
Папа кривится, но не возражает. Похоже, в его планы не входило, что я буду с группой поддержки. Мы садимся за столик и, несмотря на то, что музыка грохочет, здесь хотя бы какое-то уединение.
– Ну и что ты хотел мне сказать?
– Слушай, Кир, я хотел извиниться за то, что так всё получилось.
– За что именно? – хмыкаю я горько. Пусть уж откровенно признается, что выставил дочь за дверь и забыл о её существовании. – За то, что отказался от меня?
Папа как-то виновато молчит. И я взрываюсь.
– Ну же! Называй вещи своими именами. Скажи, что я тебе не дочь. Скажи, что я какая-то незнакомая девочка, которую ты растил одиннадцать лет. Ну же, скажи!
– Нет, конечно, это не так. Ты моя дочь.
Горло сдавливает, хочется плакать, но я терплю. Вадим ободряюще поглаживает меня по ладони. Мой отец снова косится на него. Ему явно не нравится присутствие постороннего, но Вадим ближе мне, чем отец.
– Слушай, я был зол, – вздыхает папа. – Мой друг – владелец охранной службы – принёс фотографии и сказал, что твоя мама изменяет мне. Я не мог поверить, но доказательства были налицо – она обнималась с каким-то мужиком. А потом он ещё настоял, чтобы я сделал тест на отцовство.
– Что? – удивлённо тяну я.
– Я сделал его. Проверил и тебя, и Сеню. И… выяснилось, что мы с тобой не родственники.
Сердце замирает. Я, в принципе, была эмоционально готова к этому. Хотя нет, я думала, что я была готова, но на самом деле всё не так. Услышала и поняла… это кошмарно.
– Тогда зачем ты пришёл, если всё очевидно? Если я тебе не дочь, а ты мне не отец. О чём мы тогда будем говорить? За что ты извиняешься?
– Это всё ерунда, – кривится снова отец, будто ему неприятно об этом говорить. – Это была подстава. Я не знал. Карим – тот самый друг – просто хотел меня вывести из равновесия. Все эти годы… у нас была война. В бизнесе. Но недавно она закончилась. Я даже подумать не мог, что он меня обманывал в таких вещах. А когда я снова увидел тебя... Арсений мне показывал ролики с тобой. Из вашей студии. Я понял… Ты слишком похожа на меня. Вы с Арсением – вылитые мои копии. Уверен, что всё-таки ты моя дочь, и я хочу предложить тебе сделать ещё один тест.
Я молчу. В шоке. Да. Какой-то друг, который испортил жизнь мне, маме… И даже Арсению с папой. Ведь наша семья развалилась. Это отразилось на каждом из нас. Хотя решение принимал отец самостоятельно. Мог бы и не выгонять нас. Мог бы поверить нам, а не какому-то там Кариму…
– Ну и зачем мне это надо? – выдыхаю я спустя паузу. – Ты отказался от меня, пап. Несмотря на то, что ты воспитывал меня столько лет, ты взял просто и выбросил меня, как ненужную вещь. Какая разница, родственники мы на самом деле или нет, если поступил ты не как родственник? Ты перечеркнул всё… всё, что было…
Я глубоко вздыхаю, пытаюсь унять водоворот чувств, всех тех эмоций, что я заталкивала глубоко в себя, но сейчас они все рвутся наружу. Вадим обнимает меня за плечи. Молчаливая поддержка, не вмешивается, ждёт, смотрит.
– Кира, я совершил ошибку. Но это не значит, что я не думал о том, что всё нужно восстановить. Просто я уже не знал, как к тебе подступиться.
– А уже никак. Ты оставил себе сына и бросил дочь. Ты разделил нас, понимаешь? И после этого ты думаешь, что можно что-то вернуть? Сенька меня ненавидит. С твоей подачи. Ты навязал ему своё мнение, навязал то, чего нет. И… прошлого уже не вернуть.
