(НЕ) БОЙСЯ МОЕЙ ОДЕРЖИМОСТИ

Глава 26

- Здесь все просто, - говорит он, улыбаясь. - Сейчас мы ее соберем в два счета.

И он не обманывает. Через полчаса полка уже стоит у стены, надежно прикрепленная. Я расставляю на ней свои горшочки с цветами, и комната преображается.

- Красиво, - говорю я, любуясь результатом. - Теперь мне она нравится еще больше.

- Какой бы она была, собери ее ты?

- Я не настолько безнадежна. Полки хоть и не умею собирать, но знаешь, иногда и у меня получается что-то полезное. Вот, например, кофе варю неплохой. Сам ведь нахваливал, - отшучиваюсь я.

Эрик смеется и оглядывается по сторонам.

- Уютно у тебя. И светло. Терпеть не могу мрак.

Мрак... Идеальное слово, описывающее Кая.

- Спасибо, - отвечаю тихо. - Я стараюсь, чтобы здесь было уютно.

И не напоминало о нем.

Он поворачивается ко мне и улыбается.

- Точно, пора мне. Уже поздно, а тебе завтра на работу.

Я провожаю его до двери.

- Спасибо еще раз за помощь.

- Да не за что. Если что, обращайся. Я здесь и сантехник, и электрик, и сварщик. Могу даже с ремонтом помочь, если надо будет. Не за бесплатно конечно. Это только в первый раз такая акция действует. По доброте душевной.

Улыбаюсь в ответ на его шутку. Легкость, с которой он предлагает свою помощь, обезоруживает. Как будто и нет за спиной того груза прошлого, который заставляет меня сторониться людей.

- Договорились, буду иметь в виду, - отвечаю, стараясь скрыть свое смятение. - Спокойной ночи.

Закрываю дверь и прислоняюсь к ней спиной, прислушиваясь к тишине в доме. В комнате и правда стало уютнее. Цветы на новой полке радуют глаз, а тепло, исходящее от только что ушедшего Эрика, все еще витает в воздухе. Отгоняю мысль о Кае. Здесь ему не место. Здесь моя новая жизнь, и она должна быть светлой, как эта комната.

Вспоминаю слова Эрика: "Терпеть не могу мрак". И я тоже. Больше не хочу мрака. Хочу тепла, света и простого человеческого счастья.

Но как бы ни пытаюсь скрыть этот мрак любым светом, не получается. Он откуда-то вылезает обратно, напоминая о себе. Как и сейчас. Мой взгляд натыкается на его куртку, которую я несколько дней назад кинула в мусорную корзину.

Я засунула ее в сумку, когда убегала от него, чтобы не дать ему заподозрить что-нибудь, ведь меня подвозила Аврора. Потом еще какое-то время таскала ее в этой же сумке с собой. Глупо. И совершенно ненормально. Дура! Вот зачем она мне? Почему до сих пор не сожгла? Или не выбросила?

Подхожу поближе и достаю ее. Тяжелая, как будто наполнена свинцом. Невесомо касаюсь ее пальцами и будто прикасаюсь к нему самому. К его сильным рукам, что учили меня стрелять, заставляли гонять по дороге, не имея никакого опыта при этом, которые одновременно и спасали меня и уничтожали.

Я должна избавиться от этой вещи, но рука не поднимается. Она словно приклеена к этой проклятой куртке.

Набрав в грудь побольше воздуха, решительно направляю руку к корзине, чтобы избавиться от нее насовсем, как вдруг раздается звонок в дверь. Кто это может быть?

Медленно шагаю к двери и замираю, не решаясь открыть.

- Мэриан, это я, - слышу голос Эрика и выдыхаю. Открываю дверь.

- Что-то случилось? - спрашиваю я, удивленно глядя на него. Он стоит на пороге, слегка запыхавшийся, с каким-то смущенным видом.

- Я это... в общем, телефон у тебя забыл. Положил куда-то, когда...

Он вдруг замолкает, глядя на мои руки. Руки, черт возьми, в которых держу куртку этого психа! Мгновенно прячу ее за спину.

