Страница 10 из 63
Глава 4
Москва, Верховный Совет
Ивлев ушёл, а Ильдар продолжил обсуждать с Марком письмо, которое
принёс Павел. Конечно, поднимая уже несколько другие нюансы — как именно его лучше подать в разговоре с парторгом и комсоргом, чтобы они согласились на это расследование для группы молодежного контроля.
Марк дал пару советов своему начальнику, а потом сказал:
— Кстати говоря, а почему только милиционеру грамоту по партийной или комсомольской линии? Почему бы какую-нибудь грамоту Ивлеву тоже не дать?
— Так он же наш сотрудник, — удивлённо ответил Ильдар. — Это с Пархоменко нужно будет договариваться, через его голову идти нельзя. А если ничего не изменилось, то я прекрасно помню, как Пархоменко к Ивлеву относится — очень нехорошо, я бы сказал. Ему же его навязали, и он этим абсолютно недоволен. Как и тем, что не может ему задания давать. Представь, каково ему быть начальником, у которого есть подчинённый, который ему абсолютно не подчиняется…
— Ну тоже верно, — нахмурился Марк. — Но у вас нет опасений, что посмотрит Ивлев на эту грамоту, которую вы милиционеру вручите, да и вспомнит о том, что он гораздо больше всего сделал для нашей группы комсомольского контроля, чем Василий Абимболаевич? Ильдар Ринатович, без Ивлева у нас не было бы всех этих дел, всех этих арестов и похвал от высокого начальства. Я уже не говорю о том, что и статей о нашей деятельности в «Труде» бы не было, которые начальству так нравятся.
— Я подумаю, что можно сделать, — задумчиво кивнул Ильдар. — Правда ваша, Марк Анатольевич!
Выехав из Верховного Совета, приехал к Галие на работу, подобрал её, и мы поехали в ЗАГС.
По дороге обсуждали, конечно, как здорово, что Славка с Эммой наконец‑то поженятся.
— Всё же какая у них любовь крепкая! — растроганно сказала Галия. — И через какие они трудности прошли после той аварии! Доказали друг другу, что действительно чувства у них настоящие.
— Да, так оно и есть, — согласился я. — Помнишь, как Славка проигнорировал поступление в институт, дежуря около постели Эммы в надежде, что она выйдет из комы? А она, в свою очередь, дождалась его из армии. Увы, как мы с тобой прекрасно знаем по некоторым общим знакомым, некоторые девушки два года парня из армии не ждут. Правда, вовсе не все трудности в их отношениях уже закончились, — сказал я.
— Что ты имеешь в виду? — удивилась Галия.
— Ну, сама посмотри, сейчас тоже будут определённые проблемы. Эмма — журналистка в очень серьёзной газете, а Славка у нас пока что — чернорабочий в комсомольском строительном отряде. Может начать переживать, что жена гораздо выше его поднялась по статусу. К сожалению, большинство мужиков сильно расстраивается, когда жена больших высот в своей профессии достигает, чем муж в своей.
— Так постой, Паш, — нахмурилась Галия. — Эмма же не стала Славку к себе на работу брать фотокорреспондентом, чтоб по её репортажам фотографии делал, чтобы у них эта самая проблема с неравенством не возникла. То есть, ты считаешь, что этого шага было недостаточно?
— Проблема решилась лишь частично, — покачал я головой. — Тот вариант, от которого Эмма отказалась, просто самым плохим был бы. Славка постоянно бегал бы в подручных у своей собственной жены, у всех на виду. И стопроцентно обзавёлся бы из‑за этого психологическими проблемами. Да и зарабатывала бы она явно больше, чем он. И в званиях тоже росла бы гораздо быстрее, я думаю. Журналист хороший, а она хороший журналист, по‑любому заметнее начальству, чем фотокорреспондент начинающий. Тем более мы ещё не знаем, может, вообще к этому делу Славка бы способности не проявил. А сейчас у них проблема всё же есть, хотя ситуация значительно лучше. Славка и Эмма будут работать в разных отраслях. То есть она на глазах других мужиков приказы ему отдавать не будет по типу, что делать, куда бежать, и кого именно фотографировать. Это уже не так обидно.
