Страница 85 из 131
- Из ума выжил? - шиплю я, вскидывая его руку с себя. - Ты кем себя возомнил вообще?
- Достаточно с тебя на сегодня, - отвечает он спокойно. - Пора теперь домой возвращаться.
- Мой дом там, где я сама решу, а не там, где ты мне укажешь! - в моей злости нет предела. - Я не твоя собственность, чтобы ты меня вот так таскал!
Он не двигается с места, стоит как скала, только взгляд его темнеет, скользит по моему лицу, платью, ногам. От этого взгляда мурашки бегут, но я не подаю виду. Вместо этого толкаю его сильнее. Но он рывком прижимает меня обратно к двери, расставив руки по обе стороны.
Его тело - сплошная стена мышц, от которой веет жаром. Сердце колотится как бешеное, но не от страха. От этого проклятого напряжения между нами.
Руки по бокам от меня, как клетка, не дают пошевелиться. Я продолжаю смотреть в его глаза - темные, пылающие изнутри, как вулкан подо льдом.
- Ты не понимаешь, во что ввязываешься, - бормочет он низко, голос вибрирует, проникая под кожу. - Этот клуб - не место для таких, как ты. Особенно в таком виде.
- А ты эксперт по моим местам? - фыркаю я, пытаясь вывернуться, но он только плотнее прижимается, бедром впиваясь в мое. Чеерт!!! Не эти ощущения я должна испытывать!
Он наклоняется ближе, губы почти касаются моих.
- Так не терпится лечь под случайного урода?
- А тебе какое дело? Или просто ревнуешь, что не ты меня лапал?
Его губы замирают в миллиметре от моих, дыхание обжигает кожу. Я чувствую, как его бедро давит сильнее, и это проклятое тело предает меня, реагируя жаром внизу живота. Черт, почему именно он вызывает во мне этот пожар?
- Ревную? - хмыкает он. - Не заблуждайся. Я просто выполняю поручение Кая присматривать за тобой, чтобы ты не вляпалась в очередное дерьмо. И как оказалось вляпалась.
- Скажи ему, что я не нуждаюсь в няньках. Особенно, когда дело касается мужиков. Что, будешь со свечкой стоять надо мной, даже когда я буду трахаться с кем-нибудь? Когда чей-то дружок будет настойчиво долбиться в меня?
Его взгляд становится еще более темным, в нем читается смесь гнева и чего-то иного, чего я не могу понять. Чего он не дает понять. Он отстраняется, но лишь для того, чтобы схватить меня за подбородок.
- Не переходи черту, Аврора.
- А что ты сделаешь, если перейду?
Его пальцы сжимаются на моем подбородке, но хватка скорее предостерегающая, чем угрожающая. И все же, я чувствую, как по моему телу пробегает дрожь. Это не страх, скорее… предвкушение.
- За пределами моего дома ты можешь сколько угодно от меня мужчин гонять. Но, что ты сделаешь, если я приведу их к себе домой? Как помешаешь мне...
Он внезапно целует меня. Жестко, требовательно, впиваясь в губы так, будто мстит за каждое слово, за каждый мой стон на танцполе, за каждую попытку вывести его из себя.
Врывается языком, прижимая меня к машине так, что металл впивается в спину.
Я задыхаюсь в его поцелуе, но вместо того чтобы оттолкнуть, впиваюсь пальцами в его плечи, отвечая с той же яростью. Его язык доминирует, исследует, наказывает, а тело прижимается так плотно, что я чувствую каждую твердую линию его мышц, каждое биение сердца. Руки скользят по моей талии, сжимают бедра, поднимая платье выше, и я невольно выгибаюсь навстречу. Черт, это не должно быть так хорошо. Это он, Пирс, этот ледяной ублюдок, разжигает во мне пожар, который я пыталась вызвать в нем.
Он отрывается первым, тяжело дыша, глаза горят первобытным голодом. Губы распухли, и он проводит по ним языком, словно смакуя вкус.
