Страница 75 из 87
– Ну что ж! Тогда я уверена, что нахожусь в полной безопасности. – Отодвинув кресло, Кейт поднялась из-за стола. – Я пойду в свою каюту. Уже поздно.
Алек тоже вскочил.
– Конечно. Я вскоре присоединюсь к вам.
Она смотрела на него непонимающими глазами. Алек заметил это и вскинул брови.
– Думаю, вы согласитесь, что нам надо скрепить наш союз более прочными и не менее приятными узами, чем простые обещания.
Малкольм застал Кейт врасплох. Она видела, что он не испытывает к ней влечения и не думала, что он потребует от нее близости.
Алек улыбался.
– С нетерпением жду нашей встречи.
И тогда Кейт все поняла. Он ищет способ утвердить свое превосходство, нащупать ее слабое место. Превосходство? Дрожь прошла по ее телу. Она очень ясно представила, насколько это не будет походить на то, что она переживала с Робертом.
Кейт покачала головой.
– Нет. Пока нет.
– Сегодня, – твердо повторил Алек. – Мы поженимся, как только прибудем в Эдинбург. Но я не хочу ждать. Надеюсь, что вкушу все радости новобрачного до того, как будут произнесены формальные слова.
Малкольм жаждал только одного: стать принцем-консортом, чтобы потом захватить корону в свои руки. Кейт его нисколько не привлекала. Но, Боже мой, как она устала! Как сейчас трудно собраться с мыслями, чтобы отразить новый неожиданный выпад Алека. Добиться хотя бы короткой отсрочки. И это должно выглядеть убедительным и оправданным, не должно идти вразрез с его интересами, не должно вызвать его гнева или возмущения.
– Если мы поженимся в Шотландии, Джеймс узнает об этом. От него не удастся ничего скрыть. Может, лучше отложить церемонию бракосочетания до нашего приезда в Англию? – Их взгляды скрестились, как клинки. – Есть только одно сомнение. Может так оказаться, что я уже беременна. Если я лягу с вами в постель и забеременею, никто не сможет совершенно достоверно доказать: ваш ли это ребенок или Роберта. Вы же не хотите, чтобы у него появилось право претендовать на трон, ссылаясь на вашего собственного ребенка?
Эта мысль пришлась не по душе Алеку.
– Конечно. Линия наследования не должна вызывать сомнений.
– В таком случае вам придется подождать.
– Как долго?
– Пока не появятся месячные.
– Тогда я буду очень внимательно следить за вами. – Быстрая улыбка промелькнула у него на губах. – В чем вы правы, так это в том, что мы не можем позволить Макдаррену и мысли допустить, что это его ребенок. И что он может предъявить свои права на престол. А если окажется так, что вы и в самом деле беременны, то, клянусь, я найду способ избавиться от ребенка. Дамы эдинбургского двора прибегают в таких случаях к услугам одной искусной травницы.
Она удивленно посмотрела на него.
– Что вы имеете в виду?
– А вы ничего не знаете о таких вещах? Вы ведь умная женщина... Впрочем, я совсем забыл, что вы воспитывались в доме викария, где такого рода вопросы не обсуждались. – Он выдержал паузу и продолжил: – Старуха умеет вытравливать плод из чрева.
Говоря это, Алек не спускал с нее глаз. Кейт понимала, что он снова пытается обнаружить ее слабое место и нельзя показывать, в какой ужас она пришла от его слов. Но удар попал в самую точку. Кейт резко повернулась на каблуках и пошла к двери. С огромным трудом ей удалось заставить свой голос звучать ровно и спокойно.
– Может быть, этого и не потребуется. Посмотрим. Спокойной ночи.
Она не останавливалась, пока не добралась до своей каюты. И только когда закрыла за собой дверь, силы покинули ее, и она прислонилась спиной к стене.
Руки и ноги дрожали. В груди стоял ледяной комок.
Он готов убить ее ребенка.
Ребенка, которого ей так отчаянно хотелось иметь. Ребенка, который помог бы ей удержать Роберта и Крейгдью. Для Алека он становится лишней пешкой, которую надо будет удалить с шахматной доски. Кейт и представить себе такого не могла.
Но может быть, она еще не зачала?
А если да?
