Страница 20 из 77
- Но, сам современный бой, меняется по мере продвижения прогресса, - тут же ставил свои пять копеек Майет, - а мы почти всегда действуем не по правилам.
- Да нам эти правила, просвещённых мореплавателей до одного места, - тут же продолжил Вальд, - мы сами устанавливаем свои правила боя на море, в общем, обговорили тактику боя и сразу же атаковали. Пока наши основные корабли эскадры с дальнего расстояния перестреливались с линейным кораблём противника, наши скоростные яхты обошли с двух сторон конвой, а на той стороне у противника был только авизо, у которого на вооружении было всего-то четыре орудия, по два на борт. И так уж получилось, что авизо от первых же выстрелов удачно взорвался, кто-то из наших артиллеристов попал в его артиллерийский погреб, а может быть в сложенные заряды до орудий, точно не скажу, да это и неважно уже, он и затонул меньше чем за минуту. Пока паровой фрегат, пыхтя от натуги, огибал конвой, чтобы попасть на другую сторону конвоя, мы атаковали первые два больших транспорта, они кстати были вооружены несколькими устаревшими орудиями, скорее всего в десантном варианте, но их расчёты по всей видимости давно не тренировались, и стрельба из них велась по принципу, куда-то туда в сторону противника. Пока паровой фрегат противника, переходил на сторону, где мы находились, на первых двух транспортах уже была настоящая паника. Верхняя палуба этих транспортов была усеяна как убитыми, так и ранеными, эти корабли практически были неуправляемыми, и их борта, обращённые к нам, имели многочисленные пробоины, многие из них были ниже ватерлинии. На транспортах появился крен, который понемногу увеличивался, что только добавило паники среди экипажа и турок, которые пытались прорваться на верхнюю палубу. Мы же в это время проскочили на сторону парусного линейного корабля и встав под борта этих же двух транспортов, открыли огонь по линейному кораблю, особенно по его верхней палубе, сосредоточившись на кормовой части. И это дало результат, через некоторое время корабль потерял ветер и стал неуправляемый, развернулся к нам носовой частью, а к кораблям нашей эскадры кормой, чем и воспользовались артиллерийские расчёты орудий последних. Весь их огонь был сосредоточен на корме линейного корабля, а все перелёты, ловил сам корабль, особенно его парусное вооружение. Мы же сосредоточили свой огонь на двух следующих кораблях конвоя, последним крупным транспортом и средней тоннажности грузопассажирским. Не обращая внимание при этом, на свой будущий призовой корабль. И всё это делая, прикрываясь транспортами конвоя, от парового фрегата противника. Те продержались не так долго, тем более мы работали почти в полигонных условиях. Минут через пять, и эти транспорты имели крен, а к этому моменту первые два уже легли на борт, вокруг них было просто большое количество барахтающихся турок. Парусный линейный корабль значительно просел на корму, и уже имел несколько очагов пожаров, которые пытались ликвидировать его экипаж, о том, чтобы его экипаж сделал что-то для его управляемости, уже не было и речи. С такого его положения очень удобно и комфортно было работать артиллеристам эскадры, что они и продемонстрировали, оставив от кормы что-то бесформенное. К тому же две мачты, этого линейного корабля были сбиты – бизань-мачта и грот-мачта, в фок-мачта, имела значительные повреждения. Корма корабля значительно просела от поступления воды, которая продолжала прибывать на его борт.
- Да этот корабль к тому моменту уже не жилец был, - добавил повествование Вальда, Майет, - на нём уже вовсю что-то горело в нескольких местах, хоть и его экипаж пытался тушить пожар.