— Ну да, наверное, — старательно следила за моими размышлениями Галия.
— Ну и второй плюс то, что в стройотряде Славка будет больше денег зарабатывать, чем Эмма, как корреспондент «Красной звезды». Стройотряд‑то наш. Зарплаты в нём, по сравнению с другими московскими стройотрядами, значительно выше.
То есть теперь всё не так страшно. Высокий социальный статус Эммы будет компенсироваться более низкой её зарплатой, чем у мужа. Но проблема всё‑таки частично есть.
— Ага, понятно, спасибо, — сказала Галия. — С этой точки зрения я не подумала. Но все же будем надеяться, что Славке вообще не придет в голову ревновать из-за успехов Эммы.
Я улыбнулся и сказал:
— Трудно, знаешь ли, рассчитывать, что Славка будет себя вести как ангел. У него все же немало честолюбия, и ему захочется чувствовать себя главным в семье. Тут уже от Эммы многое будет зависеть. Важно, чтобы она своими успехами не загордилась.
— Да не должна она, — неуверенно сказала Галия.
— Ну так и она же тоже не ангел… Тут похвалят, там похвалят, недоумевать начнут, что муж у нее простой рабочий на стройке, может загордиться и иначе начать себя с мужем вести, чем раньше. А Славка непременно такое почувствует. Короче, нам надо с ними почаще общаться будет, чтобы посматривать за ними. И если что-то такое вдруг увидим, тут же ставить им мозги на место… Я тогда Славку буду отслеживать, а ты за Эммой присматривай, хорошо? Хоть раз в пару неделек по телефону поболтать, раз в месяц вживую встретиться, уже неплохо будет…
Проехали пару минут молча. А потом жена мне говорит:
— Так что, получается, мне нельзя начать зарабатывать больше тебя, чтобы не подвергать наши отношения риску?
Я рассмеялся от души. Галия думает, что знает, сколько я зарабатываю, но на деле же не знает… Ей же только про официальные источники дохода известно. А там в несколько раз меньше, чем я от Захарова получаю… Ну а если взять еще двадцать процентов от проектов в Италии… Кто его знает, может, я уже и долларовый миллионер… Если еще нет, то в следующем году точно стану. На доверии, конечно, без юридического оформления, но даже и без этих заграничных денег Галие меня точно не опередить. Даже и несколько обидно, учитывая ее неподдельный энтузиазм по этому поводу.
— Милая, не стесняйся стараться зарабатывать больше меня! Как и карьеру делать быстрее меня, — совершенно искренне сказал я жене. — Буду рад от всей души, если у тебя это получится!
— И совсем переживать не будешь, что я тебя успешнее? — недоверчиво спросила Галия. — Сам же сейчас тут рассказывал, как для мужчины это обидно.
— В этом отношении постараюсь быть чистым ангелом! — пообещал я.
— Ладно, ловлю тебя тогда на слове. Так, и ещё вопрос у меня есть, — сказала жена, хитро посмотрев на меня, что я, конечно же, сразу заметил в зеркальце заднего вида. Когда Галию подбирал, ей было удобнее сесть на заднее сиденье, так что она там и осталась. — Скажи, а что с нашим правилом — по одному бокалу вина за день? У нас же сегодня два мероприятия. Сначала со Славкой и Эммой посидим, потом вечером в посольство ещё пойдём. Что мы, тогда, получается, на одном из мероприятий вообще не будем ничего пить?
— Ну ладно, учитывая важность событий, давай на сегодня сделаем исключение. Бокал красного вина у Эммы со Славкой выпьем. И по такому же бокальчику на приёме себе ещё позволим, — усмехнувшись, ответил я.
На этом и договорились.
Собрались, конечно, только самые близкие друзья. Вначале были Эмма и Славка, когда мы подъехали.
Через пару минут объявились Мишка Кузнецов со своей подругой Наташей. Посмотрел на них, пока остальных ждали — вроде как они уже сильно притёрлись друг к другу. Видно, как много у них взаимных симпатий: он её то за руку держит, то под локоток подхватит, а она и рада. Как бы скоро снова в ЗАГС не понадобилось ехать, уже по их поводу…