Страница 59 из 74
Заученные в университете уроки все же пробились сквозь панику. Он опустился к девушке и быстро повернул на левый бок, слегка наклонив ее лицо вниз. Если ее вырвет, содержимое желудка не попадет в легкие. Дворак прощупал пульс — частый, но жесткий. Она продолжала дышать.
«Так, ладно. Доступ воздуха есть. Дыхание есть. И кровообращение. Что еще?»
Дверь в кабинет открылась. Он взглянул на вошедшую Тоби Харпер. Ее взгляд сразу переместился на девушку; она опустилась на колени.
— Что случилось?
— У нее какой-то припадок…
— Что у нее? Эпилепсия?
— Не знаю. Пульс есть, дыхание тоже.
Тоби посмотрела на шишку.
— Когда она ударилась?
— Когда начался приступ.
Тоби сдернула плащ, чтобы осмотреть тело. За краткой паузой последовало испуганное:
— Она беременна!
— Да, и я не знаю, как давно.
— Вы вообще что-нибудь о ней знаете?
— На учете в полиции. Проститутка. Сегодня ее избил сутенер. Вот все, что мне известно.
— У вас есть аптечка? — спросила Тоби.
— В ящике стола…
— Несите.
Шевельнув головой, девушка застонала.
Пока Тоби перетряхивала аптечку в поисках нужных инструментов, Дворак высвободил руку Молли из рукава. Она открыла глаза, посмотрела на него и попыталась вырваться.
— Спокойно, — сказал он. — Все в порядке.
— Оставьте ее, — велела Тоби. — Постиктальное состояние, замутненное сознание. Вы ее пугаете.
Дворак выпустил тщедушную ручку и отодвинулся.
— Все хорошо, милая, — промурлыкала Тоби. — Посмотри на меня. Я рядом.
Девушка перевела взгляд на склонившуюся над ней Тоби.
— Мама, — пробормотала она.
Тоби заговорила тихо и мягко:
— Я не сделаю тебе больно. Только посвечу немного в глазки, ладно?
Девушка продолжала смотреть на нее словно с удивлением. Тоби направила фонарик на зрачки.
— Одинаковые, реагируют. Подвижность конечностей сохранена.
Тоби потянулась к сфигмамонометру. Девушка слабо заскулила в знак протеста, когда манжета обхватила ее руку, однако продолжала смотреть на Тоби; похоже, это ее успокаивало.
Тоби нахмурилась, когда стрелка сфигмамонометра медленно поползла вниз. Она быстро спустила давление в манжете и отстегнула ее.
— Ей нужно в больницу.
— Городская — прямо через дорогу.
— Давайте отнесем ее в их неотложку. У нее давление двести десять на сто тридцать, и она беременна. Думаю, этим и объясняется припадок.
— Эклампсия?
Тоби коротко кивнула и закрыла саквояж.
— Вы можете донести ее?
Дворак наклонился и подхватил девушку на руки. Несмотря на беременность, она была хрупкой и почти ничего не весила. Хотя, возможно, он был накачан адреналином и потому не ощущал тяжести. Тоби двинулась вперед, открывая двери, и в конце концов через главный вход они вышли на Олбани-стрит.
Когда они переходили улицу, между зданиями бесновался ветер, швыряя пыль в лицо. Девушка на руках Дворака дергалась, ее плащ хлестал его по ногам, волосы застилали лицо, но ему удалось доплестись до противоположного тротуара и подняться по пандусу к входу в отделение неотложной помощи. Двойные двери разъехались.
Медбрат в окошке регистратуры поднял глаза и увидел Дворака с девушкой на руках.
— Что случилось?
— Беременная женщина, — ответила подоспевшая Тоби. Она рылась в дешевенькой сумочке Молли, пытаясь отыскать удостоверение личности. — Судороги, сейчас в постиктальном состоянии. Давление двести двадцать на сто тридцать.
Медбрат все понял и сразу послал за каталкой.
Укол иглы пробудил Молли. Она заметалась, пытаясь вырваться из державших ее рук, но их было слишком много, они поймали ее, мучили ее. Она не помнила, как оказалась в этом ужасном месте, не знала, чем провинилась, чем заслужила это наказание. «Простите, если я что-то не так сделала, простите. Пожалуйста, не делайте мне больно!»
— Черт, вену проткнул! Киньте мне другую, восемнадцатую…
— Попробуй другую руку. Похоже, там хорошая вена.
— Тебе придется придержать ее. Она все время дергается.
