Страница 29 из 92
— Убирайся.
Он скалится, и кривая ухмылка искажает его лицо.
— Ты пожалеешь об этом.
Я пожимаю плечами, движение пренебрежительное, призванное показать его незначительность.
— Сомневаюсь, что я вообще запомню этот разговор. Или тебя.
Глаза Мэйсона вспыхивают эмоциями и намерением. За долю секунды я понимаю, что произойдет дальше, но слишком поздно.
Кулак Мэйсона врезается мне в лицо.
Удар посылает ударную волну через череп, и я отшатываюсь назад, рука инстинктивно взлетает к щеке. Боль мгновенно расцветает, но я опускаю руку вдоль тела, отказываясь лелеять травму.
Адреналин, уже наводняющий меня, усиливается, синапсы срабатывают быстрой очередью, создавая нечто близкое к хаосу в моем сознании.
Или это свобода?
Мой короткий, резкий смех разрывает тишину.
Звук вырывается сам собой, нелепый и неконтролируемый, поднимаясь из самой глубины и срываясь с губ раньше, чем я успеваю его остановить. Боль от удара пульсирует, но в то же время странным образом заземляет, фокусирует. Мир будто замедляется, обретая пугающую четкость.
Мэйсон смотрит на меня, грудь тяжело вздымается, а руки сжаты в кулаки. Его глаза расширяются, когда я смеюсь снова, уже намеренно. Я не напугана жестокостью Мэйсона. Она… захватывает и бодрит меня. Тело будто проснулось, дрожа от бурной, неустойчивой энергии. Граница между контролем и хаосом пересечена.
И назад дороги нет.
— Ты, блядь, чокнутая, — бросает Мэйсон. Слова резкие, но его поза, опущенные плечи, выдают страх.
Он прав, что боится.
Я не отвечаю. И не перестаю смеяться, пока иду через гостиную к двери на патио. Подхватываю стоящую там биту и закидываю её на плечо.
— И что ты собираешься делать, Жен? — он отступает на шаг, демонстрируя неуверенность. — Ударишь меня?
Я перестаю смеяться и наклоняю голову, насмешливая улыбка намертво закрепилась на лице.
— Продолжай ошиваться здесь и узнаешь.
Он таращится на меня, потом резко разворачивается и тяжело топая, вылетает из квартиры, хлопнув дверью. Звук отдается эхом по комнате, но я не обращаю на него внимания.
Я остаюсь стоять на месте, грудь полна сдерживаемого смеха, адреналин течет по венам, раскаляя меня. Поворачиваю голову к отражению.
Сейчас я вижу совершенно другого человека.
Щека покраснела, кожа начинает опухать, но женщина, смотрящая на меня, сильна. Сильнее, чем я когда-либо думала.
И она не боится.
Я улыбаюсь отражению, а в голове звучит голос Призрака:
Вот та Женева, которую вижу я.