- Заткнись наконец, - рычит он, хватая меня за руку и толкая в машину. Дверца хлопает, и через секунду он уже за рулем. Двигатель ревет, мы срываемся с места, оставляя клуб позади.
В салоне висит напряжение, густое, как дым. Я ерзаю на сиденье, пытаясь унять жар между ног, но его боковой взгляд только усиливает. Руки сжимают руль до белизны костяшек, челюсть напряжена.
- Куда мы? - спрашиваю, не узнавая свой голос. Соберись, ненормальная!
- Домой, к твоему отцу. Как раз давно не виделись. Соскучились наверное друг по другу, - бросает он, не глядя.
Еще как. Прям умирала от желания увидеть их унылые как всегда рожицы.
- Что, боишься, что всерьез закончу начатое в клубе у себя дома, раз не хочешь везти туда?
Он поворачивается ко мне и впивается в меня таким взглядом, что я чуть не таю на месте. В этом взгляде - чистый яд, смешанный с желанием, которое он так отчаянно пытается задавить.
Я за всю жизнь не видела у него столько эмоций за раз, как сегодня.
- Твой язык... слишком длинный, - рычит он, возвращаясь к дороге.
Я фыркаю, но внутри все сжимается.
Машина несется по ночным улицам, фары выхватывают тени. Я украдкой кошусь на него: профиль жесткий, брови нахмурены, губы все еще припухшие от поцелуя. Воспоминание о его вкусе заставляет бедра сжаться. Проклятье, тело предает меня полностью.
- А если я не хочу к отцу? - тяну я, проводя пальцем по бедру, поднимая подол платья чуть выше. Провокация номер два. - Вези меня к брату. Как раз по Мэриан соскучилась.
Он бросает быстрый взгляд - и руль скрипит в его руках.
- Че то жарковато у тебя в салоне.
Я развязываю хвост, распуская волосы по плечам, откидываюсь на сиденье, скрещиваю ноги, но платье задирается, обнажая бедро. Знаю, что он видит это краем глаза, и внутри ликует от его реакции.
- Аврора, - предупреждающе рычит он, голос хриплый. - Не испытывай мое терпение. Ты понятия не имеешь, на что провоцируешь.
Я улыбаюсь уголком губ, чувствуя, как власть переходит ко мне. Сердце стучит в унисон с мотором.
- А если имею? - шепчу я, проводя рукой по шее, спускаясь к вырезу платья. Пальцы касаются груди, и я вижу, как его взгляд мечется между дорогой и мной. - Что тогда? Остановишься и возьмешь то, чего хочешь? Или продолжишь изображать верного пса?
Его рука сжимается на руле. Напряжение в машине достигает апогея, воздух становится густым и тяжелым. Я вижу, как его зрачки расширяются, его тело будто бы напрягается, готовясь к прыжку. Слова, сорвавшиеся с моих губ, повисли в воздухе, сладкой угрозой.
Он резко тормозит. Колеса визжат, машина останавливается на обочине. Его тело разворачивается ко мне, в глазах бушует огонь.
Он снова целует меня, но на этот раз не ярость, а чистое, неприкрытое желание. Его руки исследуют мое тело с новой интенсивностью, каждое прикосновение обжигает. Я отвечаю ему, отдаваясь этой неожиданной, но такой желанной страсти.
- Ты меня доконаешь, - бормочет он, впиваясь в губы, а потом в шею, оставляя следы зубов. Я стону по-настоящему, царапаю его спину, трусь бедрами о твердую выпуклость в штанах. Его пальцы ныряют между ног, находят меня мокрой.
"Черт, да!" - думаю я, извиваясь под ним.
Его пальцы, сперва неуверенные, затем смелее, скользят вверх по внутреннему бедру, заставляя меня вздрагивать. Стон вырывается сам собой, когда он находит мою уязвимость, надавливая, дразня, пробуждая. Я задыхаюсь, пытаясь унять рвущийся наружу стон, но тело предательски отзывается на его прикосновения. Его дыхание горячее на моей коже, а я чувствую, как ногти впиваются в его плечи, вырывая из груди нечленораздельные звуки.