Страница 50 из 55
— Что за.. — закричала Натали.
— Убирайтесь к черту отсюда!
Сердце Ари чуть из груди не выпрыгнуло. Эта женщина — чокнутая и, к сожалению, знала несколько дешевых трюков.
Нарушительница приблизилась.
— Нам нужно поговорить.
— Кто вы? — Ари вздернула подбородок, пытаясь казаться смелой, хотя у самой коленки дрожали.
Воздух вокруг этой женщины сгустился, и почти аристократичным голосом она наконец произнесла:
— Я Гера, богиня-мать,жена Зевса и мачеха того нехорошего бабника Диониса, которого ты знаешь как Дио.
Последние слова она выплюнула словно яд.
Ари неосознанно покачала головой.
— Нет, вы сумасшедшая.
Богиня? Жена Зевса? Мачеха Дио? Черт нет! Должно быть, она сбежала из психушки.
Неожиданно Гера оказалась в нескольких дюймах от нее. Ари вскрикнула: она не видела, как эта женщина подошла.
— На твоем месте я бы осторожнее подбирала слова. Могу уверить, что у меня такой же скверный характер, как и у Диониса.
Ледяной холод в ее голосе заставил сердце Ари бешено колотиться, а легким не хватало воздуха.
А потом Гера снова оказалась посреди комнаты и даже не шевелилась. И снова заставила сердце Ари колотиться в груди. Та застыла на месте, схватив руку Натали для поддержки.
— Дерьмо, дерьмо, дерьмо, — пробурчала Натали. — Это нехорошо.
— Я приняла твою подругу за писклявую мышь, но даже я иногда могу ошибаться, — продолжила женщина.
А потом ее глаза сузились, а взгляд направился прямо на Натали.
— Еще одно слово из твоего рта, и тебя постигнет судьба Эхо4, и ты сможешь только повторять то, что скажут другие.
Ари почувствовала, как напряглась подруга, но не проронила ни слова.
— Хорошо. Теперь ты, моя дорогая Ариадна.
Она начала паниковать. Что у этой сумасшедшей на уме? К черту, это был день ее свадьбы, и ничего дурного не предвещало. Так нечестно! Никто не имеет права разрушить ее идеальный день!
— Пожалуйста, уходите, или я вызову полицию. Клянусь. Я просто хочу, чтобы вы ушли.
— Я уйду, когда закончу, а не когда ты скажешь, — прошипела женщина, назвавшаяся Герой. — Никто не смеет мне приказывать!
Ари мысленно искала способы ее успокоить.
— Чего вы хотите? Денег? У меня не так много, — Ари кивнула в сторону кухонной стойки. — Можете взять в моей сумочке.
Гера сжала губы.
— Эту ужасную штуку? Она не подойдет ни к одному из моих нарядов. Может, мне стоило научить тебя следовать моде за последние три недели, а не тратить свое время, чтобы научить тебя, как заставить Диониса унизительно извиняться.
— Научить меня? — прохрипела Ари, у нее в горле пересохло, и вспотели ладони, руки все еще тряслись.
Откуда эта женщина знает о Дио и о ее первоначальных намерениях?
Нетерпеливо вздохнув, Гера скрестила руки на полной груди.
— Конечно, это я тебя учила! Ты же не думаешь, что сама смогла придумать тот план вернуть его? Я показала тебе, как преподать ему урок.
Преподать ему урок. Эти слова эхом отразились в ее голове. Она слышала их снова и снова и еще другие, послание, говорящее ей вернуть его, отомстить его за то, как он с ней поступил. Ари покачала головой, пытаясь избавиться от мысли, что ей внушили эти решения.
— Вы манипулировали мной.
Но это было невозможно.
— Как?
— Ты не слышала, что я говорила? Я богиня. У меня есть силы, о которых ты и мечтать не можешь.
Ари снова посмотрела на женщину. Когда все окна и двери были закрыты, она никак не могла войти в квартиру обычным способом. И то, что Ари не замечала, как Гера передвигалась, или как она разбила телефон, даже не прикоснувшись к нему, все это могло иметь только сверхъестественное объяснение. Но это шло в разрез с законами физики.