- Можешь... зайти, - говорю, запинаясь. - Поискать.

Эрик нерешительно переступает порог, его взгляд мечется по комнате, словно что-то ищет. Но я знаю, что он на самом деле видит. Видит то, что я так отчаянно пытаюсь скрыть.

- Куда же я мог его положить? - бормочет он, нарочито избегая смотреть в мою сторону. Он подходит к полке с цветами, осматривает ее, потом подходит к столу, заглядывает под него. Я стою, прижавшись спиной к двери, чувствую, как бешено колотится сердце. - Нашел. Что ж... Прости, если побеспокоил.

- Тебе не за что извиняться.

Он хватает телефон со стола и направляется к выходу. Я чувствую, как напряжение в комнате сгущается, словно перед грозой.

- Эрик, - останавливаю его, не зная, что сказать. - Спасибо за помощь еще раз.

Он оборачивается, и наши взгляды встречаются. В его глазах я вижу не только смущение, но и какое-то болезненное разочарование. Будто я разрушила что-то важное, что он надеялся построить.

- Не за что, - говорит он тихо, и в его голосе нет и следа той радостной легкости, что была еще полчаса назад. - Кстати, Мэриан... Не знаю, кто так сильно разбил тебе сердце, но если захочешь..., могу попытаться его восстановить. Хотя бы частично.

Он уходит, и я остаюсь одна в тишине, оглушенная своим собственным идиотским поступком. Зачем я прятала эту куртку? Почему не выбросила ее сразу? Дура! Дура, противоречащая своим словам!

Закрываю дверь и решительно направляюсь к мусорному ведру. Больше никаких сомнений. На этот раз я избавлюсь от нее навсегда.

Беру ее, уже не испытывая никаких нежных чувств, и засовываю в ведро. Сверху придавливаю старыми газетами и пустыми банками. Пусть никто не найдет ее, пусть она исчезнет уже из моей жизни.

*****

День сегодня выдался солнечным и немного прохладным. Но этой прохлады тут и не хватало целую неделю.

Воскресенье. Все выбрались отдыхать на пляже. Дети купаются в море под присмотром взрослых. Народу полно, а следовательно и кафе забито. С утра стараюсь успевать за заказами.

Приходится носиться как белка в колесе. Диляра с Эриком тоже стараются не отставать, но поток посетителей не иссякает. Весь день на ногах, чувствую легкую усталость, но довольна атмосферой вокруг. Смех, разговоры, плеск волн - все это создает приятный фон, заглушая собственные мрачные мысли.

- Красивая тетушка! - подбегает ко мне Леон с улыбкой на лице. Мать за ним еле успевает. Сколько же ей терпения нужно, чтобы растить такого энергичного ребенка в одиночку? Аплодирую стоя. - Тетушка, дашь маме стакан пипильсиного сока?

- Какого сока? - смеюсь я.

- Апельсинового, - поправляет он, хитро прищуриваясь. Я наклоняюсь и треплю его по волосам.

- Конечно, дам. Будет тебе пипильсиновый сок. Только скажи своей маме, чтобы минутку подождала.

Наливаю стакан свежевыжатого сока, украшаю его долькой апельсина и передаю маме Леона. Она благодарит меня усталой, но теплой улыбкой.

- Сегодня работы полно, я вижу. Может свободные руки нужны? Могу помочь если надо.

- Нет что вы. Отдыхайте. У вас и своей работы полно, - указываю кивком на мальца и она улыбается.

- Ты права. Работы и правда много. Но знаешь, Мэриан, это такое счастье, что забываешь о всех трудностях. Думаешь только о нем, и все вокруг кажется уже не таким страшным и невозможным.

Слушаю ее и считаю себя трусихой, которая выбрала бежать от всего. Мне было страшно и я лишилась доверия единственного человека, в котором начала видеть спасителя. Это моя вина? Нет! Наши ситуации кардинально отличаются. Я просто выбрала не быть оружием в чьих-то руках.