Страница 58 из 121
Но грубая мужская пятерня больно сдавила моё запястье, и сигарета выпала из ослабевших пальцев.
– Охренел?! – я попыталась вырваться, но безуспешно.
– Моя женщина не будет курить, – просипел этот больной придурок мне в лицо.
Быстро сцапав со стола мой мобильник, он сунул его в задний карман – вот козлина! – как раз в тот момент, когда телефон тренькнул входящим сообщением.
– Ты что творишь? – я протянула свободную руку в попытке вернуть своё, но чертов маньяк грубо отстранил меня.
– Не дёргайся, Софи. И учти, ещё раз увижу тебя с сигаретой, и я затушу её об твои красивые губы… поняла?
– Да пошёл ты, урод! – я толкнула его в грудь, а чувство паники сменилось дикой яростью.
Но в следующий миг Ден взмахнул рукой, и мои губы обожгло болью. Плевать! Я хватаю со стола вилку, но мой противник куда быстрее – и импровизированное оружие отлетает в сторону, а я шиплю от боли в вывернутой руке.
Очередной удар ладонью пришёлся мне по уху… перед глазами всё поплыло… в голове зазвенело…
– Всё ещё хочешь уйти? – как-то очень грустно поинтересовался этот изверг, и вариантов ответа немного.
– Пусти! – я сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони и готовясь пойти на таран.
– Хм… Ну иди, раз очень надо, – произнёс он с тяжёлым вздохом и… неожиданно отступил, освобождая мне выход.
Серьёзно? Да и к чёрту этот мобильник!
Схватив сумочку, я бегом, не оглядываясь, рванула к выходу.
В чём подвох – заперто? Но нет, меня никто не задержал, и даже дверной замок поддался без проблем. Распахнула дверь и уже вырвалась… но резко остановилась… Олька! Их же двое на одну пьяную идиотку. Оглянулась, буквально цепенея от страха. Шаг назад – это как в логово притихшего зверя – страшно до тошноты.
Я ничего больше не слышу – только грохот в ушах, словно бешеный стук копыт. Спустя целую вечность делаю шаг в квартиру… ещё один… ещё…
Наверное, выйди мне навстречу Денис, и меня выдует отсюда сквозняком… но его не видно. Одумался? – я не знаю.
На деревянных ногах я подхожу к комнате, за которой недавно скрылась Олька, и толкаю дверь…
Грёбаный брод! Две обнажённые фигуры сплелись в тесных объятьях и крепко спят.
– Оль, – трясу её, тяну за волосы. – Олька, бегом вставай.
И ещё сто попыток – всё бесполезно. Мычит, отмахивается, хнычет… как дать бы по голой жопе! Зато её пробудившийся мужик вытаращил на меня мутные глаза, заулыбался и потянул ко мне руки.
– Ты… ко мне?
Я отмахнулась от его рук и беспомощно огляделась. Что ж делать, а?
Так ничего и не придумав, я выглянула в коридор и похолодела…
Широко расставив ноги и переплетя руки на груди, Денис преградил путь к входной двери.
– Смотрю, ты уже передумала? – он зло ухмыльнулся. – Я тоже.
И тут он сдвинулся с места и попёр на меня – полный псих!
Глава 46 София
Жизнь прекрасна и удивительна!.. Но всё меняется, когда приходят ОНИ… – большие неприятности!
Я смотрю в глаза обезумевшему зверю, неумолимо надвигающемуся на меня, и от панического страха и бессилия мне хочется взвыть во всю глотку!.. Но когда это помогало? Резко захлопываю дверь, разрывая зрительный контакт, и поворачиваю хлипкий замочек. Не спасёт, конечно, но хоть что-то, чтобы собраться с мыслями. Опираюсь на дверь спиной, а взгляд мечется по комнате. Грёбаный минимализм – даже подпереть нечем. Разве что нетрезвыми телами.
– Тук-тук! – прозвучал за спиной насмешливый голос и в дверь деликатно постучали.
