Полночная роза

Жуть опустил голову и шагнул ближе. Штора закрылась за его крыльями.

— Уверен, ты хочешь, чтобы я поверил, что ты робкая. Или что ты хотела побыть пару минут в покое.

Облегчение рухнуло на нее волной, смывая ее стражи. Он понял. Слава богам, он понял.

— Да, — выдохнула она. — Спасибо за понимание. В пещере слишком людно.

Его глаза стали щелками.

— Хватит, жрица. Не нужно притворяться. Если хотела остаться с Жутью наедине, ты это получила. Говори свою отрепетированную речь.

Радость пропала. И хоть Рэя раньше позволила бы словам гореть внутри нее, она не хотела позволять этой Жути унижать ее. Она же была жрицей! И она будет в паре с Лордом Жути, самым большим и сильным из их вида.

Она выпрямилась, расправила плечи и сжала кулаки.

— Я не репетировала речь. Я пыталась сбежать от толпы, потому что там слишком много людей. Обвинять меня в ином — как звать меня лгуньей, но я надеюсь, что ты не так груб, чтобы звать на первой встрече женщину лгуньей.

Его глаза расширились от ее слов. Тяжело дыша, Рэя прижала ладони к животу и смотрела на него. Он не имел права заставлять ее чувствовать себя глупо.

Странный монстр снова удивил ее. Он низко поклонился, что впечатляло с его тугим корсетом, и широко раскрыл руки.

— Прошу прощения, миледи. Я думал, ты была как другие жрицы, и я серьезно ошибся. Я должен был знать, учитывая знамения, которые получили мои подданные.

Мужчина перед ней не был животным. О чем говорили жрицы, называя Жутей так?

Он был способен на стыд. Вина была написана на его лице, словно она нарисовала там эмоцию. И когда он выпрямился, он изобразил ее позу. Прижал ладонь к животу, словно ему стало сложно дышать.

— Что ж, — Рэя пыталась придумать, что сказать. Что-нибудь подобающее жрице. Но она выпалила. — Ничего страшного, полагаю. Мы оба сказали глупости.

Его щеки стали чуть темнее.

— Да. Так и есть.

И все стало неловким. Ей было неуютно. Она не знала, что сказать, как исправить ситуацию. Ей нужно было просто уйти на поиски Лорда Жути. Может, она сможет загладить вину за свой глупый язык.

Она шагнула ближе, попыталась обойти его, чтобы покинуть комнату. Но он шагнул в ту же сторону и преградил путь.

Он собирался, похоже, помешать ей уйти.

— Прощу прощения, — он подвинулся в сторону еще раз.

Рэя уже стала двигаться в ту сторону, и теперь они будто танцевали. Они оба двигались в одну сторону, сколько бы ни пытались обойти друг друга.

Наконец, она сжала его плечи. Точнее, его бицепсы. У другого на этом уровне были бы плечи, но Жуть был невероятно высоким.

— Вот, — твердо сказала она. — Ты иди сюда, а я в другую сторону.

Она подтолкнула его, смогла проскользнуть мимо него. Оставлять его со священным алтарем было странно. Словно оставлять его одного было кощунством, пока она уходила в пещеру.

Рэя замерла и обернулась.

— Ты тоже вернешься?

Жуть медленно кивнул. Свечи мерцали на острых кончиках его рогов и неровном лице.

— Да, жрица. Я вот-вот вернусь. Как ты, я пытался очистить голову, побыв в одиночестве.

Это было странно. Зачем Жути быть в одиночестве? Все тут собрались для них и их выбора.

Внезапное желание отругать его закипало в груди. Он должен был радоваться, пока управлял ситуацией. Он вернется домой с остальными своего вида и жрицами, но там он будет слушаться лидера.

Вздохнув, она ушла за штору. Не важно, что он думал о ее свободе или своей. Она теперь лишь увидит его мельком. Если она убедит Лорда Жути выбрать ее, с этой Жутью она уже не пересечется близко.

Она могла остаться тут. Опозоренная ученица, которую ждала лишь учеба у старшей женщины.

Снова ребёнок.