Тогда, наверное, было бы лучше принять Малкольма в своей постели и не отказывать ему?! Физическое отвращение можно преодолеть ради того, чтобы снять этот проклятый вопрос о наследовании. Ведь Кейт сама дала Алеку повод задуматься над этим. Но одна только мысль о близости вызвала приступ дурноты.
Ей казалось, что она легко справится с Алеком. Но неопытность привела к тому, что в первый же день она угодила в собственную ловушку. И этот промах может стоить жизни ее ребенку.
Роберт решил пришвартовать «Принцессу» в тихой сонной рыбачьей гавани Грентона, а не в более оживленном Лите.
– Оставайся на борту, – сказал Джок. – А я проберусь к Бобби Макграту и узнаю, что он слышал об Алеке.
– А я должен сидеть и ждать твоего возвращения? – возразил Роберт. – Нет! Я не согласен.
– Все правильно. Лучше, если ты начнешь слоняться по улицам Эдинбурга. И шпионы Алека тотчас донесут ему о том, что ты собираешься постучаться в его ворота.
– Я не собираюсь слоняться... – Роберт глубоко вздохнул, понимая, что Джок прав. В самом деле, надо прежде все хорошенько разузнать, а потом приниматься за дело. Его здесь слишком хорошо знают и тотчас сообщат Джеймсу о его появлении на берегу. Но до чего же ему не хочется следовать безопасным курсом. Нетерпение клокотало в нем, пока они плыли морем. Теперь оно, как вулкан, готово извергнуться лавой проклятий. Ему необходимо что-то делать.
Но безрассудство может оказаться гибельным для Кейт. Сейчас Алек готов на все. Если он решит, что присутствие Роберта хоть чем-то угрожает ему, то постарается отделаться от Кейт: она единственный свидетель его тайной измены шотландскому королю.
– Ну хорошо. Я буду ждать тебя здесь.
Джок кивнул в знак одобрения.
– Слава Богу, что ты еще не окончательно потерял голову и способен ворочать мозгами. – Он спустился в шлюпку по веревочной лестнице. – К вечеру я вернусь на корабль.
А солнце было еще в зените. Боже милосердный! Сколько еще придется ждать!
– Приведи с собой Макграта. Мне бы хотелось самому переговорить с ним.
Бобби Макграт был хороший, надежный и верный парень. Но говорить с ним – все равно что вытаскивать из болота застрявшего мула. Каждое слово из него приходилось вытаскивать клещами. Медлительный, как черепаха, и обстоятельный, как священник, Бобби всякий раз, перед тем как ответить на очередной вопрос Роберта, возводил глаза к потолку и замирал в этой позе, собираясь с мыслями.
– Мне ничего не известно о молодой женщине, – проговорил он наконец. – Алек приехал в Эдинбург один. Последние четыре дня он провел при дворе.
– У кого он останавливается? – допытывался Роберт.
Макграт покачал головой.
– Обычно в замке Джеймса.
– Он хоть раз покидал замок? – быстро спросил Джок.
– Да, в первый день Малкольм побывал в небольшом доме, который находится на окраине города. А вчера он провел там целых четыре часа.
– Что это за дом? – спросил Роберт.
– Там не было молодой женщины.
Роберт постарался подавить нетерпение, напоминая себе, что Макграт всегда был преданным членом его клана.
– А кого ты там видел?
– Старика с седыми волосами, безумными глазами, худого, как палка.
– Себастьян Лендфилд, – вдруг догадался Роберт.
Макграт пожал плечами.
– Я его ни разу не видел в городе. Он не из местных. И я никогда не слышал о таком. Мне удалось взглянуть на него краем глаза, когда я незаметно пробрался к окну.
Судя по описанию, это был, несомненно, Лендфилд. После встречи с Малкольмом Роберт ни разу не вспоминал об этом фанатике. Нынешнее известие мало что добавляло к тому, что Роберт уже знал. Алек вытянул из Себастьяна все, что мог.
– Ты видел старика в первый раз?
Maкгpaт кивнул.
– Раньше Алек ни разу не ездил к нему. Когда я последовал за Малкольмом в первый день его приезда, – он замолчал, снова возведя глаза наверх, – ...у двери остался стоять стражник. Наверное, к старику никого не пустят, пока Алек не покинет Эдинбург.