Полночная роза

Рэя прижималась к перилам, сжимала их руками. Она дрожала от его вида, но не потеряла сознание и не попыталась бежать. Она хмуро глядела на него с такой ненавистью в глазах, что он должен был ощутить ее огонь. Но у него похолодели и онемели пальцы.

Он посмотрел на тени замка, цепляющиеся за его когти. Они тянули его за руки, пытались помешать ему подойти близко.

Он стряхнул их. Он не ощутил магию, управляющую ими. Казалось, сам замок пытался защитить ее.

Он посмотрел в глаза жрицы и вздохнул.

— У тебя есть магия, женщина. Почему те не защитила себя ею?

Она расправила плечи, выпрямилась, стараясь выглядеть грозно.

— Я не могу использовать магию, пока не взяла ее у тебя. А ты уточнил, что не потерпишь таких отношений между нами.

Это было не правдой. Ей не нужна была его магия, чтобы колдовать, у нее была своя. Но.. от нее не пахло потом и ложью. Она говорила правду. Он глубоко вдохнул, втянул ее запах сирени и пряностей. Почему она не пыталась околдовать его даже сейчас? Она могла забрать его силу, она знала, что у него было более чем достаточно. Но она молчала, смотрела на него огромными глазами.

Уриэль широко раскинул руки, давая ей шанс ударить его.

— Тогда бери, что хочешь, жрица. Колдуй и прогони зверей в их логова.

Ее плечи дрожали, и она отпустила перила. Рэя стала тереть ладонями свои руки.

— Ты не дал мне разрешения использовать твою магию.

Один из Жутей взвыл за ним. Они были голодны. Их хозяин заботился о них, приносил добычу. Почему он прятал женщину?

Он повернулся и зарычал на существо. Его клыки задели губу и чуть не порвали плоть. Он повернулся к женщине и был уверен, что выглядел как оживший кошмар. Существо с крыльями, острыми зубами, готовое лишить ее жизни.

Уриэль прорычал:

— С каких пор жрице нужно разрешение, чтобы забрать не свое?

Она смотрела в его глаза. Женщина дрожала, но ответила твердо:

— Это жрице требуется разрешение, Лорд.

Она снова удивила его. Она не врала, он не заметил изменений в ее поведении. Она серьезно говорила это.

Уриэль не знал, поражаться или злиться. Она опровергала все, что он знал о жрицах, и его мир менялся. Он еще не встречал такую, как она, раньше.

— Что ж, — он кашлянул, — считай это моим официальным заявлением. Ты можешь брать у меня столько магии, сколько хочешь, жрица. Может, я поспешил прогнать тебя.

Его слова потрясли ее. Она вздрогнула и сжалась сильнее.

Она не хотела работать с ним? Разве она не сказала, что он первым отогнал ее?

Он ее не понимал.

Он широко раскрыл крылья, мешая другим Жутям коснуться ее. Уриэль протянул к ней руку.

— Идем, жрица. Ты должна быть с сестрами.

Она не мешкала. Рэя взяла его за руку и позволила ему притянуть ее к нему. Ее плечо оказалось под его, словно она была воробьем в гнезде, и ее маленький вес было просто направлять.

Уриэль накрыл ее крылом. Жути не осмелились забрать ее у него, хотя некоторые уже почти срывались. Слюна стекала по их подбородкам, их голод был осязаемым в воздухе. Они почти не соображали в такое время.

— Можно подумать, что я их не кормлю, — буркнул он. — Они получают, что хотят, но все равно голодают.

Все жрицы, которые видели таких его подданных, скалились. Он помнил, как привел сюда последнюю жрицу, которая покинула поместье по частям. Она скривила губы при виде них и прижала платок ко рту.

Он помнил, что она назвала их жалкими зверями.

Они не были зверями. Они были потеряны, и он не бросал их, еще надеялся на исцеление. Пока что. Может, однажды угольки надежды в его груди угаснут.

Рэя пошевелилась под его крылом и выглянула из-за края.

— Голод влияет странным образом, — ответила она. — Я не виню их.

Он удивленно приподнял брови. Она жалела их?