- Ну да, так оно и было, - подтвердил Вальд, продолжив, - этот колос продержался дольше всех на воде, и ушёл под воду последним из всего этого конвоя. Видя такое дело, оставшийся корабля конвоя, паровой фрегат, стал уходить обратно в сторону Варны, посчитав, что мы останемся добивать конвой. Конечно, конвой мы добили, а как же иначе. Но и такую жирную цель как паровой фрегат, не захотели отпускать. Именно поэтому, я принял решение, отправит вдогон за фрегатом «Чайку» и «Удачную». А с помощью «Везучей» и пароходофрегата «Пётр», осуществить захват призового транспорта, а уж потом перенаправить «Везучую», нам на помощь. С призовым транспортом разобрались быстро, где-то за час, на нашем пароходофрегате, было достаточно резервного экипажа, а вот с паровым фрегатом, вышла неувязка. Он не просто уходил в сторону порта Варна. Оказывается, в связи с большой необходимостью, там было сформировано два больших конвоя, которые отправляли один за другим. Составы конвоев, подбирали по скоростным характеристикам транспортов. Первым шёл более скоростной конвой, а вот второй, не скоростной, который вышел вслед за первым конвоем, был большим, в его состав входило девять транспортов, ну и соответственно в этот раз его прикрывало целых пять кораблей охраны. Паровой фрегат мы догнали, но к тому моменту, на горизонте уже показался следующий конвой, вот к нему и спешил паровой фрегат.
- Слишком вёртким оказался этот фрегат, - добавил в дополнение Майет, - да и пушек на его борту хватало, так что он ушёл, прорвавшись к этому конвою, и усилив его охрану.
- Ну а на этот конвой, у нас сил было мало, - тут же продолжил Вальд, - вот если бы с нами были «Буревестник»и хотя бы призовой корвет, стоящий рядом, тогда бы мы тот конвой сделали. А так … .
В подтверждение своих слов Вальд, лишь с сожалением развёл руками, на что так же подтверждающее кивнул головой и Майет, согласился с этим и Андреев.
Мой адъютант, мичман барон Долгоруков, сидел тихо в конце стола и внимательно слушал говоривших офицеров, но в этом моменте спросил, - нуа этот призовой корвет, как вам достался?
- А вот с ним как раз всё просто, - довольно ответил мой помощник Вальд, - этот корвет шёл до пролива Босфор вдоль побережья, со стороны порта Варна, причём хорошо шёл, ходко узлов 10-11. Этим самым и заинтересовал нас, но это было, через несколько суток нашего дежурства в районепролива. Вот проблем с его захватом не было.
- Пленные с него рассказали,- подключился к разговору Андреев, - что он шёл в портТулона, вёз почту, десятка два раненых франкских офицерови заболевшего холерой вице-адмирала Арма́на Жозéфа Брюа́. Кстати, все личные бумаги адмирала, сложены в вашем салоне, для ознакомления.
- В его каюте, так же был обнаружено значительное количество денег, почти полтора миллиона, - продолжил Вальд, - мы тут решили, что данный ушлый адмирал, скорее всего, заработал эти деньги, зажав положенную оплату экипажам погибших кораблей, которые были в его подчинении. Кстати название призового корабля - паровой корвет «Augusta». Ваш дед, Сергей Алексеевич, уже продал этот корвет, военному ведомству в лице командира дивизии, контр-адмирала Истомина, осталось дождаться только перевода денег. Да и к другому, гражданскому призу, уже приценивались несколько покупателей, скорее всего и он в ближайшее время будет продан, а его груз раскупили уже почти весь.
Тут в разговор вмешался Андреев, он просто напросто, предложил сделать перерыв и хотя бы попить чай или кофе, ведь время уже было позднее. На что все сидящие, конечно же, согласились.
Уже на следующий день с утра, на построении экипажей, Великий князь провёл лично награждение отличившихся, а их было достаточное количество в дивизии, практически в каждой эскадре.
Лично мне перепало очередных три ордена Святых – Станислава, Владимира, и Георгия, соответствующих степеней. По два ордена получили так же Вальд, Майет, Андреев, по одному все остальные офицеры эскадры, которые принимали участия в выходах на коммуникации противника.