Страница 796 из 801
– Приму, – сказана Архимагистр. – Я ничем не рискую. Кроме всего прочего… возможно, это развлечет меня.
– Твой инструмент? – спросил менестрель.
– Меч, – коварно улыбнулась Архимагистр.
«Ну и как тебе это?»
И менестрель улыбнулся в ответ.
– Ты владеешь техникой игры на клинке? – с радостью спросил он.
«Да я просто в восторге!»
– Владею, «бессмертный»… – ехидно отозвалась архимагистр.
– Что ж, отлично. Я счастлив состязаться с серьезным противником, – довольно промолвил менестрель. – А
на что
играем?
– «На что»? – удивилась архимагистр. – Я всего лишь собиралась ответить на твой вызов. Не более. Ясно же, что победа останется за мной.
– Играть нужно обязательно на что-то. – пояснил менестрель. – Иначе какой смысл?
– Ну и на что ты предлагаешь сыграть? – спросила Архимагистр.
– На мир, разумеется, – ответил менестрель. – Я, видишь ли, тоже считаю, что мир – для игры. Вот и давай, сыграем для мира. Посмотрим, кому он отзовется. Кто с ним лучше играть будет, тот его и получит.
– Что будешь с целым миром делать
ты,
ничтожный человечишка? – спросила Архимагистр.
– Придумаю что-нибудь, – отмахнулся менестрель. – Его еще выиграть надо.
– Тебе это не светит, – фыркнула Архимагистр.
– Посмотрим, – откликнулся менестрель. – Что можно знать наверняка?
– Ладно, будем считать, что приз – определен, – фыркнула Архимагистр. – А
во что
мы станем играть?
– В меня, – сказала улыбчивая старушка, становясь рядом с менестрелем.
– Кто ты?! – рыкнула Архимагистр.
– Ну-ну, не надо так пугаться, деточка, – промолвила старушка. – Такая сильная… можно сказать, большая уже… а до сих пор всего боишься…
– Кто ты? – чуть смутившись, повторила Архимагистр. – Я не заметила, как ты подошла.
– Это случается, деточка, – улыбнулась старушка. – А кто я такая… если он – Игрок, то я – Игра.
– Так это
в тебя
мы станем играть? – хищно ухмыльнулась Архимагистр.
– Ну разумеется, деточка, – доброжелательно промолвила старушка. – Все, кто во что-нибудь играет, на самом деле играют в меня. Хотя… должна тебя предупредить… мой муж такой обманщик… с ним честной девушке лучше и вовсе играть не садиться! А то ведь разденет-разует, и как зовут, не спросит.
– Я сама, кого хочешь, раздену, – ухмыльнулась Архимагистр. – А что касается имени… его у меня давно нет. И не было никогда.
– Ну, как же нет, деточка? А я слышала…
– Тебе показалось, – поморщилась Архимагистр. – Нечего слушать разных выживших из ума магов…
– А-а-а… так он из ума выжил, – покивала старушка. – А мне показалось, что просто дурачок…
Зикер только головой покачал, услышав такое определение для самого себя. Ну что тут скажешь? Может, так оно и есть, если как следует разобраться? Ни магическая Сила, ни обретаемое из века в век мастерство от дурости не спасают. Дурость, она или есть или нет ее. Тоже ведь талант, если разобраться.
– Ну что – начнем? – воскликнул менестрель.
– Начинай, – буркнула Архимагистр.
– Э-э-э… нет! Так не пойдет, – отозвался менестрель. – Первый ход – слабейшему! Давай, девочка!
– Еще раз меня так назовешь – в ящик сыграешь, – пригрозила Архимагистр.
– Сожалею, но… не владею этим инструментом, – потешно развел руками менестрель.
– Научишься! – прорычала Архимагистр, все больше и больше чувствуя, что над ней издеваются, насмехаются…
«Да как он смеет, ничтожный?! Как не боится?!! А я сама смогла бы… вот так?!!»
– Ш-ш-ш… девочка! – подмигнула старушка – Он же это нарочно. Нарочно тебя злит, из равновесия выводит, чтоб ты проиграла быстрей. А ты не поддавайся!
