Страница 1985 из 2409
— Но… но что я скажу Лизе и Тимуру?
— Скажешь, что делом об убийстве их сестры занимаются опытные специалисты. А теперь езжай домой и ложись спать.
Домой Толя ехать был не в силах, выйдя из метро на «Октябрьской», он из автомата позвонил по номеру телефона, который оставил ему Самсонов и хрипло сказал:
— Нам нужно встретиться, я на «Октябрьской». Срочно.
— Ждите, минут через сорок подъеду, — лаконично ответил тот.
Он подъехал даже раньше и, увидев маячившего у входа в метро молодого человека, молча сделал ему знак рукой — пригласил сесть в машину. Слушал с непроницаемым лицом, положив обе руки на руль.
— Они решили пока похоронить дело, — в голосе Толи звучала неюношеская горечь, — боятся прессы, не хотят шума из-за сына академика. Наверное, и я тоже в чем-то виноват — не смог найти доказательства.
— Ни в чем ты не виноват, — мягко ответил бизнесмен, — а в их рассуждениях тоже есть своя доля логики — в стране царит полная неразбериха, крадут миллиардами, убивают скопом, кто станет ломать копья из-за моей девочки? Жаль Петра Эрнестовича, это был огромной души человек, а от родной милиции я ничего иного и не ждал. Что ж, теперь я займусь им сам.
Опустив глаза, Толя виновато заметил:
— Возможно, он попробует удрать заграницу — у него есть загранпаспорт и, кажется, виза во Францию.
— Если удерет, то и там никуда от меня не денется. Но не думаю, что он на это решится — ему ведь кажется, что за ним идут по пятам, он даже машину свою не решился взять, хотя прежде без нее и шагу не делал.
— Если он еще в Питере, то может появиться на похоронах отца.
Самсонов насмешливо приподнял бровь и покачал головой.
— Неужели ты веришь, что этот негодяй столь сентиментален?
— Нет, но ему нужны будут деньги и помощь, а на похороны наверняка приедут его брат и сестра, — Толя немного оживился и начал рассуждать: — Либо он постарается с ними встретиться на похоронах, либо его уже нет в Питере. Раз он бросил свою машину, значит, попытается достать другую и на ней удрать заграницу — в республиках сейчас за хорошие деньги можно купить любые документы. Конечно, все это только версии.
— Что ж, товарищ следователь, приму твои версии во внимание, — протянув вспыхнувшему юноше руку, Самсонов неожиданно улыбнулся и сказал очень нежно и ласково: — Береги мою Лизу, зять.
Когда Толя скрылся за подвижной дверью метрополитена, он тронул машину с места, продолжая напряженно размышлять. Утром следующего дня во все гаражи его компании поступило распоряжение: в случае, если появится Евгений Муромцев и пожелает воспользоваться одной из машин, задержать его с помощью местной охраны. После полудня из гаража в Тбилиси сообщили: за двадцать минут до получения телефонограммы Муромцев взял «волгу» и укатил в сопровождении двоих парней и очень красивой девушки.
Зойку разбудил истошный женский вопль, затем послышалась стрельба. Перед глазами ее вновь встала сцена в лесу, когда бандиты на глазах у нее расстреливали милиционеров. В первый момент девушке показалось, что происходящее — продолжение тяжелого сна. Однако окутывавший ее мысли дурман быстро рассеялся, она торопливо выбралась из машины и побежала к серому каменному зданию, откуда доносились звуки.
— Нет! — отчаянно кричала женщина. — Ребенка! Ребенка пожалейте!
Уже ни о чем не думая, Зойка толкнула дверь и встала на пороге. Глаза ее расширились от ужаса — на широкой клубной сцене вповалку лежали окровавленные человеческие тела, Коля и Вася с Женей, преграждая путь к выходу метавшимся людям, хладнокровно расстреливали уцелевших, и лица их светились диким восторгом и упоением.
— Нет! — завопила Зойка. — Не надо, вы что делаете?
— Убирайся отсюда! — рявкнул Коля.
