Страница 61 из 92
Его губы изгибаются, но это не совсем улыбка. Это что-то более темное и коварное. Что-то, что ясно дает понять: он прекрасно осознает, что делает со мной.
С нами.
Он отстраняется, позволяя мне вдохнуть, и проводит губами вдоль линии моей челюсти. Зубы царапают точку пульса. Не совсем кусая. Не до крови. Но с обещанием, что он мог бы. Что, возможно, еще укусит.
Я пытаюсь подавить стон, но безуспешно. Звук срывается с горла – тягучий, как влага между моих ног. Призрак замирает, не отрывая губы от моего горла. Он глубоко вдыхает, и моё лицо заливает жар смущения.
— Я чувствую запах магнолии и киски, — бормочет он.
Что-то меняется. Ломается. Его маска разбивается.
Больше никакой выверенной точности.
Больше никакого тщательного контроля.
Лишь первобытная потребность.
Он опускает руки и просовывает одну между моих бедер, сжимая меня, – и меня ошеломляет собственная реакция: ноги сами раскрываются ему навстречу. Стена за спиной холодная, но его тело – огонь. Обжигающий. Поглощающий.
Его прикосновение грубое, почти жестокое. Будто он знает, что я не сломаюсь. Будто знает, что выдержу всё, что он готов дать. Призрак проводит большим пальцем по промежности моих леггинсов, материал трется о чувствительную плоть, и из меня вырывается новый стон.
— Черт, Женева. Ты вся мокрая.
От его слов желание только усиливается.
Он накрывает ладонью мою киску и надавливает, отчего перед глазами всё плывет. Второй рукой Призрак сжимает моё бедро, пальцы впиваются в плоть. Я чувствую его силу. Любое движение его руки могло бы оборвать мою жизнь. Это знание опьяняет.
Закрыв глаза, я выгибаюсь к нему, прижимаясь к его ладони, отчаянно желая большего. В ответ он рычит – низко, первобытно, и этот звук оседает прямо между моих бедер.
Мне всё равно, что это неправильно. Мне всё равно, что он убийца. Психопат. Всё, что имеет значение, – как он заставляет меня чувствовать.
Желанной.
Увиденной.
Защищенной.
То, чего я никогда не испытывала раньше – сразу.