Страница 26 из 46
Наш синхронный вдох заблудился в страстных поцелуях и торопливых прикосновениях. Хотелось глубже, сильнее. Резче. Еще безрассуднее и крышесносней, чем это было прежде. Он толкался в меня сначала растягивая, но я быстро укусила негодного бога огня за губу, обозначая намерения. Никакой жалости. Пожалуйста, просто доставь мне максимальное удовольствие. Не жалей меня.
Спокойствию не было места в этой спальне. Буря полыхала вокруг, и между нашими телами горячий воздух закручивался тугими потоками, лаская каждый миллиметр требовательной кожи. Мне казалось, что простыни начали тлеть. Леон зарычал и вцепился ладонью в кулон на шее, боясь спалить нас обоих. Но я была готова сгореть…
Любовь огненного бога оказалась именно такой. Яркой, порывистой. Как я и представляла. Никаких иллюзий.
Я сильно сжала упругий зад мужчины, направляя его глубже. Не бойся, я не сломаюсь. Узкое лоно ощущало мягкое трение так отчетливо и нетерпеливо, что стоило ему сдвинуться глубже, как я зашлась в судорогах внезапного оргазма, чуть ли не заливаясь слезами от долгожданного облегчения.
— М-м-м… Я всегда говорил, что прелюдия — залог успеха, — шепнул мне на ухо Леон, а потом собрал губами слёзы с щек.
— Неужели… получилось… — я и сама не верила.
Но он доказал, что я ошибалась. Раз за разом вколачиваясь в тело, подчиняя своей воле, скручивая так, как ему хотелось. Я в жизни таких поз не пробовала! Огненный бог оказался не только порывистым, но и изобретательным в хорошем смысле слова. И в каждой позиции заставлял ловить оргазм.
— Прости. Ты слишком… — так и не договорив бог получил только лишь очередной требовательный поцелуй, и мы окончательно сошли с ума. Жаркие и ненасытные прикосновения блуждали по бедрам, груди, животу. Его язык ласкал в самых неожиданных местах, а после касался их и большим членом, от одного взгляда на который я готова была подбирать слюнки. Леон жадно сжал ягодицу, потом легонько шлепнул, переворачивая меня на живот.
— Устала?.. — поцелуй в поясницу вынудил выгнуться, поднимая бедра выше. Какие-то дикие инстинкты. Его пальцы тут же находят лоно и проникают в горячие влажные складочки.
— Ах! — я задыхаюсь. Мне так нравится, когда он внутри. — Нет. Продолжай!
Звучит эгоистично и требовательно, но я не готова отказываться от сладкого, едва лишь ощутив лакомство на языке.
— Как скажешь. Я тоже еще не наелся, — его рот накрывает сочащиеся лепестки, язык входит внутрь, а палец массирует клитор. Довольно чувствительно, чтоб вынудить меня выгнуться еще сильнее.
Он двигается внутри, где уже все клеточки настолько напряжены и ждут очередной ласки, что мне не нужно много времени, чтобы снова кончить. А потом начать умолять о большем.
— Пожалуйста, я так хочу тебя… Прошу… — вытягиваюсь, ощущая себя кошей, подставляющей хвост коту, но ничего не могу поделать с собой. Это сильнее меня, а они, эти братья, кажется просто подсадили на порочную иглу удовольствия девушку, никогда толком и не вкушавшую этого запретного плода.
— Поля… Мне нравится, когда ты просишь, — упругое навершие упирается ко входу. Размазывает соки удовольствия, дразнит. — Сразу вспоминаю как ты мне отказала в первый раз. А могло бы быть так хорошо.
Я алчно насаживаюсь на его ствол, слегка жульничая. Леон стонет, снова шлепает по попке, побуждая к действию. Что ж. Я не гордая. Начинаю раскачиваться ему навстречу. Это физически сложно, но потребность ощущать его внутри слишком велика, боль мышц уходит на второй план.
— Прости меня… — шепчу, снова толкаясь попкой вверх, чувствую каждый сантиметр его большого члена, погружающегося внутрь. Тесно. Плотно. Идеально. — Мне очень нравится быть с тобой.
Простыни снова начинают дымить, Леон рычит и сжимает амулет, роняя капли крови мне на спину.
— А ты хитра, — выгибает мое тело, сжимает горло. Теперь я в его власти. Беззащитная, трепетная. — Любишь пожестче, да?
