Страница 63 из 77
Конечно же, Настасья Васильевна была расстроена, но вместе с тем, она прекрасно понимала, что военный корабль, не рассчитан на то, чтобы там длительное время, проживала женщина.
- В таком случае, сразу же договоримся, что все указания капитана корабля, выполнять без пререканий, - тут же выдвинул условия я, - и кроме того вы должны отдавать себе отчёт в том, что вы будете на войне, а там может погибнуть любой человек.
- Условие принимается, и что на войне гибнут люди, мы тоже знаем, - тут же поспешно выказался Шубинский, правда при этом, всё же посмотрел на мужчин братии, те кивками, подтвердили сказанное.
- В таком случае, пока я прощаюсь с вами, - закруглил я, наш разговор, - попрошу быть вас в гостинице в течении нескольких дней. За вами, когда придёт время, я пришлю своего адъютанта, он и проводит вас, на флагман дивизии. Ну а за стол, уже всё оплачено, приятного аппетита.
Когда я выходил из ресторана, никто из газетчиков и не думал есть, все настолько были возбуждены, что в первую очередь, хотели обсудить главную новость - то, что их берут на борт военного корабля, на выход в море. А тут ведь, практически каждый выход в море, капитана 1-го ранга графа Вяземского, приносит одну за другой сенсации.
- Они даже не догадываются, с какой сенсацией, они столкнуться в этом выходе, - тут же подумалось мне, - будет им потом, о чём писать.
Глава 72
Вот, наконец, и пришло долгожданное время, на проведение операции, рано утром в 6 часов, как и было прописано на пакете, в адмиральском салоне флагмана дивизии, винтового корвета 1-го класса «Чайка», мною в присутствии лиц, которые были указаны на конверте, был вскрыт сам конверт.
На вскрытии конверта, присутствовали: генерал-лейтенант барон Кнорринг, жандармский полковник Волков, два командира полка – гренадёрского и донского казачьего. Ни для кого из находившихся в салоне офицеров, не было новость, то, что было содержимым пакета. А там была именная бумага, за подписью самого императора Николая II, в которой предписывалось мне как командиру дивизии, выйти на кораблях дивизии в море, в боевой поход. На борту кораблей дивизии, должны находится воинские части, тут указывалось какие именно, кроме данных частей, там же должна находится и команда, приписанная к жандармскому корпусу. Цель выхода в море – атаковать крупный морской порт турецкого султаната Амис, в том числе высадив на его территории десант, в составе двух полков. Уничтожению подлежала вся инфраструктура самого порта и частично города. А так же при возможности вывезти из самого города все ценности.
На последнем пункте, формулировка была размытая, не указывалось какие именно ценности, да впрочем, это и не надо было указывать, и так всё понятно.
Ниже указывался срок проведения операции, она должна проходить всего лишь два дня, после чего предписывалось, уходить в место приписки дивизии – Очаков.
Зачитав бумагу, я расписался на обратной стороне самой бумаги и передал её, для ознакомления и подписи Роману Ивановичу, тот поставил подпись и передал ей далее.
Почему именно подписи, должны ставить все присутствующие в салоне? Да всё потому, что в этой бумаге были указания одновременно как военно-морскому флоту, так и армейским частям, ну и жандармскому корпусу. Каждый из сидящих в салоне офицеров, не мог указывать другому, что он должен делать, а тут указания императора, каждому из сидящих офицеров – что он должен сделать или обеспечить.
Кстати в это же время, начальник охраны водного района Днепровского лимана, так же вскрывал бумагу за подписью главы Адмиралтейства Руссийской империи, Великого князя Дмитрия Сергеевича. Где ему предписывалось, на срок две недели выделить из кораблей, которые ему были подчинены восемь команд, во главе с младшими офицерами, в распоряжение командира дивизии капитана 1-го ранга графа Вяземского. Данные команды, будут выполнять функции по доставке призовых кораблей в порт Очакова. Все команды, будут размещены на кораблях 1-ой бригады. Когда об этой бумаге узнали младшие офицеры, то все как один, были согласны идти старшими команд, так что было кого выбирать.
Вот после этого и закрутился маховик времени, с неимоверной силой, ведь корабли должны выйти в море, уже в обед.