Боги на самом деле существуют? Или ей снится кошмар?
— Предположим, я вам поверила, и вы действительно богиня, тогда что вам от меня надо?
Гера коварно улыбнулась.
— Пытаюсь спасти тебя от самой большой ошибки в твоей жизни. Ты не можешь выйти замуж за Диониса.
От этих слов колени Ари невольно подкосились.
— Нет! — невольно сорвалось с губ Арии.
— Он лжец и обманщик!
— Вы ошибаетесь! Он все мне рассказал.
Потому что Ари призналась ему и рассказала правду. Они оба были честны друг перед другом.
— Все? — Гера подняла брови. — Он рассказал тебе, кто он на самом деле?
У Ари сжался желудок, ее охватил ужас. Почему Дио ничего о себе не рассказывал?
— А, вижу, что у тебя все же остались сомнения по его поводу. И должны остаться. Дионис — бог вина и экстаза. Он внебрачный сын Зевса. Бог. Он не рассказал тебе об этом?
Ари оперлась о Натали, ища поддержку, та обняла ее за талию. Она вспомнила слова, которые произнесла Гера, когда только появилась: мачеха нехорошего бабника Диониса. Дио бог? Правда?
— Могущественный бог, который не любит, когда над ним подшучивают. А ты над ним подшутила.
— Нет! Вы манипулировали мной! И кроме того, я простила его.
Ее голос дрожал, а сомнения продолжали наступать. Если Дио был богом, почему не рассказал ей? И как тогда у него могла быть амнезия? Он соврал ей об этом?
— Простила? Подумай еще раз, сестренка!Он играл тобой с самого начала. Я увидела это и решила помочь тебе, забрав у него воспоминания.
— Это вы сделали? — ахнула Ари.
Но в то же время почувствовала облегчение. Дио не врал ей об амнезии.
— Поэтому у тебя появился шанс его проучить. И что ты сделала? Снова влюбилась в него! Это не входило в план!
У Ари задрожали губы.
— Но он любит меня.
— Ты в этом уверена? — издевалась Гера.
Ари задержала дыхание. Она уверена? Дио по-настоящему любил ее, открыто заявляя об этом каждую ночь на прошлой неделе?
— Наверное, тебе нужны доказательства, какой он подонок.
После слов Геры в комнате, там, где стоял журнальный столик, появилась поверхность пруда.
— Смотри и учись! — Гера посоветовала и указала на пруд.
На поверхности пруда показалась картинка. Отражение трех мужчин в гостиной стало четким: Дио с Тритоном, владельцем гостиницы, и красивым темноволосым парнем.
Темноволосый мужчина поправил свою футболку.
— О ком мы говорим?
— О женщине, которая заставила Дио думать, что он помолвлен, и, если я правильно помню, он говорил, что любит ее.
Тритон небрежно облокотился на оконную раму.
— Чушь, — громко запротестовал Дио. — Я не влюблен в эту коварную, лживую, женщину.
Он сделал глубокий вдох.
— Как она посмела вот так вот соврать мне? Что я сделал ей такого, что могло оправдать такого коварство? О, я устрою ей свадьбу! Но без жениха!
Движение руки Геры, и пруд и отражение в нем исчезли, их заменил журнальный столик.
Ари боролась с собой, чтобы не заплакать, но на ее глаза навернулись слезы, она проиграла эту битву.
— Он играл со мной. Он ненавидит меня.
Слезы потекли по щекам, и Ари закрыла глаза, желая, чтобы мир вокруг нее исчез. Дио обманул ее. Всего его нежные слова были ложью, поцелуи вероломны, а прикосновения отравлены. Не только то, что он являлся богом — теперь Ари поверила Гере, а как она могла не поверить после таких очевидных доказательств — он просто хотел ей отомстить. И что может быть лучше, кроме как оставить ее одну у алтаря.
В ее голове появились воспоминание о том, как Дио признался, что разговаривал с ее родителями и узнал о Джеффе. Как жестоко с его стороны наказывать ее так, что это не только причинит боль ей, но и унизит ее родителей.