Резкий толчок выбивает воздух из груди.
— Да! Прошу! — перед глазами темно, веки дрожат, все чувства сконцентрированы в одном месте, где наши тела соприкасаются. Абсолютно бесстыдно. Его ладонь сдавливает горло чуть сильнее, от чего все чувства становятся острее, полнее. Он безошибочно чувствует, когда нужно усилить напор. Я взрываюсь на сотни осколков, забывая дышать. Покашливаю. Член Леона пульсирует внутри. Потные, но абсолютно счастливые, мы падаем на простыни.
— Ты меня удивила, Шоколадка, — он подтягивает меня к себе на грудь. Он пахнет пряностями. Ненавязчивой смесью перцев. Приятно.
— Я и сама… удивилась, — неловко почесываю носик, устраиваясь поудобнее под боком Леона. — Еще с Тэрри, мне показалось, что…
— Дай угадаю. Женственная натура раскрылась с новой стороны? — длинные пальцы переплелись с моими на мощной груди мужчины.
— Что-то вроде этого… Не замечала раньше любви к грубому сексу.
— Он не грубый, он страстный. Тем более, тебе этого хотелось. Для этого есть мы. Все мы… Быть с тобой, реализовывать твои тайные фантазии. Признавайся, что еще на повестке дня? Анальный секс? Закрытые глаза и плетки? Наручники… Тэрри говорил, на Земле такое популярно…
-Эм. Я.. не знаю. Подумаю об этом завтра! Мы ведь никуда не спешим? — вдруг я зашипела от боли, ощущая как пальцы Леона прошлись по запястью, покалывая тонкую кожу. Рядом с первым браслетом вырисовывался второй. Татуировка невесты… Помолвочный браслет.
— Нет, теперь точно не спешим, — усмехнулся бог.
*
Руан Ро Тэр
Что хуже: разбитое сердце или обманутое доверие? Вопрос риторический. Я мерил тяжелыми шагами пол мастерской. Взгляд упал на кучу опилок, оставшихся после недавней работы. Деревце для Виолы. А ведь я его подарил. Она же улыбалась! В ее ясных голубых глазах мне чудилась взаимность и вся признательность Парласа. До сих пор помню, как меня захлёстывала радость от того, что смог угодить любимой… Увидеть искринки радости в таких родных глазах. Фальшивка!
Пинок настиг кусок дуба. Ноге было больно, но сердцу больнее. Не была она никогда любимой. Раздула симпатию до нереальных размеров. Подчинила гиганта своими маленькими ловкими ручками. Воспользовалась.
— Не бушуй, братец, искупайся в озере. Знаю, ты этим тайком промышляе-е-ешь, — протянули ехидным голосом где-то сзади.
За спиной, без стука в дверь появился Тэрри. Кто приглашал его в мою мастерскую?
Я его ненавидел! Всех их готов был растопать! Они уже касалась ее, они целовали ее и слушали ее стоны, а я…
— Твоя проблема, Руан, в том, что ты слишком сдержанный. В любви это может сыграть злую шутку. Пойди к ним. Шоколадка сейчас у Леона. Уверен, она достаточно освоилась, чтоб подпустить к себе и тебя…
Кулак врезался в красивый нос. Шляпа упала с головы Тэрри. Сам он лишь вытер разбитую кожу, размазывая кровь под губой.
— Полегчало? — усмехнулся этот засранец, показывая белые зубы, замызганные алыми разводами.
— Я не собираюсь унижаться и приходить к ней. Тем более третьим! — огрызнулся, прекрасно понимая, что он прав. Но наступать себе на горло и идти просить прощения…
Виола поступила очень коварно! Если бы не пирожки истинности Альбины, я бы так и оставался в неведении, светло уверенный в своей правоте. Думая, что именно браться ошиблись, один я молодец. Глупо. Грудь жгло от обиды на самого себя. Мощные легкие гоняли горячий воздух, но успокоиться не получилось.
Я даже закрыл глаза на брачные браслеты и ощущал тягу к девушке, которая на пятнадцать лет была меня младше. Позор! Какой позор!
При этом, прикосновения к Шоколадке обжигали, весь ее вид отзывался внутри, сама суть стремилась к ней, но из-за своего упрямства… Кулаки сжались, готовые снова кого-то ударить.