Командиры полков убыли за своими подчинёнными.
Своего адъютанта я отправил за четырьмя газетчиками в гостиницу, Андреев уже подготовил для них одну большую каюту, дополнительно установив там рундуки, вместо кроватей.
С Натали и сыном Владимиром я уже попрощался, перед отплытием заскакивать в особняк не планировал. Охрана была увеличена вдвое, и к тому же проинструктирована – бдить. На всякий случай была готова к отходу и яхта «Принцесса».
Пассажирский пароход «Очаков», товарно-пассажирский пароход «Бессарабия», транспорт «Moselle» и грузовой пароход «Угольщик» уже были готовы к приёму «пассажиров» в виде двух полков, мест для всех хватало. Кроме того на эти же корабли стали заходить и свои офицеры вместе с подчинёнными интенданта дивизии, капитана 1-го ранга барона Бойе. Им тоже предстояло много работы в порту Амис.
По истечении получаса, стали подходить как гренадёры, так и пешим порядком донские казаки, каждый из них имел с собой трёхдневный запас еды и фляжку с водой, плюс всё своё стрелковое вооружение. Эти моменты оговаривались заранее. Кроме того на «Очакове» и «Бессарабии», были готовы к обеспечению трёх разовой едой, весь офицерский состав, который будет на них. Впрочем, и на остальных кораблях вспомогательной эскадры камбузы, так же были готовы, обеспечивать питанием офицеров, которые перебывали на кораблях.
Пока на корабли вспомогательной эскадры грузились выделенными полками, 2 бригада уже вышла в море, чтобы проконтролировать безопасность выхода через фарватер Днепровского лимана, кораблей 1-ой бригады. На борт каждого корабля, первой бригады уже подымались местные лоцманы, назад на корабли вспомогательной эскадры, их должна будет доставить транспортная яхта «Стремительная», которая потом и вернёт их, в порт Очаков. Догнать же уходящий караван кораблей, ей не составит труда.
Построение кораблей уже было определено заранее, первыми шли яхты «Везучая» и «Удачная», на удалениидвух миль шёл корвет «Буревестник» ещё через две мили шёл основной караван во главе с флагманом корветом «Чайка», далее шли «Очаков», «Бессарабия», «Moselle», «Угольщик». Их прикрывали сзади, корвет «Альбатрос» и авизо «Пеликан», последними шли яхта «Счастливая» и «Успешна».Яхты 2-го дивизиона прикрывали караван, с обоих боков.
Именно в такойпоследовательности мы и должны идти до самой береговой черты, в районе порта турецкого султаната Амис. В ночное время все положенные огни должны были гореть, а впереди идущие корабли, должны приблизится к каравану. На преодоление до расстояния до Амиса, у нас было два дня, а вот на третий, рано утром мы и должны были напасть на его порт. Всё было рассчитано так, чтобы утренние нападения произошли одновременно в трёх местах. А ещё ровно через двое суток, Иранский шах Насреддин, должен вторгнуться на территорию турецкого султаната. В момент нашего нападения, шаха поставят в известность, о наших действиях в отношении портов Амис и Трапезунд, а так же порта Констанца. К этому моменту как мы уже думаем, уже поступят указания турецких властей, на уход из внутренних провинций, войск, в сторону Амиса и Трапезунда.
Газетчики первый день, не уходили с верхней палубы корабля, всё время рассматривая идущие следом корабли, и постоянно задавая вопросы офицерам, которые были рядом, правда при этом старались не мешать вахтенному офицеру. Офицеры флагмана, а так же офицеры моего штаба, которые так же находились на борту флагмана, уже были предупреждены капитаном «Чайки» Андреевым, что по возможности должны отвечать на вопросы газетчиков, если они не касаются государственной тайны. Впрочем, основным офицером, который практически постоянно находился около газетчиков и отвечал на большинство их вопросов, был ротмистр Хлебников, который был одет в морскую форму. По поводу которой, ему Хлебникову и был задан первый вопрос, ответы на него газетчики, добросовестно строчили в свои тетради. Потом можно будет подумать над статьёй в газете, по этомуповоду. Столоваться газетчиков, я определил с офицерами.