Я вижу, что отцу неприятно это слышать. Но он должен понять. Через такое нельзя просто взять и переступить, закрыть глаза и сделать вид, что ничего не было. Я даже не знаю, получится ли когда-нибудь переосмыслить всё это. Даже если он действительно мой генетический отец, он отказался от меня, бросил, считай, сдал в детский дом.
Разве к таким родителям должно оставаться чувство какое-то? Он для меня незнакомец. Он для меня уже никто.
– Кира, – отец протягивает руку и хочет взять меня за руку, но я дёргаюсь назад.
Вадим хмуро смотрит на моего отца.
– Думаю, самое время вам уйти, – заявляет он. – Кира подумает и скажет вам своё мнение позже. Если посчитает нужным.
Отец сидит некоторое время, будто хочет возразить что-то, будто пошлёт сейчас Вадима или меня. Не знаю. Но он справляется со своими эмоциями. Просто кивает.
– Да, конечно, я буду ждать ответ. Позвони мне, Кира, как решишься. Знай, что я искренне раскаиваюсь.
Он поднимается и уходит. А я поворачиваюсь к Вадиму, утыкаюсь в его плечо и начинаю горько плакать. Вот так, от эйфории до горя один лишь шаг.
___________________________________
Глава 72. Предвкушение
Мой весёлый девичник проходит… та-дам… конечно в «Хроносе». И по удивительному стечению обстоятельств (ага, так я и поверила!) там же Вадим собирает и свой мальчишник. Ну, конечно, не могли же они другое место выбрать?
Мы с девчонками смеёмся, танцуем и пьём много шампанского. Очень много. Отрываемся по полной. Нам так хорошо, что мы даже на парней не злимся. Сначала дразнимся танцами на столе, а потом… потом всё равно всё приходит к единственно верному знаменателю.
В итоге… в итоге мы разбиваемся по парочкам. Ну что поделать… Не могут мальчики без девочек, а девочки без мальчиков. Тем более, после выпитого, после того, как мы соблазняли активно соседний столик с нашими парнями… в воздухе витает напряжение и сексуальность.
Мы с Вадимом танцуем всю ночь напролёт, целуемся и даже добредаем до вип-комнаты в полубессознательном состоянии. К счастью, там занято всё, иначе бы моя невинность попрощалась бы со мной именно в этот день. И я не уверена, что запомнила бы этот момент.
Вадим пытается уговорить меня ехать к нему, но я проявляю стойкость. Не знаю, откуда она во мне вдруг берётся. После таких-то жарких объятий и поцелуев… Ненормальная. Отказываюсь от такого…
– Нет, Вадим, и не проси. Я обещала маме, что буду у неё после девичника, а потом ты заберёшь оттуда на свадьбу уже.
Да, один день у нас будет на то, чтобы переварить информацию, выспаться и прийти в себя после такого бурного развлечения. А потом… потом он уже приедет в костюме с букетом для невесты и увезёт меня в загс.
Так что Вадиму приходится смириться. Он подвозит меня до дома на такси, ждёт, пока я поднимусь в комнату и отпишусь ему, что всё в порядке. Только после этого он уезжает к себе, а я смотрю на улицу, прилипнув к окну. И сразу же жалею. Так хотелось продолжения. Может быть, зря я отказалась. Но… с другой стороны, побуду с мамой. Последний холостой день своей жизни проведу спокойно хоть.
Утром голова раскалывается от выпитого. Закидываюсь обезболивающими таблеткам и думаю, что всё, пора завязывать с такими развлечениями. На свадьбе не буду пить – один бокал шампанского позволю себе и всё.
Мы с мамой болтаем. Она немного растерянная, но её можно понять. Дочь замуж выдавать вот-вот надо будет. Я не рассказываю ей про отца. Не знаю, не хочется тормошить её. День проходит в какой-то ленивой полудрёме. Мы с Вадимом переписываемся, и он ждёт с нетерпением завтрашнего дня. Хотя на самом деле мысли у него больше про ночь.