Хранители Севера

— Простите, — спокойно сказала она, и её голос дрогнул от сдерживаемого смеха. — Просто… представьте себе это. Карета. Здесь? Мы бы застряли в первом же сугробе минут через тридцать. К тому же, — её тон стал чуть более деловым, — оставаться в открытой пустыне слишком долго опасно. Буря может налететь внезапно.

Она чуть склонила голову набок, и в её голосе зазвучала мягкая, но непоколебимая уверенность:

— Я уверяю вас, кронпринц, в седле мы держимся ничуть не хуже ваших самых опытных рыцарей.

Адриан на секунду задержал на ней взгляд. Его бровь едва заметно поползла вверх, а в уголках губ мелькнула лёгкая, заинтересованная усмешка.

— Прошу прощения, если мои слова прозвучали неуважительно, — вежливо произнес он, слегка склонив голову. — Просто… в столице не каждая знатная юная леди с такой готовностью и уверенностью говорит о верховой езде. Для наших придворных дам это скорее исключение, чем правило. Ваша… прямота приятно удивляет.

Он повернулся к ближайшему рыцарю, коротко кивнул, и вскоре к группе подвели троих жеребцов. Это были не парадные кони для прогулок, а настоящие боевые животные — рослые, с рельефной мускулатурой, под гладкой блестящей шерстью играла стальная сила. Их тёмные шкуры, сильные ноги и живые, энергичные движения выдавали суровую выучку. Один из них, вороной жеребец, особенно выделялся. Его чёрная грива струилась по мощной шее, ноздри широко раздувались, выпуская густые клубы пара в морозный воздух. Он нетерпеливо бил острым копытом по снегу, взметая вверх облако ледяной пыли, и вскидывал голову с гордым, почти вызывающим видом.

Бернар молча взял поводья своего гнедого коня. Он не проронил ни слова, но Адриан уловил его пристальный, оценивающий взгляд, скользящий между Мелиссой и им самим. И это молчаливое наблюдение ему даже понравилось. Осторожность — качество, без которого в их мире давно бы уже не осталось в живых.

Кронпринц сам взял поводья вороного и, уверенным движением успокоив его короткое сопротивление, подвёл могучего жеребца к принцессе.

— Северный вороной, — пояснил он, протягивая ей поводья. — Вынослив, умён и чертовски упрям, но безошибочно чувствует настоящую силу в седоке. Думаю, вы найдете общий язык, принцесса.

Она бросила на него короткий, пронзительный взгляд, но вслух ничего не сказала. Вместо этого она уверенно положила ладонь на мощную шею жеребца. И произошло неожиданное — конь сразу же притих, его нервное напряжение ушло.

— Красавец, — тихо, почти ласково прошептала она, и её рука уже скользнула в глубину дорожной сумки, чтобы извлечь оттуда сочное красное яблоко.

Несколько плавных шагов, и она уже стояла перед могучим жеребцом, протянув раскрытую ладонь с угощением. Тёплое, влажное дыхание коня коснулось её пальцев, окутав кожу мягким облачком пара. Вороной фыркнул, втянул воздух, оценивая предложение, и затем с удивительной аккуратностью взял яблоко своими бархатными, чувствительными губами. Один громкий, сочный хруст, и от плода не осталось и следа. Он громко чавкнул, довольно мотнув головой, и его тёмные, умные глаза блеснули удовлетворением.

— А вы, я вижу, умеете завоёвывать сердца, — с легкой усмешкой заметил мужчина.

Мелисса ответила короткой, почти застенчивой улыбкой. Затем, не отводя взгляда от вороного, она провела ладонью по его горячему, мускулистому боку, чувствуя под рукой живую силу.

— Как его зовут?

— Ветерок.

Она резко вскинула бровь, а затем рассмеялась — звонко, искренне, с живой иронией в голосе. Смех сорвался легко, без всякой попытки его сдержать.

— Это придумал не я, — тут же поспешил пояснить он, тоже усмехнувшись и слегка качнув головой. — Имя выбрала моя младшая сестра, когда он был еще жеребенком. Это её любимый конь, хотя она и боится на нём ездить.

