Страница 5 из 5
Оставаться здесь, в мире, построенном на великой, трогательной, гениальной в своём заблуждении сказке, он больше не мог. Его знание было ядом, от которого не было противоядия. Он был усталым носителем стирающейся автобиографии. Его звали на ту сторону — не чтобы обрести истину, а чтобы перестать быть тем, кто в ней нуждается.
Следующий шаг был очевиден. Не продолжать ритуал. Отказаться от него. Отказаться от интерпретации, от поиска смысла, от самой попытки понять.
Его роль была иной. Он был не жрецом и не исследователем. Он был первым оператором. Тем, кто должен был сознательно отправить ответный пакет данных в ту самую Пустоту. Данные — он сам.
Не для того, чтобы обрести истину. Чтобы перестать быть тем, кто в ней нуждается.
Он поднял взгляд на угловатые тени. Геометрия разлома. Она была прекрасна в своём абсолютном, бездушном совершенстве. В этой красоте не было утешения. В ней был только конец. Конец всем нашим историям.
И он был готов стать этим концом. Следующим протоколом в цепочке, которую уже не будет читать человек.