«В самом деле… злиться на какое-то ничтожество!» – подумала Архимагистр и заставила себя успокоиться.
– Начинай, – подмигнула ей старушка.
– Что-то ты очень добра ко мне, – нехорошо ухмыльнулась Архимагистр.
И расстегнула пояс. Он распрямился со звоном, и стало ясно, что это меч. Архимагистр легонько провела пальцами по клинку, словно лаская, и вдруг коротко ударила… Меч зазвенел, запел, подчиняясь умелым рукам, то ласкающим, то чуть изгибающим клинок, то наносящим внезапные удары.
Следящий за всем этим невероятным действом, медленно приходящий в себя Курт вдруг охнул от внезапного узнавания. Он уже видел этот меч и эти руки! Видел! Видел! Он уже слышал это невероятное музицирование! Слышал этот гортанный и резкий голос клинка! Там, далеко, тысячу лет и дорог назад, в городе Денгере!
– Да, Курт, – ухмыльнулась Архимагистр. – Мы и правда уже встречались. Подумать только! Кто бы мог предсказать, что власть над миром мне принесет денгерский попрошайка и оборванец? Впрочем… об этом потом…
Меч запел в полную силу. Из воздуха сам собой соткался серебристый воин. В руках воина замерцал меч. Игра бесстрашно шагнула к воину, изогнулась в танце. Свистнула острая мерцающая стань, но старушка, не прерывая танца, гибким пируэтом ускользнула от удара. Песней звенел меч в руках Архимагистра, бледной молнией сверкал меч в руках воина, и танцевала Игра, загадочная старушка, легко уклоняющаяся от одного клинка и танцующая, подчиняясь звукам другого.
Менестрель взмахнул смычком, и запели струны ширги. Они запели – и виноградная лоза вдруг поднялась из земли и оплела руки воина. Виноградная плеть вытянула его по спине. Воин вздрогнул. Архимагистр взвизгнула и схватилась за спину. Музыка клинка прервалась.
– Зар-раза! – прорычала она. – Ну погоди же!
– Ох, деточка… – вздохнула Игра. – Вот и всегда-то он так… говорила я тебе.
– Ничего, – сквозь зубы пробурчала Архимагистр. – Сейчас я вам…
Вновь зазвенел певчий клинок. Воин стряхнул виноградную лозу с рук и взмахнул мечом.
– Танцуем! – выдохнула Архимагистр.
– Молодец, деточка! – одобрила Игра – Не сдавайся!
Ей пришлось совершить стремительный прыжок и дважды увернуться от резких, безжалостных ударов. Песня меча превратилась в гневный однообразный рев. Свистящая сталь изрезала воздух.
– Выдохнешься так, – обронил менестрель и взял один короткий обрывистый аккорд.
Воин с разбегу наткнулся на здоровенный камень. Наткнулся и уронил меч.
Архимагистр застыла.
– В таком поединке нет красоты, – промолвил менестрель. – В желании уничтожить кого бы то ни было нет ничего красивого. А если ты уничтожишь Игру… во что же ты тогда с миром играть станешь?
– Что-то ты много разговариваешь, смертный, – буркнула Архимагистр. – Во что я буду играть – мое дело. Уж без твоей старухи как-нибудь обойдусь.
Ее меч зазвенел гневным тяжелым рокотом. Воин оброс мышцами, отяжелел. Одним ударом он разнес вдребезги огромный камень и с ревом бросился на Игру. Та вновь отскочила. Меч прозвенел вновь, и Игру оплели тяжелые цепи.
– Вот так! – с наслаждением выдохнула Архимагистр. – Спляши-ка теперь, если сил достанет!
– Бедная деточка, – вздохнула старушка. – Ну кто ж такие детские ошибки-то делает?
Здоровенный воин с рычанием надвигался на закованную в цепи старушку.
– Пляши! – выдохнула Архимагистр.
– Сил бы достало, – откликнулась старушка. – Вот только в цепях не пляшут.