Вежливый, твою мать!
– Кто там? – это вырвалось непроизвольно, а за дверью раздался тихий смешок.
Жуть какая – он точно сумасшедший!
– Открывай, Софи, это я.
Головка от буя!
– Что ты хочешь, Денис? – спрашиваю спокойным тоном и сама удивляюсь, что голос не дрожит.
Зато всё нутро трепыхается, как свежий студень.
– Тебя хочу, София, – ласково урчит зверь.
Обычно подобные признания бывают приятны… но не в этом случае. В голову прилетает омерзительно спасительная мысль: «Просто расслабься, Сонька, и постарайся поймать удовольствие». Но в желудке закручивается болезненный клубок, а в глазах режет от подступающих слёз – я не хочу так.
Запрокинув голову и проморгавшись, прогоняю слёзы.
– Я сейчас не хочу, Денис, – это прозвучало до отвращения жалобно.
– Что ж, тогда попробуем через не хочу.
И от его вкрадчиво-ласкового тона аж мороз по позвоночнику.
Помню, бабуля как-то сказала, что если из женской письки сшить тапочки, то им сноса не будет. В тот момент этот философский постулат даже принёс мне облегчение и худо-бедно заштопал мои страдания – так мне было проще. Но пройти снова через не хочу… нет – я не готова.
– Впусти меня, сладкая… ты ведь не хочешь, чтобы я вошёл без приглашения?
– Дай мне прийти в себя, Денис, – прошу тихо, хотя знаю, что не приду.
– Я буду медленно считать до пяти, Софи… а потом войду сам. Тебе хватит времени?
Считай, больной урод!
– Считай, – процедила я сквозь зубы, а взгляд метнулся к окну.
А на каком мы этаже – на втором, вроде?
– Один, – пошёл отсчёт секунд до нашей встречи.
Я рванула к окну, и за шторкой – хвала Всевышнему! – обнаружился балкон.
– Два-а…
Чтоб тебе жидко обделаться, козёл!
Смотрю вниз – высоко, конечно… но если привязать простыню… К чему тут привязать-то?
– Три! – прозвучало торжественно, а следом раздался грохот.
Что за…
Дверь распахнулась, являя «потрясного мужика» с безумным взглядом и широкой жуткой улыбкой маньяка. Реально потряс! И, не иначе как от потрясения, я промямлила:
– Т-ты же сказал «до пяти»…
– Да? Ну, забыл, прости, – он разводит руками и смеётся. – Ещё не пришла в себя?
Качаю головой – нет – там глухо и заперто.
– Тогда в тебя приду я! – улыбка сползла с его лица.
А я ещё успела подумать, что буду драться насмерть, прежде чем зверь бросился на меня.
«Жива!» – радостно пронеслось у меня в голове, когда слух обласкал многоэтажный мат. Это проснулась Олька после того, как мы с Деном рухнули на неё в пылу «любовной» прелюдии. Страха во мне как не бывало, да и боли почти не ощущается. Мне попался на редкость некровожадный зверюга – бил аккуратно. Звон в пустой голове, незначительное облысение и разодранная в клочья майка – пока это все последствия битвы. Правда, и силы уже на исходе. Сползаю с кровати на пол, мысленно благодаря Олькиного трахаря за передышку.
– Ден, ты охерел? – рычит он, сбрасывая с себя Дениса, и сам вскакивает с кровати – Ты че творишь-то, мудак?
«Может, сразу стоило поискать у него защиты?» – вяло размышляю я, наблюдая за потасовкой. Олькин мужик явно покрепче… хоть и с потухшим орудием.
– Сонь, а чего случилось-то, а? – испуганно спрашивает почти протрезвевшая Олька, торопливо натягивая на себя платье и озираясь по сторонам. – Блин, а где мой лифон?.. А трусы?.. Сонька, а что у тебя с губами?.. Ох ты ж ё… (здесь следует длинный труднопереводимый текст)… А ты чего на полу-то разлеглась, а?