— Приступ?
— Нет, дерется…
Руки схватили ее лицо, голос скомандовал:
— Мисс, вы должны лежать спокойно. Нам надо поставить капельницу!
Панический взгляд Молли выхватил лицо человека, глядевшего на нее. Человек в голубом. Стетоскоп змеей обвивал его шею. Мужчина со злыми глазами.
— Она все еще не в себе, — пояснил он. — Просто введите капельницу.
Другая пара рук схватила ее за предплечье, прижала к матрасу. Молли попыталась вывернуться, но руки только сильнее прижали ее, щипали и выкручивали кожу. И снова укол. Молли взвизгнула.
— Есть! Подсоединяй. Давай, давай.
— Как быстро капать?
— Пока на полную. Мне нужно пять миллиграммов гидролазина. Дадим магнезию. И возьмите кровь на анализы.
— Док, боль в груди, только что привезли.
— Какого хрена меня не оставят в покое?
Опять игла, опять укус боли. Молли дернулась на каталке. Что-то грохнулось на пол и рассыпалось.
— Черт возьми, не лежится ей!
— Нельзя ее успокоить?
— Нет, нам нужно следить за психическим состоянием. Заговорите ее.
— Пытались.
— Приведите ту женщину. Ту, которая доставила ее. Может, она ее утихомирит.
Молли дергалась в своих оковах, голова раскалывалась, каждый звук отдавался новым взрывом боли. Пулеметные очереди голосов, лязг металлических ящиков.
«Уходите, уходите, уходите».
Затем ее кто-то позвал, и рука нежно легла на ее волосы.
— Молли, это я. Доктор Харпер. Все в порядке. Все хорошо.
Молли вгляделась в лицо женщины, оно было знакомым, хотя девушка не могла вспомнить, где его видела. Знала только, что это лицо не связано с болью. Эти спокойные глаза внушали чувство безопасности.
— Тебе нужно лежать неподвижно, Молли. Я знаю, что больно, все эти иголки. Но тебе пытаются помочь.
— Простите, — шепнула Молли.
— За что?
— За то, что я сделала что-то плохое. Я не помню.
Женщина улыбнулась.
— Ничего плохого ты не совершала. Сейчас тебе сделают укольчик, ладно? Раз — и все.
Молли закрыла глаза и подавила всхлип, когда игла вошла в ее руку.
— Ну вот, умничка. Теперь все. Больше никаких иголок.
— Обещаете?
Пауза.
— Я не могу этого обещать. Но с этой минуты никто не будет тебя колоть без предупреждения, договорились? Я им скажу.
Молли потянулась к руке женщины:
— Не уходите…
— Все будет хорошо. Эти люди о тебе позаботятся.
— Но их я не знаю. — Она в упор смотрела на женщину; наконец та кивнула.
— Побуду здесь, сколько смогу.
Послышался другой голос. Женщина отвернулась к говорившему, затем снова посмотрела на Молли.
— Нам нужно побольше узнать о твоем здоровье. У тебя есть врач?
— Нет.
— Принимаешь какие-нибудь лекарства?
— Нет. А, да. Там, в сумке.
Молли услышала щелчок расстегиваемой сумочки и громыхание таблеток во флаконе.
— Эти, Молли?
— Да. Я пью одну, когда желудок барахлит.
— Здесь нет аптечного ярлыка. Откуда ты их взяла?
— Роми. Приятель. Он мне дал эти пилюли.
— Ладно, а как насчет аллергии? У тебя есть на что-нибудь аллергия?
— На клубнику. — Молли вздохнула. — А я так ее люблю…
Встрял еще один голос:
— Доктор Харпер, техник УЗИ пришел.
Молли услышала, как в палату вкатили какое-то устройство, и скосила глаза:
— Чего они хотят? Они опять будут иголки тыкать?
— Это не больно. Ультразвуковое исследование. Им надо проверить твоего малыша. Для этого используют звуковые волны.
— Я не хочу. Нельзя меня оставить в покое?
— Прости, но это нужно сделать. Посмотреть, все ли в порядке с ребеночком. Насколько он большой, как развивается. У тебя сегодня был приступ в кабинете у доктора Дворака. Ты знаешь, что это?
— Типа припадка.
— Верно. У тебя был припадок. Ты потеряла сознание, и все твое тело содрогалось. Это очень опасно. Тебе нужно полежать в больнице, чтобы можно было контролировать твое давление. И посмотреть, можно ли спасти ребенка.