Страница 1958 из 2409
— Ты что, уже и ему наболтала?
— Не ему, а одной с нашего завода — встретила ее утром. А что, я молчать должна?
— Завелась! Голова уже от тебя болит, сделай телевизор погромче.
— Погоди Мить, — Мария Егоровна вспомнила с чего начала, — я ж тебе не дорассказала. Захожу я, значит, к Агафье, а у нее дверь опечатана. У соседа ее по квартире девка ходит почти голышом — красивая, но наглая. Так она мне все и рассказала — «черный ворон», говорит, за ней приехал и увез.
Голубков, услышав это, даже сплюнул.
— Тьфу, да кому нужна эта старая перечница? Ты больше слушай, какая шалава тебе что скажет.
— Нет, правда, ты даже не догадаешься, за что! Помнишь, мы тогда в магазине стояли талоны отоварить, а потом, когда мясо не привезли, пошли к исполкому? Агафья тогда на самого Гориславского накричала, чуть в морду ему не дала. За это и забрали. Меня, может, тоже скоро заберут, — в голосе ее звучала тоскливая гордость, — и ты, Митенька, останешься без меня одинешенек! Родной ты мой, Катька ведь и не подумает обед тебе приготовить, она разве будет в очередях стоять, чтобы талоны отоварить?
— Ну тебя!
Супруг, лишенный сантиментов, сердито отмахнулся и начал кусочком хлеба подбирать с тарелки остатки соуса. А Мария Егоровна, заговорив о талонах, неожиданно похолодела и, бросившись в прихожую, начала искать сумочку. Сумки нигде не было. Муж, поев, вернулся на свое место перед телевизором, а она все искала и искала, а потом вдруг вспомнила — сумка осталась в салоне у Тихомирова. И в сумке той лежали заветные талоны. Торопливо натянув плащ и сунув ноги в сапожки, Мария Егоровна крикнула мужу:
— Митя, мне в одно место надо сходить.
Ее грузным шагом до комплекса идти было минут двадцать. Коля, ожидавший Васю, сердито нахмурился при виде назойливой посетительницы.
— Чего вам? Сегодня мяса не подвозили.
— Да я сумочку вчера здесь где-то положила и не взяла — тут, кажется.
— Я поищу, посидите пока в салоне.
Его совсем не устраивало, чтобы толстуха рылась в косметическом кабинете. Сумку он нашел быстро, а когда вернулся с нею в салон, Мария Егоровна блаженствовала, удобно устроившись в одном из кресел.
— Иностранцы молодцы, — сказала она, — даже при моей комплекции здесь можно спокойно сидеть, а у нас я даже в кино на одном сидении не помещаюсь.
Коля уже не слушал, что она говорила, его что-то словно толкало и тянуло изнутри. Пристально следя за ее пристроившимися в выемках ладонями, он потянулся к настенному шкафчику.