— Ты не считаешь их монстрами?

— О, они — монстры. Как и ты, — она подняла ладони и опустила его крыло еще немного ниже, чтобы видеть Жутей, не убегая от них. — Но я не думаю, что вы все сейчас в себе.

— Почему ты так думаешь? — он думал так о каждой Жути, которую встретил. Никто больше такого не ощущал.

— Не знаю даже, — она нахмурилась, кусая губу.

Она боялась ответа на вопрос так же, как он? Или ощущала в этом месте что-то еще.

Уриэль отметил, что жрица приятно отвлекала. Может, она была стоящим противником, ведь он не понимал ее мыслительный процесс. Она смотрела на его народ свежими глазами. Невинными глазами, которые еще не видели всю тьму мира.

Или она видела тьму. Тени все еще цеплялись к ее юбкам как шелковый подол.

Он притянул ее ближе к себе и шагал дальше сквозь толпу Жути. Он повел ее по коридору к части замка, отделенной жрицам. Она уже должна была находиться там, в кровати с остальными, видеть сны.

Она кашлянула, и он посмотрел на нее.

— Что такое?

— Ты снял корсет, — она смотрела на его грудь и живот.

Уриэль подавил желание прижать ладони к телу и спрятаться от ее взгляда.

— И?

— Я просто думала, что ты носил корсет, чтобы скрыть живот от остальных.

Сейчас он был без туники, и она видела, что это было не так. Уриэль не видел Жуть без мышц как у ожившей каменной статуи. Они не собирали жир на телах как люди. Их силы поглощали всю еду, сжигали ее и превращали в магию.

Он неловко кашлянул.

— Нет, я не скрываю изъянов.

Хотя теперь он усиленно ощутил, что на нем почти не было одежды, требующейся для этого разговора. Он остался в штанах, слава небесам, но обычно спал вообще без одежды. Так делали Жути. Ткань запутывалась в крыльях, и было сложно устроиться удобно.

Он не обязан был объяснять это ей.

Но он не мог думать ни о чем другом, кроме ее плеча под его рукой. Он был слишком большим, чтобы они могли идти бок о бок в коридоре, и она была ближе, чем он хотел. И он все еще обвивал ее крылом.

Уриэль говорил себе, что крыло было необходимостью. Ему нужно было убедиться, что Жути видели, что она была под его защитой. Тогда они не станут на нее нападать. Или развлекаться с ней. Или делать то, что хотели.

Он прижимал ее к себе не потому, что она была теплой и нежной. И не от того, что думал, что прикосновение позволит ему впитать немного ее чистоты и невинности. Она не была бальзамом для его израненной души.

Они добрались до двери покоев ее вида. Он убрал крыло от ее плеч и прижал крылья к своим бокам.

— Ты прибудешь в мои покои завтра утром. Тогда мы начнем нашу работу.

— Работу?

Она посмотрела на него огромными глазами, и он чуть не сломался. Она могла получить у него все, если продолжит так на него смотреть. Словно он не был монстром. Словно он был просто мужчиной.

Уриэль кашлянул в ладонь и опустил руку.

— Да, жрица. Нашу работу, — он сделал паузу, чтобы она поняла слова, и улыбнулся ей, показывая зубы. — Магию.

ГЛАВА 12

Рэя прислонилась лбом к потертому дереву двери на миг, а потом развернулась. Ей нужно было приготовиться ко всему, что могли сказать другие жрицы.

Они будут злиться, что она бросила их? Они захотят порвать ее за то, что она провела время с Жутью, когда им так не повезло?

Она развернулась и открыла глаза, но ее никто не ждал. За ней были только тишина и пустая комната.

Жути дали жрицам дом, не просто уголок замка. Стеклянный потолок давал увидеть звездное небо. Круглая комната была наполнена садом, множество фонтанов бурлило кристально чистой водой в лунном свете. Пылинки летали в воздухе, поблескивая, среди зелени.

В стенах вокруг были двери во все стороны. Она насчитала не меньше десяти, но могло быть больше. Рэя вдруг захотела быть тихой. Она не хотела будить сестер, знала, как они устали.