Молодая женщина, державшая за руку маленькую девочку, бросилась к Зойке.
— Помогите! Помогите, нас убивают!
Короткий выстрел заставил ее замолчать, медленно оседая на пол, Гюля последним движением подтолкнула Шабну к двери. Пропустив девочку, Зойка раскинула руки и изо всех сил вцепилась в косяк двери, преграждая убийцам выход.
— Не пущу!
— Девчонка уйдет, пусти, сука! — Женя в ярости попытался отшвырнуть девушку, но отчаяние придало ей силы. Размахнувшись ногой, она больно врезала ему каблуком по коленке, и тогда он выстрелил ей в грудь.
При виде падающей Зойки Вася истошно закричал, но Женя выстрелом в голову заставил его замолчать. С минуту они с Колей стояли, наставив друг на друга пистолеты, потом Женя, хладнокровно пожал плечами.
— Из-за нее он сорвал бы нам всю операцию, я говорил, что ее ненужно брать. Будем ссориться, партнер, или пойдем дальше? Мы друг другу нужны.
Коля медленно опустил пистолет, посмотрел на мертвого приятеля и внезапно почувствовал странное облегчение.
— Пойдем дальше, — буркнул он.
— Девчонку уже не поймать, — вглядываясь в темноту, проговорил Женя.
— Темно, однако, у них что, улицы не освещаются?
— По вечерам им, кажется, отключают электроэнергию — ночью бабкам спать надо, а не по улицам бродить, — расхохотавшись собственной шутке, Женя оглядел мертвые тела. — Пошли к директору за ключом, эти уже не встанут.
— Найдешь в темноте дорогу?
— Кажется, по этой.
Они доехали до развилки, свернули по широкой улице, но, проехав ее до конца, дома Рустэма Гаджиева не нашли. Покружили немного, вернулись к развилке. Луна выглянула на минуту из-за туч и спряталась. Женя развернул машину и медленно двинулся подругой дороге, боясь врезаться в стену или дерево. Темные дома, встававшие в свете фар, казались вымершими.
— Девчонка-то убежала, — сумрачно заметил Коля. — Никого не позовет?
Не отрывая взгляда от дороги, Женя пожал плечами.
— Кого? Здесь до ближайшего селения ей неделю топать. Прячется где-то в домах, черт с ней.
За время, что они блуждали по селу, Шабна короткой дорогой добралась до дома прадеда и отчаянно заколотила в дверь.
— Дедушка Рустэм, бабушка Лейла, откройте! Откройте скорее!
Держа в руках свечу, Лейла открыла ей и ахнула от ужаса — девочка была с ног до головы забрызгана кровью.
— О, аллах, что случилось детка?
Рустэм медленно спустился по лестнице и застыл на месте, неподвижно глядя на правнучку. До него плохо, как сквозь глухую стену, доходило, то, что кричала девочка.
— Там пришли люди, они всех убили! Они убили папу, маму, дедушку Аслана, бабушку Зару, даже старую Зухру убили! Никого не оставили!
— Убили, — повторил Рустэм и силой воли заставил сознание проясниться. — Кто убил? Не кричи, говори по порядку.
И голос его имел такую силу, что Шабна, с благоговением относившаяся к прадеду, сразу перестала биться в истерике и, всхлипывая, начала рассказывать:
— Там был тот человек, который покупал воду и привозил деньги. Он сказал, что привез зарплату, с ним были еще два человека. Все пришли в клуб, мама принесла ведомости, а потом… Потом они вдруг достали пистолеты и начали стрелять. Я убежала, а мама…
Она вновь зарыдала, вспомнив, как мать, падая, толкнула ее к выходу. Рустэм поднял трубку телефона, послушал и положил ее на место.
— Они пришли за деньгами, — медленно и спокойно проговорил он, — телефон не работает, перерезали кабель. Но сейф они не откроют — ключ здесь, у меня. Они придут за ним сюда.
Лейла смотрела на мужа с ужасом и… радостью — впервые за последние два месяца он говорил и рассуждал разумно.