— Значит, он самый быстрый? — прищурилась, и её голос стал игриво-лукавым. — Мне нравится.

Она уверенно провела ладонью по его густой, струящейся гриве. Конь фыркнул, громко выдохнул, словно в знак признания, и вдруг нежно ткнулся мощным лбом в её плечо, требуя ласки. Она на мгновение замерла от неожиданности, а через секунду снова рассмеялась и ласково потрепала его по шее.

— Вы ему явно понравились, — с тенью неподдельного восхищения в голосе отметил Адриан, не сводя с неё пристального взгляда.

Тем временем чуть поодаль Брайан подводил к Талли её коня. Рыжий жеребец, словно пылающий факел в снежной пустыне, выделялся ярким пятном на фоне белоснежного безмолвия. Его шерсть искрилась под зимним солнцем, переливаясь оттенками меди и золота, а мощные мышцы играли под кожей при каждом движении, будто живые волны. Конь громко фыркнул и нетерпеливо топнул копытом, заставляя снег хрустеть, и мотнул густой гривой.

Девушка смерила его ленивым, оценивающим взглядом, взвешивая все достоинства и недостатки его характера, но не спешила брать поводья. Вместо этого она медленно повернулась к незнакомцу, и её губы изогнулись в игривой, чуть вызывающей улыбке.

— А вы не представитесь? — спросила она, и её голос прозвучал нарочито легко, мимоходом, но глаза — глаза внимательно, почти хищно следили за каждой его реакцией. — Я Талли.

Мужчина, казалось, на долю секунды замер. Лёгкое, почти невидимое напряжение скользнуло по его плечам, заставив спину выпрямиться чуть прямее. В её манере было слишком много непринуждённости, слишком откровенный, почти бесцеремонный интерес, и это заставляло его внутренне насторожиться. Тем не менее, он ответил вежливо, хотя и с заметной сдержанностью в голосе:

— Капитан рыцарского отряда, сэр Брайан.

Он протянул ей поводья, ожидая, что она тут же заберёт их и закончит этот странный диалог. Но девушка и не думала торопиться. Вместо этого она наклонила голову, будто снова рассматривая коня, и вдруг резко подняла на него лукавый, почти невинный, из-под длинных, темных ресниц, взгляд.

— Капитан, а вы не поможете мне сесть? — спросила она полушёпотом, будто доверяя ему какую-то сокровенную тайну. — Что-то стремя сегодня высоковато для меня.

Он замер, явно не ожидая такой просьбы. Его лицо оставалось каменной маской, но в глазах мелькнула тень растерянности. Брайан бросил короткий, почти умоляющий взгляд в сторону друга, надеясь на подсказку, но в ответ получил лишь насмешливый, откровенно веселый, полный немого издевательства, прищур.

Сбоку раздался короткий, сдержанный смешок. Мелисса не удержалась — легкий, живой смех вырвался у неё прежде, чем она успела прикрыть рот рукой, искусно превратив его в подчеркнуто вежливый кашель. Адриан, услышав это, скосил глаза на принцессу. Его взгляд поймал её смущение с полуслова. Казалось, он видел её насквозь. Девушка вдруг ощутила, как по щекам разливается предательский румянец. »Что за глупость?» — мысленно выругалась она, поспешно отводя взгляд. Но тот краткий миг, когда их взгляды встретились, словно растянулся в вечности. И все, что оставалось в памяти — это его карие глаза и тот легкий, дразнящий блеск в них.

Тем временем Брайан обреченно выдохнул, смирившись с неизбежным.

— Разумеется, — проговорил он сдержанно, но в его ровном голосе проскользнула едва уловимая нотка иронии. — Только не обвиняйте потом, что я проявил чрезмерное рвение.

Он шагнул ближе, остановился у неё за спиной, и его высокая фигура нависла над ней, отбрасывая длинную тень на искрящийся снег. Талли, несмотря на всю свою показную уверенность, вдруг почувствовала, как у неё перехватило дыхание. Тёплое дыхание мужчины коснулось её шеи, а в воздухе повис легкий, свежий цитрусовый аромат.