Шум пещеры ударил по ней, словно она врезалась в стену. Все кричали, смеялись. Слова летели во все стороны, некоторые она понимала, а другие — нет.

Одно было ясно — все пытались привлечь внимание друг друга.

Рэя не умела привлекать чужое внимание. Она была слишком маленькой для этого. Или просто она ничего из себя не представляла.

ГЛАВА 5

Уриэль понимал, каким странным был разговор. Если бы она была другой жрицей, он решил бы, что это игры Высшей жрицы. Снова.

Но эта худая девушка была слишком скромной. От нее пахло невинностью и чем-то, похожим на сирень. Странная смесь от жрицы, обычно такие пахли металлом и травами, которые они использовали для магии.

Словно у них была своя магия.

Он поправил рубашку под корсетом и шагнул к алтарю, у которого она сидела. Странная женщина зажгла пару свеч. Их огоньки извивались, как червяки. Жути не любили огонь. Это было неестественно. Огонь был дан людям богами, чтобы они могли вредить, кому хотели.

Он облизнул указательный и большой пальцы, склонился и потушил огонек. Он не мог оставить горящие свечи. Так много ткани трепал искусственный ветер. Алхимики использовали все возможности, и они могли сжечь важных Жутей.

В этой комнате он мог лишь на время забыть об ужасах, которые его ждали. Уриэль не мог сидеть в тенях до конца проклятой церемонии.

Он покинул нишу и присоединился к остальным. Жути уже ждали начала Выбора. Они сидели на подушках в пещере, разбросанных для этого момента.

Уриэль прошел к ним решительно. Он ждал Выбора, но уже знал, какую жрицу заберет.

Та леди смерти могла не знать, что она могла его погубить, но он знал, как читать знамение, когда оно было перед ним. И если ей было суждено убить ее, то он хотел держать ее близко. Хотя робкая жрица рядом раздражала бы.

Он опустился на подушки рядом с Гектором, который ткнул его локтем в ребра.

— Где ты был? Я думал, ты был против уединения со жрицами до того, как произойдет Выбор?

Он был против такого. Многие Жути пробовали жриц, а потом получали в пару другую. Драма после этого его раздражала.

Он облизнул губы и ответил:

— Да. И я ничего не делал.

— Я видел, как от тебя выходила милая ученица. Она красавица, да?

Ученица?

Это объясняло ее наряд. Она не была в цепях или прозрачной ткани. Но металлический скелет вокруг ее тела был загадкой. Она была украшена как награда.

Ученица не должна быть на Выборе, если она не была слугой, но даже такие редко тут бывали. Почетное место обычно давали жрицам, которые оставались в Соборе.

Больше игр. Он был в этом уверен. Уриэль хмуро посмотрел на Высшую жрицу, которая уже вывела нескольких жриц в центр пещеры. Для чего ей была тут ученица? Она подстроила их встречу? Зачем?

Он не понимал разумы жрицы. Может, стоило перестать пытаться.

Мириам хлопнула в ладоши, и в пещере стало тихо. Она глубоко вдохнула, звук эхом пронесся по комнате.

— Жути, приветствую на Выборе. Многие жрицы тут умерли бы ради вашего внимания, но лишь несколько готовы служить.

Это не звучало как что-то новое. Уриэль приподнял бровь и склонился к Гектору.

— Я думал, они дадут нам выбрать жриц самим?

— Ты так сказал, — Гектор нахмурился. — Похоже, мы сможем выбрать из группы женщин, которые.. — Гектор притих и посмотрел на Уриэля многозначительно.

Он кивнул.

— И я так думал.

Ему не нужно было уточнять, о чем думал Гектор. Он думал о том же. Жрицы и алхимики всегда что-то затевали. Теперь ему нужно было понять, почему они решили, что на Жутей повлияет впечатление, что у них был выбор.

Все было как раньше. Жриц выбрала Высшая жрица, а то и вместе с лидером алхимиков. Жути все еще приняли бы гадюк в их доме, а он только избавился от прошлого гнезда.

Уриэль вздохнул и опустил ладони на скрещенные ноги.