Страница 25 из 72
Завершили отбор узников и я сказал Илору:
— Ну что, я тогда останусь тут охранять на всякий случай. Мало ли, вдруг какого-то нового узника привезут или какая-то проверка появится незапланированная. А ты давай за лошадьми к тому конюху, у которого мы их оставили. Только прикупи у него еще пять штук и к двум возьми седла для нас, остальные волоком поедут.
Илор вроде и двинулся выполнять приказ, но тут же замер на месте. Я понял, что у него есть какой-то вопрос, и он тут же его озвучил:
— Послушай, Эйсон, я по поводу того парнишки, который своего двоюродного брата убил. Он тут уже три с половиной года просидел. И ты же по разговору с ним, наверное, понял, что он полностью раскаялся в своем преступлении. Он же тогда пьян был и зол, что тот девушку у него отбил, когда глупость эту сделал. Да и двоюродный брат его тогда сильно спровоцировал. Он же специально наверняка у него эту девушку увел, чтобы разозлить.
— В принципе, — сказал я, — мне кажется, из него может толк получиться, если бросит пить… Так-то я тебя понимаю. Это единственная сделанная им ошибка. И в принципе, он за нее уже расплатился и раскаялся. Давай тогда так сделаем: возьмем его под твою ответственность, лично займешься его перевоспитанием. Потом через несколько месяцев снова под «Болтуном» его расспросим. Если окажется, что он полностью осознал сделанную в прошлом глупость и не собирается ничего подобного повторять, то пусть остается в клане. А если нет, то ты сам решишь, что с ним делать. Но это значит, что тебе нужно купить в деревне на одну лошадь больше.
Илор явно обрадовался, когда я дал ему это разрешение. Похоже, у него у самого в молодости не все так гладко прошло, как он бы хотел, потому его и зацепила судьба этого парня. Ну что же, если что-то такое у Илора и было, то он действительно полностью исправился. Надо признать, лучше друга, чем он, я и пожелать сейчас не мог бы.
Илор ушел за лошадьми, а я, пожав плечами, пошел снова в тюрьму и притащил того парня, которому он решил дать еще один шанс.
По пути задумался о том, как наша жизнь изменилась после того, как к нам присоединился Илор. Да, я в полном восторге от той идеи, что меня тогда осенила — засунуть его в мимика. Еще бы придумать, как содрать с него этот прицепившийся к нему браслет в королевской сокровищнице Хартении… Но ладно, мы уже над этим работаем.
И кстати говоря, Илор сказал, что сегодня он уже закончит изучать последние слова из словаря гоблинов.
Ну что же, авось дней через пять-шесть я завершу со своим эльфийским. Это очень важная ступень для того, чтобы отправляться в Темное пятно на охоту за нелюдями.
Илор вернулся очень быстро.
— Конюх сильно удивился, конечно, что я в такое неурочное время пришел, так что не торговался практически, слишком сонный был для этого. За сколько я предложил, за столько лишних лошадей и седла мне и продал, — сообщил он. — Правда, и денег я предложил по столичным меркам, а не провинциальным…
Навьючили спящих людей на лошадей и отправились в дальнюю дорогу. Нам нужно за ночь забраться подальше, до брошенной деревушки в тридцати километрах отсюда, которую я нашел на магическом глобусе Джоан. Тащить всех освобожденных узников сейчас в нашу новую Академию Дерзких я не видел смысла. Ведь вполне возможно, что не всех удастся уговорить вступить в наш клан, а значит, нельзя им показывать, где находится наша академия. Туда мы отведем только тех, кто вступит в клан…
К счастью, только часть пути была по горам, иначе до рассвета мы бы туда не смогли добраться. И что хорошо — даже там, где двигались не по горам, грунт был каменистый, что тоже не позволит нас выследить. Не слышал я никогда ни об одном заклинании, пусть даже и уровня грандмагов, которое позволило бы в таких условиях и на таком расстоянии нас выследить. Это не означает, что его не существует, но наличие его у тех, кто держал эту тюрьму, стало бы редчайшим совпадением.
Но, конечно, если появлялась возможность часть пути проделать по дну неглубокой реки или ручью, мы и эту возможность использовали. Это уже на случай, если преследовать нас пустят очень хорошего следопыта.
А финальную часть пути, что собьет с толку даже очень хорошего следопыта, мы и вовсе проделали по воздуху. К той заброшенной деревушке вообще не было подхода на лошадях или пешком с той стороны хребта, с которой мы к ней вышли, двигаясь от тюрьмы. Тут была только ужасающей глубины широкая пропасть, над которой возвышалось плато с этой самой деревушкой. Чтобы попасть в нее обычной дорогой отсюда, нужно пройти километров сто в обход. Сначала добраться до прохода в горном хребте, ведущего в другое государство, Эстебрис, пройти по нему и оттуда уже подняться в эту деревню. Так что эти оставшиеся по прямой до деревни два километра все по очереди, включая меня, проделали в когтях загурта, в которого обратился Илор. Узников сгрузили с лошадей на землю — конечно, прежде чем мой друг обратился в портального монстра. Потому как ясно, что лошади, увидев такого ужасного на вид монстра, сами разбежались куда глаза глядят. Может, решат вести дикий образ жизни, может, со временем все же прибьются обратно к людям. Седла и уздечки мы с них сняли, так что выбор сугубо за ними.
Конечно, был шанс, что некоторые из них вернутся в ту самую деревню, из которой мы прибыли, но по этому поводу мы не волновались. Не пройдут до нас по их следам — лошадь без груза да в такой гористой местности следов практически не оставляет. Ну и сколько они туда добираться будут, порядком устав от сложного пути под грузом…
Эту деревню люди оставили уже лет десять как, так что удалось найти единственную хижину, в которой еще не провалилась от непогоды крыша. В нее мы и сложили счастливо дрыхнущих подопечных, а сами разожгли костерок и сели с Илором отдохнуть около него.
— Интересно, сколько из них все же решатся вступить к нам в клан? — задумчиво спросил меня Илор.
— Даже и не знаю. Если половина, то я уже буду доволен. Главное, чтобы хоть один из магов двенадцатого разряда согласился к нам присоединиться. Надоело мне уже постоянно бегать к Седнешу и Юраку, чтобы коммуникационный портал к кому-нибудь открыть… А Коркена дергать неохота из поместья, он там большую пользу для людей приносит… Таскать с собой лекаря только ради того, чтобы он нам связь обеспечивал, как-то не по-людски. Деревенские счастливы, и к нам на пустоши заселяться валом народ валит из других графств, прослышав, что тут лекарь двенадцатого разряда людей обслуживает на очень льготных условиях… Удачно получилось, что у меня два поместья и два лекаря, на каждого по поместью…
— Согласен, потому и не таскаем, — согласился Илор.
— Коркена я, конечно, уважаю. Не по статусу ему, как он стал графом, крестьян лечить да торговцев. А он наплевал на это да уперся, что не будет выбирать между пациентами, исходя из их знатности. Дорогу себе в высшее общество, конечно, он себе закрыл этим выбором, никто его теперь на серьезный прием не пригласит, но с другой стороны, мы же и не планировали, что он будет вертеться среди знатных и богатых…
— Ну да, не такой у него характер, чтобы среди них ошиваться… Я его тоже уважаю. Настоящий лекарь, мало таких с принципами… Кстати, не о лекарях вопрос, но пока у нас полно времени, хочу кое-что спросить. Ты не думал родовой камень из развалин поместья в Аргенте в нашу новую Академию Дерзких в Таргалдоре переместить?